Спящий красавец (СИ)

Я вздохнула и снова закрыла глаза, возвращаясь к прерванному занятию. В этот момент на нас с Сорганом налетели два лохматых вихря — вернулись наши кошки.
— Видимо, сегодня больше не судьба спокойно покайфовать в халявной энергии, — заявила я величеству, падая на плед и обнимаясь с Рыськой, и продолжила уже в её адрес, — и где вы столько времени шастали?
Прохладная шерсть приятно щекотала лицо. Кошка, по-хозяйски обняв меня передними лапами, взялась вылизывать мои волосы. Я засмеялась — этот номер у неё никогда не получался. Дома Рыська частенько по вечерам залезала к нам на кровать и пыталась по очереди отмыть на её взгляд, видимо, недомытых нас, настойчиво проявляя прямо-таки материнскую заботу. Но, если с Костиной стриженой шевелюрой всё было просто, мои длинные косы застревали и путались в зазубринках шершавого кошачьего языка. Она начинала жевать, чихать, и пытаться уже лапами освободиться от прилипших и забивших рот волос. Но всё равно не оставляла регулярных попыток произвести со мной ритуал омовения.
Пока мы с ней барахтались, Снежный валялся со своим хозяином. И тут Соргана "прорвало":
— Я вспомнил!
50
— Что? — хором подкинулись мы.
— Я вспомнил Снежного. Как он ко мне пришёл. Я в тот раз один сбежал побродить в предгорье. Хотелось, кажется, посмотреть на тот самый портал, через который к нам в первый раз прибыла афлаимская делегация. — стараясь не шевелиться, чтобы не спугнуть воспоминания, заговорил Сорган, — я карабкался на скалу повыше, чтобы сверху разглядеть вход. И тут увидел его. Он сидел среди снегов и смотрел на меня. Я тогда, помнится, сильно струхнул. Так и замер на месте. Стрелять в такого красавца мысли в голову не пришло, да и рука бы не поднялась. Он и не нападал, только разглядывал своими умными синими глазищами. Тогда я решил уходить. Стал потихоньку спускаться вниз, а он пошёл за мной, не приближаясь близко. Так мы и шли до самого дома — впереди я, в некотором удалении он. Уже у самых ворот я остановился, сел и заговорил с ним. Предложил уже ближе знакомиться, раз ему что-то так настойчиво нужно от меня. И, странное дело, Снежный меня понял. А потом оказалось, что это не я ему, а он мне нужен — такого преданного друга у меня ещё не было. Он тогда ушёл, но стал приходить всякий раз, как я о нём подумаю.
Сорган рассказывал и ласково трепал своего огромного белоснежного кота.
— А дальше? Ещё что помнишь? — спросил Белиал.
— Больше пока ничего… Нет, ничего. Как только начинаю насильно пытаться вспомнить — в голове мутится, — поморщился величество.
— Ну, это уже хоть что-то, — улыбнулся профессор.
— Ладно, это и так большой прогресс. Не мучай себя — воспоминания потихоньку вернутся. Это уже происходит, значит — всё получится, — успокаивал нашего венценосного друга светлый.
На этом решили уже завершить этот непростой день и перенести большой военный совет на утро, чтобы со свежими головами обсудить план наших дальнейших действий.
Утром, поднявшись организованно, как по команде, привели себя в порядок и расселись за столом. Фета бродила по комнате сосредоточенной мрачной тучей. Кажется, эта ночь не прошла для неё даром — она приняла для себя решение, в глазах читалась упрямая решимость идти, в случае чего, до конца. Момент наступил ответственный, все молчали, не зная, с чего начать.
— Ну, рассказывайте, какие идеи вы вчера обсуждали, — предложила я.
— Мне кажется, для начала нужно отправить Акселю письмо-ультиматум от имени Соргана, с предложением покинуть страну, — заговорил Сол.
— Я согласен, стоит попробовать. А мой орёл сможет отнести послание короля, — поддержал светлого профессор.
— Это бессмысленно, — высказала своё мнение ведьма.
— Почему?
— Он нам не поверит. Как в письме доказать, что оно написано именно Сорганом?
Мы уставились на величество, но тот только пожал плечами.
- Да и не уйдёт он миром, — продолжила она, — слишком заинтересован в Крайте. И отступать не привык. В любом случае придётся драться.
— Тогда что ты предлагаешь?
 
— Выбрать удобное для нас место, обнаружить себя, заманить таким образом в ловушку и перебить, — отчаянно сверкнув глазищами отрубила ведьма.
Сол шумно выдохнул, все замолчали.
— Я бы не хотел крушить собственную страну, — посмотрев колдунье в лицо, заговорил Сорган.
Я внутренне с ним согласилась.
— Не обязательно биться на территории Крайта — можно выбрать подходящее место в горах. Я всю ночь об этом думала. Надо только найти подходящее ущелье и выбрать выгодную для нас позицию. Потом, Аля слегка тряхнёт землю и наши прекрасные соотечественники слетятся, как мухи на мёд. — горячо развивала свою идею Фета.
— Не горячись, — взял слово Белиал, — во-первых, у них огромное численное превосходство. Во-вторых, ты представляешь, что будет происходить в горах, если мы все начнём там палить? Сил, как ты понимаешь, никто жалеть не станет.
— Но, что тогда делать? — с отчаянием в глазах спросила боевая подруга, — никому из нас не будет жизни в этом мире, если не решить вопрос радикально.
— Что-что? — ворчливо отозвался профессор, — всё бы вам пострелять, да разворотить.
— Это был не наш выбор, — вступила в дискуссию я, отдавая себе отчёт, что оба они правы и надо искать компромиссное решение, — я предлагаю хотя бы для очистки совести попытаться урегулировать ситуацию мирным путём и отправить послание Акселю. А тем временем, всё-таки, искать подходящее место и продумывать другие возможные варианты действий.
— Ладно, с письмом я согласна, — сдалась Фета, но как птица найдёт дорогу во дворец — Белиал совсем не знает местности?
— Так доставай свои зарисовки, — предложила я.
— Там такие каракули, что по ним, пожалуй, только я сориентироваться смогу, — поморщилась ведьма.
— Погодите, — вдруг, сказал профессор и побежал в угол рыться в своей котомке, поясняя на ходу, — совсем про неё забыл. Вот.
Белиал достал какой-то свёрток и начал аккуратно его разворачивать. В холщовой тряпке оказался сложенный в несколько раз лист очень плотной, глянцево блестевшей бумаги. Профессор разложил эту штуку посреди стола — в развёрнутом виде получился лист размером с ватман. Он провёл над ней рукой и перед нашими изумлёнными глазами предстала объёмная картина этого мира.
Сорган присвистнул. Это было какое-то чудо. Мы, как дети, зачарованно разглядывали карту, тыкая пальцами в знакомые места. Всё выглядело прямо по-настоящему, включая колышащиеся деревья и летающих птичек.
— Ты где раздобыл такое сокровище? — отрываясь от карты спросил профессора Сол.
— Птицы-разведчики афлаимских воздушников уже давно "срисовали" всю информацию о здешних местах. Следопыты по этим данным составили общую карту. Мне удалось, используя старые связи, заполучить копию. А объёмное изображение — это уже моя доработка на основе твоих-же, Сол, старых идей. — важно пояснил Белиал, довольный произведённым эффектом.
Мы восхищённо смотрели на обоих магов.
— Так чего ж ты раньше молчал? — всё ещё нависая над картой спросила Фета.
— Да я просто про неё забыл во всей этой суматохе! Возраст, понимаете.
— Слушай! — воодушевился светлый, — так если поставить на твоего орла маячок и привязать его к карте, мы ведь даже сможем видеть его перемещения.
— Точно! — глаза Белиала тоже азартно заблестели, — я не пробовал, но вполне может получиться. На нём опробуем, а там и себя к карте на всякий случай привяжем! А?
— Эх, нам бы парочку таких, когда Сол с Феткой по горам лазили, а мы с величеством по дороге удирали, — пробормотала я.
 
— Парочку, — хмыкнул профессор, — она пока одна такая. Единственный экземпляр.
— Ладно, давайте уже составлять послание, — предложил переходить к практическим действиям Сорган.
Все дружно уставились на меня.
— Чего? — оторопело спросила я.
— Давай, у тебя слог самый красивый, — безапелляционно выразила их общую мысль подруга и вернулась к изучению местности по карте.