Скотина II (СИ)

…
— Митрофан, планы поменялись, помощь нужна.
— Боря, не могу сейчас. В турнир записался, гонг через шесть минут. Ставки на меня…
— Уверен, что сможешь, как только просветление посетит. Где рюкзак с дохлым енотом?
— Это, в багажнике мобиля же. Я сам его туда, чтобы сиденье не запачкать.
— Устаревшие у тебя сведения. Рюкзак твой откуда, сам покупал или родовой?
— Э-э-э, не помню такие мелочи. Дался тебе этот…. Рюкзак и рюкзак, форму для тренировок в нем носил. Перчатки, полотенец.
— Первое настоящее учебное задание предстоит. Бросай свой турнир, ехать надо прямо сейчас. Место помнишь, где будущего обер-прокурора оставили? Мобиль рядом не паркуй, приметно слишком. Я список вещей сбросил, что надо по дороге купить, в разных магазинах. Делать все нужно точно по инструкции. Одни кислоты в кожевных мастерских, другие у кузнецов. Масло, селитра, ацетон. Спирт на любой заправке. Щелочное мыло в прачечных. Свиной жир в любом магазине. Соберешь все в пару больших чемоданов.
— А дуэльные перчатки из тонкой кожи зачем?
— Приедешь на место, отправь Василия Сергеевича погулять по городу до вечера. Успокой, что все под контролем. Ничего не случилось страшного, все проблемы решаемы. Там у него Глафира не совсем живая. Несчастье приключилось.
Описал в красках что произошло, особенно напирая на ужас и безысходность. На контрасте объяснил, что сделать надо. Строго по пунктам.
— … Так что по этому рюкзаку на тебя выйдут, будешь доказывать в управе — зачем честному старшине дохлятину подкинул. Сканирование милости проведут, придется за птомантию объяснять. Такое дело, что и клан не поможет.
— Не понимаю. Это, что я от трупа избавляться должен? Я виконт, а не мусорщик какой-то. И вообще щас деду позвоню.
— Митрофан, ты в первую очередь птомант, во вторую — мой ученик, боец в конце концов. Посмотрим, способен ли на что-то кроме кулаками махать и дедовой бородой трусить. Твоя задача — полностью избавиться от трупа и всех следов. Перенесешь тело вниз, в мраморную ванную. В инструкции точно описано, как, чем комнату застелить. В каком порядке и чем тело пилить. Все части в ванную сложишь и зальешь составом номер четыре.
— Ты что знал? Меня специально подставил? Откуда инструкция такая?
— Инструкции у меня на все случаи жизни есть. И не только жизни. Воспринимай работу как поединок с трудным соперником. Тебе же случалось побеждать более сильных и умелых? Это как раз такой случай. Четвертый состав тело будет растворять примерно час. Вся плоть исчезнет, кости останутся и волосы. Зальешь остатки седьмым составом для нейтрализации. Крупные кости надо дробить молотком и стамеской.
— А нельзя чтобы и кости тоже?
— Хороший вопрос, правильный. Можно, но более сильная химия нужна. Там ингредиенты, которые быстро не достать, плюс в защитной маске работать придется, дышать нельзя. Кости отвезешь к алтарю Злого ветра и аккуратно в дыру спустишь. На окраине неприметных алтарей полно. Туда же камни с ладоней и все, что от милости останется.
— Что прямо в дыру? В ту самую? Меня учили, что нельзя даже подходить близко.
— Не забывай, ты по профессии кто⁈ Пора осознать, что тебе можно и нужно. Половина всех ритуалов птомантских подле этой дыры. Я не просто рядом был, даже морду внутрь совал, и ничего, жив, только харя толще.
Одежду и личные вещи придется сжечь. И с трупа и свою. Поэтому переоденешься в то, что написано. Обувь замотать, это называется бахилы. Голову тоже, чтобы ни один волосок с твоих пепельных кудрей не упал. Нужна железная бочка или просто яма в земле, подальше от города. Состав, которым вещи пропитать тоже указан. Рецепты строгие, смотри точно, сколько частей чего и в каком порядке.
— Что-то как-то сложно все это выглядит. Может проще можно, ну не знаю. В палас завернуть, я в кино видел, и вынести вечером.
Последние вялые возражения можно просто игнорировать. Буде время — лекцию прочитаю про отсутствие главной улики.
— После того, как тела не станет, комнату тоже убрать придется. Вторым составом протереть все места, куда кровь попасть могла и где сам руками касался. И носом не крутить, что работа не виконтская. У птоманта не бывает простой работы.
 
…
Из ладони завывания и стон раненного зверя.
— Степан, истерику прекратить. Чего раскис, как дитя малое?
— Я не мог, я же охранник, хранитель, понимаешь. Я никогда, я же всегда. Барона охранял, жен его. И раньше. На службе, в патруле. Я же видел все, каждую мышь. Заранее холкой чуял. Печенкой, любую угрозу. Все потерял, все просрал.
— Степан, давай соберись. Звонить пытался?
— А то, и сразу, и потом. Не берет ладонь.
— Не берет, но вызов идет. Значит жива. Ничего не потеряно и не просрано, если сейчас сопли на кулак не намотаешь.
— Ты может приедешь? Я на месте, здесь, только отъехал на конец квартала. Оберы уже внутри, тело старухи увезли и по соседям крутятся.
— Оберов кто вызвал? Не ты, значит похитители. Не сомневайся, твой портрет у них есть. Уезжай аккуратно домой, бороду брить и переодеваться. По пути рассказывай с самого начала каждую мелочь.
— Просто ехали, болтали. Олеся сама правила, любит она лошадок. Я же говорил завсегда заранее любую угрозу, а тут ничего.
— Ты же не вчера родился. На любое умение более умелый найтись может. Так что и причины, и анализ ошибок на потом оставим. В магазине вспоминай, что видел? Как тело старухи лежало?
— Лицом на столе, в глаз убита. Кровищи натекло.
— Звуки, запахи?
— Гнильем там несло и кислятиной. Как всегда.
— Ладно. Кто око отвести мог? Хлопки, крики. Не могло же оно само уйти.
— Ничего тишина полная.
— Ладно, тишина — это тоже зацепка. То, что вы у магазина остановитесь кто знать мог?
— Так мы у всех продуктовых, на каждом квартале. Но этот то наш, Олеся же так директор. Пара пацанов из магазина выходила. Обычные. Краем глаза зацепил.
— Ну вот, а говоришь не вспомнил ничего. Давай с самого начала, как от дома отъехали. Поминутно.
Прогнав все вопросы по третьему кругу, выяснил крохи.
Воздействие ментальное не подтверждено, но скорее всего было. Чувство опасности не сработало. А еще неуловимо менялся характер разговора. У дома Олеся рассказывала про работу магазинов как единого живого организма. Интересно, взахлеб. Степан слушал про всякие закупки товара, спрос, потери и охал. По мере приближения к месту похищения разговор на всякую ерунду перешел. Очень похоже на проклятие, которым мы с Егором подвергались. Но более мягкое. Состояние, когда отключается критическое мышление. Мог капитан объявиться? Однозначно да. С другой стороны, не должен он повторяться, это против его правил. В прошлом каждое действие было оригинальным и не лишенным некоторого шика, изящества.
Кто бы не забрал Олесю, насрать ему на всех уволенных. До понедельника из все равно никого не принять, два дня ждать? Похитителю выгодно, чтобы я два дня сидел и надеялся.
Вторая зацепка — пара подростков или скорее пацанов. Больше никого Степан не запомнил, а взгляд у него профессионального телохранителя. Если запомнил под воздействием, значит что-то его глаз зацепило.
— Глаза, волосы? Во что одеты?
— Не помню, не знаю. Рванье какое-то. Веревка, веревка на поясе. Как…
— Стоп. Достаточно. Бегом домой, бриться. Носа не высовывать и Марту не пугай.
Пацаны веревками подвязаны. В первый день у храма меня такие преследовали, после распознавания слезы.
— Цыпа, дела идут?
— Одеваем твоих этих. Прямо на месте дострачиваем. Ужас, рожи, ты их видел?
— Ответь быстро, чем ценна слеза девицы, работающей в борделе?
— Что за вопрос, к чему?
— Повторяю в виде исключения. Вопрос к оценщику и просто любознательному человеку — Чем может быть ценна такая слеза третьего уровня? Ответ нужен быстро.
— Погоди, гляну в своих записях.
…
— Егор, ты в центре дежуришь?
— Так точно, — выдал дядька сухо. — Про Олесю слышал, куда ехать и что делать?