Скотина II (СИ)
— Как сделаешь, позвони, решим. Или за мной, или езжай помогать нашим обустраиваться.
Заглянул в трактир, так, на всякий случай. Кивнул старым знакомым, которые прямо с утра накачивались пивом. Для храбрости, скорее всего. Приятели меня проигнорировали полностью, сразу отвернулись задом. Обиделись похоже крепко.
Ворота академии были широко распахнуты. Пара охранников мирно дремали в креслах. Народ лился потоком в обе стороны. Туда бодрые и полные сил, обратно печальные, с опущенными плечами. Сезон такой, для всех желающих заведение открыто.
Долго брел в плотной толпе вдоль ангаров, полигонов, у которых абитуриенты сбивались в непроходимые кучи. Сначала останавливался посмотреть, как экзамены проходят, то на швей, то на каменщиков. Где-то было народа много, хороший конкурс. Попадались вообще места не популярные, например, в землекопы брали любого, кто мог сообразить — с какой стороны у лопаты черенок.
Наконец, перестал обращать внимание. Если кругом башкой крутить — до вечера не доберусь. Километра через три встретился первый закрытый шлагбаум. И охранник не спал, и око рядом. Перегородил дорогу, шевельнул усами: — Без документа не положено.
Пришлось первый раз показать вызов. Одной свернутой трубки хватило, чтобы охранник кивнул и бревно поднялось.
Обстановка поменялась, богаче стала, праздничней. Ангары не такие серые и унылые. Из некоторых музыка, громкие голоса. Не иначе тут умения культурные. Разглядел и стоящие мольберты, музыкальные инструменты. Заметил доски, с расставленными шахматными фигурами. Заходить не стал, ноги устали, и почему-то жрать захотелось невыносимо.
Как назло, начали попадаться палатки с пирожками и напитками, которые я обходил по дуге. Нечего Борю с верного настроя сбивать. Народа было все еще прилично, на меня начали коситься — таки одеться надо было поприличнее.
Следующая секция была еще строже. Вызов тут пришлось развернуть и показать имперскую печать. Народ ходил серьезный, в строгих костюмах и с мордами, будто им все должны. Тут соревновались будущие финансисты, экономисты и прочий офисный планктон. Оберы, военные специальности, оружие, боевые искусства, все начало сливаться серой полосой. Придумали бы маршрутку пустить что ли. Тут за неделю все не обойти.
До первой магического пропускного пункта добрел, загребая пыль, высунул язык и вспотел, как скотина. Вошел в здоровенный крытый купол, напоминающий международный аэропорт. Дорожки, стрелки, громкоговоритель. Наблюдатели на каждом шагу. Выждал очередь из пары десятка юнцов с сопровождением, охраной и мамками-няньками. Аристократы, дери их нерадивый. Егора значит можно было с собой взять. Еще пришлось пару особо одаренных без очереди пропустить, слишком нагло себя вели. Наконец, оказался перед столом, застеленным красной скатертью.
Смертельно уставший старичок отвечал механически, как робот: — Следующий. Документы. Милость для опознания. Борис Тараканов, — разглядывая вызов, оживился, — Весьма занятно, весьма. По этому документу вам положено выбрать пять любых направлений обучения, без вступительных испытаний. Вы уже что-то выбрали?
— Да нет, сразу сюда пришел. Посмотреть сначала.
— Основная стихия земля, правильно понимаю? Клан Таракановых всегда славился мастерами земляных дел. Советую выбрать смежные профессии, усиливающие, дополняющие, так сказать. Общее или военное строительство, архитектуру, фортификацию. Вот возьмите брошюру, здесь собраны лучшие проверенные рекомендации от самой Имперской канцелярии.…Всего за пятьдесят рублей.
Отдернул руку, которая уже схватила уголок. У меня что на лице написано, что папа олигарх? У меня теперь вообще папы нет.
— Спасибо, пока воздержусь. У нас свои рекомендации. Хотелось бы оглядеться, что тут и как.
— Не затягивайте, молодой человек. Завтра последний день зачисления, причем только до обеда, потом сразу общее построение.
— А все пять надо сразу выбрать, обязательно?
— Нет. Главное определиться с основной специальностью и зарегистрироваться.
Пошел по кругу, переходя от кучки к кучке. Воздушников больше всего и самые крикливые. Видно понаехов, деревня прет из каждого второго. Лекарей меньше и ведут себя культурнее, в основном скромные девушки в чепчиках. Водовиков, огневиков меньше, слуг и охранников больше, чем самих участников. Издалека элиту заметно, к таким лучше вообще не приближаться.
К сиротливо стоящему боевому треножнику хотел приблизиться, рассмотрел кучу девиц разной степени бойкости. Коситься начали со всех сторон, пальцами тыкать, провожать с разинутыми ртами. Не надо к этим треножникам соваться, вильнул и пошел в сторону.
Получается основных магических направлений — шесть. А групп тут не меньше сотни. Не понятно, откуда остальное, то ли гибриды, толи еще что-то. Поскорее бы во всем этом разобраться.
Набрел на группу со стихией земли и чуть не сел на задницу. У стола кучковалось пара десятков моих копий. Самому худосочному далеко за центнер. В строгих костюмах, как раз мне таких четыре штуки пошили. Жаль утром не надел, обожжённые руки просунуть не смог. Каждый в отдельности — зрелище унылое. Неужели я также печально выгляжу? Все вместе гармонично, просто стадо бегемотов спустилось к водопою.
Любопытно до жути. Самые что ни на есть жирдяи в маги земли подались. Для воздуха источник анамы — это жизненная емкость легких. Для земли значит что-то связанное с большим весом, размер желудка, например. У Бори была самостоятельно открыта архитектура была, выходит не просто так. Он целенаправленно шел в земляные маги. А где слезу собирался брать? Она дороже воздушной на порядок.
Толстяка из середины очереди выпнули под веселый хохот — «Мелюзга, марш в конец очереди». Ну разве это толстяк? Даже кил ста пятидесяти не наберется. Дистрофик просто. На меня покосились уважительно, оглядывали ревниво, вздыхали и пропускали вперед, пока не оказался в самом начале. Встал третьим, два экземпляра впереди заставили почувствовать себя фитнесс-моделью. Каждый меня на голову выше и шире раза в полтора. Просто горы непонятно чего, сверху маленькие головки, стриженные под каре, глаз из-за щек не видно. Похожие как два пустынных бархана.
Увидев меня, синхронно переглянулись и представились, — Павел и Юля Таракановы, — правые руки взлетели для приветствия.
— Э-э-э, Борис, Боря я, вот.
Более тонкий голосок тренькнул заинтересованно, — Ты чьих будешь?
Это слева девушка значит. Не доведи Вечный ученик, приснится такая.
— Да вроде как Тараканов, тоже.
Парочка зависла, что-то напряженно обдумывая, от Павла даже повалил пар.
— Как так? Быть не может, мы всех Таракановых знаем.
Юлия вальяжно придвинулась и взяла меня под руку, — Боря, я чувствую в тебе какой-то секрет. Кто твой отец?
— Это, не отец, мама Милослава, вот.
Павел глубокомысленно наморщил лоб, не доверяя себе, открыл милость и начал что-то перелистывать.
— Милослава, Милослава, Мила, вспомнил, нашел! Троюродного деда Гриши внучатая племянница. Есть такая! Да мы же братья почти.
Юлия возразила: — И ничего не братья. Нет тут ничего братского, правда Боря? У нас в роду и на двоюродных жениться можно, а тут смех один.
— Э-э-э, правда, да.
Девушка-крейсер затараторила в ладонь: — Мама, мамочка, мы Борю встретили, представляешь, тоже Тараканова. Что значит подальше держаться? Он такой милый и серьезный.
Это я-то милый? В любом случае карьера земляного мага не светит, какого нерадивого вообще сюда полез? Слезы нет. Архитектура высушена по самые помидоры. Жаль не спросил в трактире, реально ли повторно умение получить.
Воссоединению семьи помешал голос распорядителя:
— Уважаемые соискатели, прошу разойтись на две группы. У кого есть собственная слеза — прошу сразу на регистрацию. Кто претендует на бюджетную — собеседование после взвешивания. В этом году конкурс высокий, поэтому допускаются кандидаты с весом не менее двухсот пятидесяти килограмм. Предупреждаю заранее, придется раздеваться. В прошлом году двое были уличены в использовании утяжелителей.