Седьмой. Дилогия (СИ)

  
Седьмой
   
Пролог
 
* * *
Начато слияние. Успех. Успех. Успех. Неудача. Требуется вмешательство Носителя. Начать редактирование возможностей тела? Начать редактирование возможностей разума? Начать редактирование души? Ожидаю ответа Носителя. Ожидаю ответа Носителя.
— Да, — не знаю, чего хочет от меня голос, но мне хочется только спать, отмахиваюсь от него самым простым ответом.
Начато редактирование генома. Успех. Начато редактирование души. Успех. Начато редактирование разума. Успех. Слияние продолжено.
Совсем не чувствую тела. Не слышу. Не ощущаю. Как будто парю.
Слияние продолжено. Проверка потенциала. Успех. Создание последовательности развития. Успех. Запечатывание. Успех. Слияние с управляющим конструктом! Внимание! Низкий шанс успеха! Осуществить донастройку? Внимание! Опасность для жизни Носителя, требуется перестройка тела, осуществить?
— Да, — голос продолжал жужжать в голове и раздражал неимоверно.
Начата донастройка. Успех. Перестройка тела. Успех. Слияние с управляющим конструктом. Внимание! Поглощение конструкта душой. Частичный успех.
Постепенно бормотание голоса прекратилось, и я провалился в долгожданную успокоительную тьму.
  
Глава 1. В другом мире
 
Я продолжал с закрытыми глазами мысленно проговаривать мантру приносимую успокоение. Рукоять «Одинокого» упиралась в плечо, распространяя вокруг себя успокаивающую мягкую силу.
В зале ожидания гулял сквозняк, слышались тихие разговоры наёмников, то и дело хлопала главная дверь, говоря о том, что пришёл очередной наёмник собирающегося рейда в алый мир.
Почти все люди кучковались небольшими группами. Алый мир хоть и считался не таким опасным, как синий или зелёный, но, всё же, умереть там было вполне возможно. Одиночкам приходилось вдвойне тяжело. Потому таким путём шли очень немногие. Например, кто-то вроде меня.
Открыв глаза, я почувствовал на себе множество презрительных взглядов. Обычное дело. Хорошо, что ограничивались лишь только этим. Так уж был устроен мир — слабость считалась чем-то унизительными. Потому подобных мне здесь терпели, но не более. На территории алого мира никто бы даже не стал церемониться. Как минимум бы плюнули вслед. Наёмникам с деревянными значками, какой сейчас красовался у меня на рукаве, приходилось идти на разные ухищрения, чтобы попасть в группы рейдов. Либо как я становиться одиночками.
— Ты мог бы объединиться с другими, или даже клановыми группами, — как обычно, появление белого тигра я пропустил. — Я уже тысячу раз говорил тебе, насколько опасно посещать миры соцветия в одиночку. Ты рискуешь не только собой, но и жизнью своей сестры. Не забывай, что остался единственным из семьи, кто всё ещё жив и ищет её.
Фамильное божество моей семьи, точнее, последняя тень её былого величия. Божества были проявлениями великих сил, пришедших из-за изнанки. Видеть их, взаимодействовать с ними и даже использовать в битве могли лишь медиумы. К сожалению, я оказался очень слабым медиумом, поэтому всё, что я мог это услышать горестные причитания фамильного божества.
Божество очутилось за моей спиной и в естественной для себя сварливой манере тут же стало выговаривать всё, что оно думало. Старый тигр никогда не менялся. И этот разговор всегда происходил за несколько минут до очередного выхода. Спорить с фамильным богом особого смысла не было, он всё равно остался бы при своём мнении. Да и устраивать перепалки с невидимым для других людей существом плохая мысль. Потому всегда приходилось терпеть. Как и сейчас. Бесплотный бог рано или поздно должен выговориться и замолчать.
— Пять минут до открытия портала! — в зал зашёл представитель клана Лепестков с тяжёлой на вид многозарядной винтовкой в руках и объявил о скором начале рейда.
 
Тигр, услышав его, перестал выговаривать мне по второму кругу одни и те же доводы, и раздражённо фыркнув, отправился куда-то по своим божественным делам.
Я проводил взглядом белу шкуру фамильного божества, исчезающего в темноте коридора, откуда появился представитель клана, и вздохнул. После смерти большей части семьи хранитель совсем сдал, он много поколений служил нам верой и правдой и случившееся сильно подкосило его. Позже, уже после нападения, белый тигр пропал на целый месяц. Я тогда думал, что он развоплотился, не выдержав удара. Но, слава всем духам и богам, он всё же вернулся. Правда, став при этом ещё более несноснее.
Наёмники вокруг стали собираться и группами выходить из зала, направляясь в соседнее помещение с порталом. Обычное дело. Я не любил идти в этой толпе. Слишком много презрительных взглядов ловил на себе и своём значке наёмника. Слабак, побирушка, бесполезный — как только нас не называли, в основном за глаза. На территории Лепестков особо отбитые наёмники, всё же, старались себя сдерживать.
Дождавшись, когда основной поток людей схлынет, я поднялся на ноги, следуя за ними. Коридор ведущий к порталу всегда плохо освещался. Почему — не знаю. Тусклый свет зала с порталом из-за этого всегда казался ещё более мистическим. Далёким маяком он светился впереди, не давая потерять направление. Штаб-квартира Лепестков была настоящим лабиринтом для человека не из клана, потому поворачивать в один из десятков ответвлений я бы никому не советовал.
Добравшись до зала и войдя внутрь, оказалось, что представители клана уже начали открывать врата перехода. Сразу несколько их медиумов крутилось возле высокого кольцеобразного сооружения. Энергетические всплески разлетались в разные стороны каждый раз, когда клановые чародеи, соединив силы, обрушивали на врата очередной удар. Наконец, спустя пять-шесть ударов арка врат стала зарастать тонким ледяным слоем, на котором ширились и расцветали сотни инеевых узоров. Портал в алый мир был готов, и как подтверждение этому, ледяная корка треснула, а на её место пришёл яркий алый тоннель-переход. Из-за такого яркого цвета этот мир и был так назван.
— Ну что же, хорошо, что они сразу открыли переход, — донеслись до меня слова одного из наёмников неподалёку. — В прошлый раз нам пришлось ждать несколько часов до распечатывания. Рейдлидер тогда сильно разругался с Лепестками, пока они не открыли нормальный устойчивый портал.
Ну, никто не заставлял наёмников отказаться от рейда в этом случае. Такое случалось не то чтобы часто, но бывало. В этом случае членам рейда предлагали поход в другой мир, например, в зелёный. Но для меня такой расклад был прямо скажем не самым лучшим. К сожалению, мой потолок — это только алый мир. Без слияния с фамильным богом или использования магии, в которой я откровенно слаб, идти в другие миры обычное самоубийство. Оставалось только полагаться на «свод законов» — древнем искусстве боя на мечах с вплетением духовной силы. Благо дед взялся за моё обучение, понимая, насколько тяжело придётся мне, как наследнику в будущем, даже с поддержкой семьи. Но так и не успел завершить его. Семья погибла всего через несколько лет.
Я вздохнул, крепче сжав ножны «Одинокого», моего меча, подаренного отцом на совершеннолетие. Всего за пару месяцев до смерти.
Наёмники стали медленно продвигаться вперёд, заходя внутрь врат. Один за другим они исчезали в алом зеве круглых ворот, что, казалось бы, вели в никуда.
 
Когда подошла моя очередь, я поправил лямки лёгкого рюкзака, где находились некоторые припасы на пару дней, решительно шагнул в похожую на кисель субстанцию, покрывающую вход ворот. Сам переход мне никогда не нравился, это была круговерть кульбитов и переворотов. С таким не каждый желудок способен справиться. Несколько мгновений, казавшихся вечностью, и вот я стою на площадке перед вратами по другую сторону.