Удачный брак

— У Кейза все хорошо, даже не просто хорошо, отлично, — сказала Аманда, наливая Кэролин чашку кофе — некрепкого и сладкого, как обычно. Было очень отрадно помнить такие мелкие детали о своей подруге. — Он по мне почти и не скучает, даже обидно. Но я знаю, что это хорошо. — Аманда поставила чашку.
Кэролин сделала большой глоток и посмотрела на Аманду поверх кружки.
— И что тогда?
— Ну, я думаю, я по нему скучаю и плохо сплю.
— Да хватит уже! Опять те странные сны? — Кэролин закатила глаза. — Снова нападение огромного кальмара?
Как-то раз Аманде приснилось, что она попала в щупальца огромного кальмара, когда ночевала дома у Кэролин. Она так металась в постели, что со всей силы вмазала Кэролин по лицу и разбила подруге губу в кровь.
— Нет, в этот раз обошлось без кальмаров. Но мне постоянно снится, что я бегу босая по темному лесу. Ищу Кейза. Схожу с ума. Смешно! — сказала Аманда. Она надеялась, что если перескажет все детали, то перестанет прокручивать их в своей голове: холодная влажная ткань платья прикасается к коже, она стоит около закусочной и смотрит на свои окровавленные руки. Чей-то крик. — Еще выли сирены. На мне была кровь. Ужас!
— Да уж, до ужаса буквально! — Кэролин засмеялась, а потом сосредоточилась на Аманде, и ее взгляд смягчился.
— В смысле? — спросила Аманда. Ей уже стало лучше, когда Кэролин засмеялась.
— Ты бежишь за Кейзом по лесу, вся перепачканная кровью? — Кэролин покачала головой и развела руками в театральном жесте. — Твое подсознание, очевидно, пришло к тому же выводу, что и я: лагерь на другом конце страны — тупая идея.
— Ты мне тоже снишься, — запинаясь, произнесла Аманда.
— Я? — Кэролин невинно взмахнула ресницами.
— В самом начале. Ты в том пышном платье цвета морской пены, как у невесты. А я в персиковом. Мы едим пиццу, сидя на кровати.
Кэролин фыркнула:
— Видишь, что случилось после того, как ты проигнорировала мой совет и отправила Кейза в этот лагерь? Месть времен бала предпоследнего класса.
— Бала предпоследнего класса?
— Ну да, судя по описанию платьев, это именно он. Ты их перетащила в свой сон. Твое было цвета морской пены, помнишь? Я тебе его дала поносить.
Аманда покачала головой, словно бы в надежде привести воспоминания в порядок. Да, все так. Вот откуда тот фрагмент сна. Кэролин и правда одолжила ей то платье цвета морской пены.
Аманда вылетела из школы ко времени проведения бала, но она все-таки пошла туда с парнем, который дружил с молодым человеком Кэролин. Больше она особо ничего не помнила.
Но танцы — это ведь волшебно, не так ли? Она хоть раз могла почувствовать себя обычным подростком? Пусть она и не помнит подробностей, но ощущение ее не отпускает. Грустно, что она все позабыла. Когда пытаешься приблизиться к своему прошлому, то всегда возникает эта проблема — хорошие воспоминания переплетаются с плохими. Уже не первый раз Кэролин напоминает ей какие-то детали их общего прошлого, а Аманда даже не может вытащить эти воспоминания на поверхность.
— Бал… Да-да, я помню, — солгала Аманда. — Вот почему все это так странно.
— По крайней мере, согласись, что винить надо Зака. — Кэролин хмыкнула. — За все.
Аманда пропустила мимо ушей насмешку Кэролин. Она знала, что виной всему любовь, кроме того, временами она и сама чувствовала обиду. Было приятно, что ее мысли озвучила подруга.
— Но настоящая проблема — вовсе не сон, — сказала Аманда.
— Тогда что?
Горло снова неприятно обожгло.
— Он снова звонит.
— О нет! — Кэролин плюхнулась на кухонный табурет. Она сразу же поняла, кого Аманда имела в виду, даже по прошествии всех этих лет. — Вот же козел! — В ее голосе звучала злость, но не волнение, что утешало. Кэролин глубоко вдохнула, сделала глоток кофе, еще один, а потом уставилась на кухонный стол, размышляя вслух: — Я так понимаю, ему в итоге удалось выбраться из этой дыры. Он что-нибудь говорил в этот раз?
— Ни слова, — ответила Аманда. — Как и в прошлый раз. Просто дышит в трубку.
Кэролин знала про прошлый раз, когда ей звонили в Калифорнии. Кэролин знала все. Всю эту гадость. Весь стыд. Единственная во всем мире.
 
— Мерзкая свинья! — Лицо Кэролин ожесточилось. — Кто-то должен с ним разобраться. Стереть его с лица земли. — В этих словах сквозила злость, когда Кэролин потянулась через «островок» и коротким движением сжала руку Аманды. — Прости. Нельзя, чтобы ты одна все это решала.
Какое облегчение — она больше не была наедине с происходящим. Но надо признаться Кэролин и во всем остальном, рассказать самое страшное.
— Думаю… он за мной следит.
— Что, прости?! — Глаза Кэролин стали размером с блюдца. Она повернулась к окну. — Он в Центр-Слоуп?
— Я не уверена. Я его не видела. Но я не сомневаюсь, что он вчера преследовал меня всю дорогу до бара «Гейт». Я слышала шаги за спиной. Кто еще это мог быть?
Кэролин выглядывала в окно. Аманда ждала возражений, ждала, что подруга скажет: «Да не, он бы не стал такое делать. Не стал бы!» Но Кэролин хватило ума не говорить этого.
— Ну уж нет! — воскликнула Кэролин решительным голосом и хлопнула в ладоши. — Мы не дадим ему тебя преследовать. Нет. Ни за что!
— Нет?
— Хватит этой фигни! — твердо заявила Кэролин. — Может, мы и не в состоянии стереть его в порошок и не будем этого делать, по крайней мере пока что. Но он не может больше тебя изводить. Нельзя все спускать ему с рук. Пусть его арестуют!
— Арестуют? — Аманда посмотрела на окна, чувствуя страх и вместе с тем восторг. — Но за что?
— За то, что преследует тебя. Получи запретительный ордер. — Кэролин сделала еще один большой глоток кофе. Она выпила уже половину чашки. Она всегда очень быстро пила — кофе, содовую, воду. — А если он нарушит судебное предписание — а мы знаем, что он непременно нарушит, — ты упечешь его в тюрьму.
— Запретительный ордер. — Аманда пробовала слова на вкус.
Разумеется, она слышала о таком. Обычно все так и делали. Теоретически она тоже могла бы получить запретительный ордер. Пока что она ограничилась жалобой в полицию Сакраменто, когда звонки начались в первый раз. Милая женщина-офицер очень терпеливо выслушала Аманду. Она была хорошенькая, совсем молодая, с огненно-рыжей шевелюрой, светло-голубыми глазами и выдающейся грудью. Из разряда женщин, которым наверняка не дают прохода.
— Его дыхание, — сказала Аманда тогда, — я бы узнала где угодно.
Женщина, похоже, точно знала, о чем она, и предложила Аманде подать жалобу, что, по ее мнению, должно было стать отличным первым шагом. Это можно было сделать прямо сейчас, в полицейском участке, не требовалось ни присутствия судьи, ни официального процесса. Хотя настоящих юридических последствий могло и не быть, но по крайней мере осталось бы документальное свидетельство.
Кэролин внимательно смотрела на Аманду в ожидании ответа.
— Ну? — не выдержала она. — Сделаешь?
Аманда кивнула, хотя подруга ее и не убедила.
— Запретительный ордер — хорошая идея.
— Не слишком-то похоже на «да».
Кэролин так хорошо ее знала. Аманда слабо улыбнулась:
— Я подумаю об этом.
— Нечего тут думать, Аманда.
— Ну да… — Аманда почувствовала, как у нее горит лицо, а на глазах выступают слезы. Она ощутила себя ужасно слабой. — Я понимаю.
— Я в тебя верю! — заявила Кэролин твердо и с такой любовью. — Я знаю, что ты сделаешь правильный выбор.
Теперь Аманде нужно было сменить тему. Потому что ей становилось трудно дышать. Она выдавила еле заметную улыбку.
— Ой, я почти забыла! У меня для тебя сплетня. — Кэролин обожала сплетни. — Кое-что рассказали вчера вечером.
— И что же? — поинтересовалась Кэролин, прищурившись. Она поняла, что подруга просто увиливает от разговора, но казалась заинтригованной.
— Сдается мне, в Центр-Слоуп проводят свингерские вечеринки.
Кэролин подавилась кофе.
— Что?!
— Что слышала.
Кэролин просияла: