Чужая невеста. Я тебя украл (СИ)
- И в ответ вы решили унизить ту, что мне дорога.
- Так дорога или просто приятная в постели девица?! Платье под фартуком весьма легкомысленное! Посмотри на Наиру - достойная во всех отношениях!
- Хватит. Не надо упоминать Наиру. Странно, что вам вообще хватило… - с трудом придерживаю слова, отучился вести скользкие, светские беседы. - Хватило всего, чтобы заявиться ко мне после того, как обманом заставили меня жениться на Наире Мержоевой. Я прошу вас забрать Наиру и покинуть мой загородный дом. Вы решили приехать и погостить, но я на правах хозяина прошу покинуть мой дом.
- Прогоняешь? Что ты задумал? - ахает мама. - Совсем сошел с ума! Выгоняешь практически сразу же! В моем возрасте уже достаточно нелегко проводить столько времени в дороге.
- Может быть, вызвать для вас вертолет?
- У меня больное сердце, а сейчас ты его разбиваешь.
Изо всех сил сцепив зубы, выдавливаю из себя:
- Хорошо, можете остаться. Но лишь до утра. Я отдам распоряжение, вас с комфортом отправят обратно.
Мама смотрит на меня оскорбленно.
- Аслан, это недопустимо!
- Мама, недопустимо - это ваши действия. Вы прямо признали, что подкупили кого-то из тех, кто работает в этом доме, разнюхали информацию и нарочно появились, разодетые в шелка и самые лучшие украшения в момент, когда меня не оказалось рядом. И о каких детях вы говорили, позвольте спросить? Если мне не изменяет память, в браке с Наирой у меня нет и не было детей.
- Но была же попытка…
- Сорвавшаяся беременность не считается. Детей у нас с Наирой нет, но вы представили ее как мать моих детей. Что это, если не прямой обман?
- Сейчас у вас нет, но я сказала так с надеждой на будущее, мой мальчик. Ты вернулся к прежней жизни, я снова узнаю в тебе моего красавца и надеюсь, что у вас с Наирой все наладится. Она же так тебя любит! Неужели ты этого не замечаешь?
- А еще она любит вас, а вы любите ту выгоду, которую нашим семьям принес этот брак. Извините, но ничего не изменилось. Я до сих пор не простил и не принял обман. Не смирился с тем, что самые близкие люди лгали, предавали и даже устроили липовое покушение на убийство ради выгоды. Завтра же вы покинете этот дом.
- Не имеешь права меня выгонять! - затряслась от обиды. - Этот дом принадлежит Салмановым!
- Если я верно помню, дед завещал его только мне.
Лея
Остаток дня я провожу в своей спальне. Если быть точнее, в той комнате, где мы проводили время с Асланом. В его спальне. Вряд ли я могу назвать ее своей. Скорее, мне разрешили в ней пожить какое-то время.
Гостья.
Теперь я четко ощущаю свою позицию в этом доме. Я всего лишь гостья! Не хозяйка и уж точно не равная Аслану, как я могла себе это вообразить и размечтаться некоторое время назад. Теперь кажется, что это было целую жизнь тому назад!
Осторожный стук в дверь заставляет меня напрячься. Я привстаю на кровати, чувствуя, как мороз продирает мое тело от самой макушки до пят.
- Кто?
- Аслан. Можно войти?
Нет! Тебе точно входить нельзя, отвечаю ему мысленно. Вслух же не решаюсь произнести ничего подобного.
- Можете войти.
Глубже кутаюсь в одеяло, накинув на себя еще и покрывало сверху, как будто один из этих покровов сможет скрыть меня от его горящего взгляда.
В комнате погашен верхний свет. Но света зажженного ночника вполне хватает, чтобы заметить, как потемнело лицо Аслана и как сильно он напряжен. Я с сожалением отмечаю эти негативные изменения. Ведь всего какой-то день назад он был таким ясным, светлым и открытым. Он улыбался мне постоянно, мы болтали обо всем на свете. Я, затаив дыхание, слушала его, была готова слушать вечно, о чем бы он ни говорил.
Но теперь передо мной снова тот самый мрачный и хмурый отшельник, не важно, что теперь у него длинной бороды, а на теле вместо рабочего комбинезона красуется дорогой костюм. Его настроение сейчас такое же, как прежде, словно и не было солнечных дней. Все они растаяли, над его головой снова собрались грозовые тучи.
Аслан осторожно прикрывает дверь и, сделав буквально шаг или два, останавливается возле порога.
- Можно? - кивает вглубь комнаты.
- Разумеется, это же ваши комнаты, - добавляю.
Не хотелось бы говорить с ядом, но поневоле в мои слова проникает небольшая ирония с язвительной усмешкой.
- Лея.
Адресую ему немой вопрос.
Аслан неспешно прогуливается по всей комнате. Я напряженно наблюдаю за ним, проклиная причины, по которым между нами возникло это чертово напряжение.
Он останавливается, словно выбирает, куда ему присесть. Тело движется в сторону кресла, я выдыхаю с облегчением. Но потом неожиданно Аслан резко меняет направление, словно, услышав вздох моего облегчения, он решил действовать мне наперекор.
Аслан садится на кровать у меня в ногах, вызывая мандраж в каждой клеточке тела. Я прикрываю глаза, говоря себе, что не стоит злиться.
Нужно вести себя осторожно. Обдуманно. Вежливо… Спокойно!
Ему больше не удастся меня задеть и влюбить в себя. Мое сердце под замком с тридцатью цепями.
- Пришло время объясниться.
- Не стоит. Ваша супруга крайне четко представилась и дала понять, что все, что я знаю о вас, это ровным счетом ничего.
- Позволь рассказать?
- Может быть, вы просто займетесь тем, что уделите внимание гостям? То есть, хозяевам. Хозяевам, конечно же!
- Хватит! - говорит он немного резче. - Я расскажу, как есть. Не ожидал, что придется начинать этот разговор так рано. Но обстоятельства этого требуют.
- Как скажете, господин Салманов.
Я повторяю его настоящую фамилию и просто в очередной раз пытаюсь внушить себе, что это все - сон. Салманов… Подумать только. Салмановы - одни из самых богатейших семей края. Проще сказать, что им не принадлежит, чем пытаться перечислить отрасли их бизнеса.
Невозможно поверить, что Аслан из этой семьи. Но это так…
- Колючая Лея, - добавляет он с улыбкой, на которую екает только мое сердце, а губы остаются спокойными.
Подавив улыбку, Аслан начинает говорить.
- Я буду краток. Есть моя семья - Салмановы, а есть Мержоевы. Одновременно близки и далеки, у наших семей приятельские отношения и в некоторых отраслях интересы пересекаются, смежные.
Не представляю, куда заведет этот разговор. Может быть, просто скажет о том, что брак - договорной, что чувств нет? Если все так, то откуда все остальное? Нет, думаю все не совсем так. История Аслана оказывается намного сложнее, чем я могла себе представить в начале.
- Я старший сын в семье. Кроме меня, есть еще младший. Брат Алим и несколько младших сестренок. В семье Мержоевых детей намного больше, но речь пойдет лишь о двоих - Руслан и Наира. Руслан - старший. Моему младшему брату понравилась девушка, с которой встречался Руслан. Более того, ходили слухи об их помолвке. Но моему брату хватило наглости отвоевать сердце красотки, украсть ее и сделать своей. Он лишь оставил нам сообщение и скрылся. Мержоевы очень оскорбились таким поведением. Руслан рвал и метал, ища моего брата всюду. Он был в бешенстве, что его невесту обесчестили, а его самого оставили в дураках! Он начал искать сбежавших. Когда поиски не дали результатов, он решил, что мы прячем его в своем доме. Грозился убить Алима и девушку, грозился прирезать нас всех. Ему удалось подкупить кого-то из персонала. Именно тогда меня и едва не прирезали во сне… - он показывает на свое горло. - Просто приняли за брата в темноте. Началась бесполезная и безрезультатная вражда. Когда схлестываются две сильные семьи, ничего хорошего из этого не выходит. Страдает бизнес, страдают простые люди. Нависла угроза над жизнями моих младших сестер. Родители сели за стол переговоров и вынесли решение, что мы оплатим внушительную компенсацию Руслану Мержоеву, а я женюсь на его младшей сестре - Наире. Так мы скрепим родственные связи и больше не будем тянуть упряжку в разные стороны. Состоялась моя скорая свадьба с Наирой, брачная ночь… Я исполнил все обязательства ради мира и ради того, чтобы брат имел возможность вернуться в дом родителей. Алим вернулся спустя некоторое время, но один. Девушка якобы просто пропала, и никто не знал, что с ней стало. Алим был невеселым, на учебу забил, но на выходные отлучался постоянно. Однажды я застукал его за телефонным разговором и услышал кое-что, что не предназначалось для моих ушей. Я понял, что меня обдурили. Да, Алим посягнул на девушку Руслана, но вражда была не столь острой, все было нарочно раздуто. Для меня устроили целое представление!