Чужая невеста. Я тебя украл (СИ)

Мы проваливаемся в сон незаметно. Я лишь просыпаюсь, когда легкая прохлада крадется по спине, щекоча мурашками. Аслан спит на спине, я лежу рядом, скрутившись и подбившись под его теплый бок. Но все равно прохладно.
Осторожно встав, сдвигаю плотную штору с окна в сторону. Здесь чуть-чуть приоткрыто окно. Наверное, поэтому так прохладно. Закрываю его и натягиваю на тело одежду, чтобы сходить в туалет в конце коридора.
Дом уже погружен в темноту, свет в коридоре загорается автоматически, от движения.
Так тихо…
Все спят.
В гостиной только горит неяркий свет. Прохожу мимо лестницы и оказываюсь в небольшой ванной комнате, принимаю легкий душ, умывшись теплой водой, снова натягиваю платье. Трусы не надевала. Почему-то мысль об этом заставляет губы растянуться в улыбке. Всего-то нужно было пройти мимо навязанного супруга без белья, чтобы он вскипел и произошло то, что было между нами. Немного расчесываю волосы, заново собрав легкую косу.
Последний взгляд на собственное отражение: я улыбаюсь. Щеки порозовели и блестят глаза. Улыбаюсь без всякой на то причины.
Взгляд неожиданно цепляется за ножницы, лежащие на полке. В голову приходит одна мысль… Стоит ли? Пока еще куражит от собственной задумки, не раздумывая, возвращаюсь обратно. Наощупь нахожу на дальней тумбе лампу, и включаю ее, убавив свет.
Прислушиваюсь.
Аслан спит.
Я осторожно присаживаюсь к нему и, приподняв бороду, делаю несколько щелчков ножницами, убирая длину.
Очередной щелчок.
Внезапно Аслан распахивает глаза и стремительно хватает меня за руку с ножницами.
Вскрикиваю от неожиданности и болезненности его захвата.
- Аслан! Это я… Лея. Я…
- Что у тебя в руках?
Темные глаза Аслана такие беспросветные, он словно меня совсем не замечает или не понимает, что это я.
Не знаю, о чем он думает, но взгляд пробирает до мурашек, пугающий.
  
Глава 21
 
Лея
- Аслан, это я, Лея. У меня ножницы.
- Зачем?
Хватка ослабевает. Аслан окончательно просыпается и теперь действует мягче намного, но настороженность не покидает его тело, чувствуется в каждой мышце и острых взглядах.
- Избавиться от меня хотела?! - спрашивает довольно резко и добавляет неуклюжую шутку. - Я настолько ужасный муж?
- Что?
Я теряю дар речи. Как он мог подумать обо мне такое.
- Я хотела избавиться от кое-чего, поужаснее, чем ты. От твоей длинной, как у старика, бороды!
Теперь наступает его черед спросить:
- Что?
Аслан трогает себя за бороду, которой нет, и садится на кровати.
- Поверить не могу, что ты это сделала! - потом он переводит взгляд на пол, где лежат длинные пучки волос, и решительно встает.
- Лея! Ты… Ты… - напрягается. - Зачем ты это сделала?
- Так тебе намного лучше. Только подровнять хотела. Немного.
- Немного? Под самый корень обкромсала!
Оглядываю результат своей работы признав со стыдом.
- Или много. Да, вернее, много. Нужно еще поработать ножницами и бритвой.
- Если сровнять то, что ты соизволила оставить, останется только небольшая щетина.
- Но обратно уже никак не приклеить. Придется ровнять!
- Какая ты наблюдательная! Сиди здесь… И дай это вот это мне! - забирает у меня ножницы. - Пока тебе не пришло в голову подстричь еще что-нибудь.
Аслан стремительно покидает комнату, я собираю состриженное, свернув в найденный лист старой газеты, лежащей в одном из ящиков стола.
Проходит некоторое время, за этот промежуток я успеваю найти майку и чистые трусы из числа тех, что принес в комнату Аслан. В последний миг перед тем, как открывается дверь, успеваю юркнуть под одеяло.
- Вылезай. Это всего лишь я.
Я выглядываю и столбенею, приоткрыв рот от изумления. Аслан выглядит значительно моложе, без своей длинной и густой бороды. Его лицо приобретает совсем другие черты. Он поражает меня волевым лицом, полным мужественности.
Аслан проводит несколько раз по щетине с очень короткой бородкой, которую смог оставить.
- Так непривычно. Что думаешь?
Он застывает возле кровати, словно еще полон смятения, а я просто не могу оторвать взгляд от его лица.
 
- Ты очень красивый мужчина, - выдыхаю, покраснев.
Наверное, не стоит так говорить и открыто признавать, что он мне нравится?
Но я уже сказала.
Аслан отводит лицо в сторону, смотрит на меня с легкой улыбкой:
- То есть я без бороды тебе нравлюсь больше?
- Так тебе гораздо лучше, не выглядишь слишком взрослым…
- Ты прямо не ответила. Нравлюсь?
- Да… - шепчу.
И снова сгораю! Стесняюсь так, словно это признание откровеннее всего секса, что у нас был.
Аслан с довольной улыбкой ложится обратно на кровать. Я освобождаю место для него и загораюсь искрами от касания наших тел. Привыкаю чувствовать его рядом, настолько близко, дышать его запахом и доверять.
- Завтра приедет мой друг, я познакомлю тебя с ним. Думаю, мне надо будет отлучиться на несколько часов. Потом приеду, заберу тебя. В доме Алдана мы жить не станем. Есть другой вариант.
- Какой?
- Не хочу портить сюрприз. Но тебе должно понравиться.
Сюрприз? Для меня?
Екает сердце. Замираю, боясь спугнуть это ощущение расширяющегося счастья в груди.
- Что думаешь?
Сглатываю какой-то ком в горле.
- Я могу тебя обнять?
Аслан не отвечает долго-долго, смотрит на меня, не мигая, потом решительно кивает. Я мгновенно юркаю к нему поближе, обняв за шею и прижавшись всем телом. Дыхание и стук сердца сбиваются на частый ритм. Я просто не могу это контролировать. Мне хочется его обнимать и гладить, и целовать понемногу.
- У тебя сердце стрекочет, как у пойманного зверька, - замечает Аслан. - Боишься меня?
- Нет. Просто волнуюсь.
- От чего?
- Ты… Ты меня волнуешь. Очень…
Он довольно хмыкает. Просто хмыкает и улыбается. Я смотрю на его улыбку, которую без густой бороды так легко разглядеть.
- Что?
- Думаю… Ты очень привлекательный мужчина. Даже когда выглядел с бородой значительно старше, на тебя заглядываются девушки, строят козни. А что будет сейчас?
- Беспокоишься, что дамочки откроют на меня сезон охоты?
- Всего лишь озвучиваю свои мысли.
- Что же… - вздыхает. - Ты сама обрезала мне бороду и заметила, что обратно ее не приклеить. Что же касается всего остального, то у меня самая привлекательная и отзывчивая жена. Мне нет никакого дела до посторонних девушек.
- Точно?
- Мне поклясться?
- Да.
Он улыбается в ответ. Но я жду…
- Что, правда, нужно поклясться? - удивлен.
Я смущенно отвожу в сторону взгляд.
- Нет. Это просто к месту пришлось. Клятвы - это всего лишь слова. Я хочу верить тебе.
- Верь.
Он заботливо целует меня в волосы и накрывает мягким одеялом.
Мне так уютно с ним. Я словно таю и растворяюсь. Это самый сладкий плен, который только можно вообразить.
Немного осмелев, начинаю гладить плечи Аслана кончиками пальцев, потом перебираюсь на шею и вдруг замираю, нащупав тонкий-тонкий след продолговатого шрама под самым горлом.
Сон мгновенно как рукой сняло.
- У тебя здесь шрам. Тебя пытались убить?
- Почти удалось, - отвечает спустя несколько десятков биений моего перепуганного и раз обеспокоившегося сердца. - Во сне, - откашливается.
- Поэтому ты так…
Чуть не говорю «испугался»! Но это же Аслан, он мужчина… Я быстро меняю свои слова на другие.
- Поэтому ты так отреагировал, решив, что я покушаюсь на твою жизнь? У тебя в глазах промелькнуло… - прикусываю свой язык.
- Всего на одно мгновение. Не думаю, что ты на такое способна!
- Нет-нет, точно не способна! - от чистого сердца заверяю Аслана.
В ответ он очень тепло смеется, на душе становится приятно и светло. Потом он наклоняется и доверительно шепчет на ушко.
- Поэтому ты мне нравишься, Лея. Очень нравишься.