Отделённые (СИ)

Советник отложил бумаги и рисунки в сторону. Он знает, чем займётся сейчас. Надо продумать несколько вариантов, выбрать лучший и начать тщательную подготовку. Нажим пытками следует ослабить, иначе девчонка свихнётся раньше времени. На неё, кроме прочего, ещё давит атал: генасам долго выдерживать отсутствие силы очень сложно.
Взгляд Советника снова упал на искусный рисунок. Интересно, почему она рисовала волков?
  
Глава 5. Везение
 
Подготовка заняла целый час. Мильхэ сплела огромную водяную паутину, которая растянулась по дну рва. Серебристой сети хватило чуть больше, чем на ближайшую его половину. Богомолы дёргались, замечая движение воды, но своим насекомьим умом не могли понять, что происходит.
— Всё, — вздохнула Мильхэ, — больше не получится. Начинаем.
В следующую секунду водяная паутина превратилась в ледяные копья. Не все поразили Тварей, но почти четверть богомолов осталась лежать во рве мёртвыми, а ещё треть не могла больше летать. В воздух поднялось десятков пять-шесть жуков, даже матка со своими защитниками.
— Подожди, — Фаргрен придержал эльфийку, — пусть успокоятся.
Богомолы трещали крыльями изо всех сил, решительно отказываясь успокаиваться.
— Ладно, вылезай, — сказал Геррет, поняв, что ждать бесполезно. — Я накину на тебя щит.
Мильхэ юркой змейкой выползла из-под крыши, вскочила и подбежала к краю рва. Когда она кинула драконью атаку, Фаргрен не заметил, но перед ними словно из ниоткуда возникла лавина льда. Хищно ощерившиеся ледяные копья стремительно вырастали будто из земли. Они пронзали, сминали и так увечных богомолов, попавшихся им на пути. Повеяло зимним холодом.
— Змееклювы! — воскликнул Лорин.
На противоположной стороне рва показались клювастые головы. Геррет накинул щит на Мильхэ, чтобы богомолы не разорвали её на части. Туча Тварей ринулась к ведьме и... сдвинула крышу.
Геррет едва успел поставить щит, как на него обрушилась лавина ударов.
Что с Мильхэ? Успела ли защититься?
Внезапно Рейт вскрикнул от боли: хитиновая лапа вонзилась ему в плечо, пробив и щит, и наплечник. Только Лорин отсёк её — как щит пробила другая и чуть не проткнула ногу Фаргрена.
— Проклятье, — выругался Геррет. — Я долго не продержусь. Надо спрятаться!
И тут их щит окутало покрывало воды. Оно превращалось в сверкающие копья, пронзая Тварей на каждом их ударе. Громыхнуло — и всё над щитом заволокло чёрной пеленой.
Удары богомолов постепенно слабели — дым делал своё дело. А может, Твари просто убрались подальше.
— Сюда! — донёсся крик Мильхэ. — Бегите на голос!
Геррет поднял щит и расширил купол — можно было бежать и видеть, куда ставить ноги.
«Сколько там ещё жуков?» — подумал Фаргрен вскакивая.
Через мгновение они вырвались из чёрного облака.
Мильхэ стояла под мощным навесом изо льда. Кажется, она использовала вторую атаку.
— Быстрее! Дым плохо действует на них!
— Поставь щит! — прокричал Геррет. — На всех, кроме меня!
Коротышка развернулся, пустил волну огня на богомолов в дыму и помчался вслед за напарниками. Как только все оказались подо льдом, Мильхэ запечатала убежище со всех сторон.
По её лицу текла кровь. Плащ был порван в нескольких местах.
— Ты как? — спросил её Геррет.
— Просто ударилась головой об лёд. Пустяки.
— Я уж подумал... — Рейт недоговорил из-за бирюзово-ледяного взгляда.
— Успела поставить щит, — отрезала эльфийка. — Повезло.
Фаргрену её слова показались не очень убедительными — Геррет не справлялся со щитами, а она вроде слабее. При этом не ранена. Не считать же ранением мелкую, хоть и кровавую ссадину на лбу.
— Матка если и сядет, то нескоро, — проледенила Мильхэ.
— Может, ну их? — Геррет не горел желанием продолжать бой. — Ну, налетит за ночь сколько-то, но не такой же рой! Оставим снова пирамидку где-нибудь и разделаемся с Тварями, как раньше.
— А отсюда как выберемся? — Рейт, морщась, ощупывал раненое плечо.
Его левая рука повисла плетью. Теперь, если он и мог драться, то только мечом.
 
— Подо льдом пройдём, — сказал Лорин. — Мильхэ же может его передвинуть.
— Далеко я не уйду, — возразила ледяная ведьма, занявшись раной Рейта. — Начну использовать воду для восстановления, и лёд истает. Мы доберёмся, разве что, до окраины деревни.
— Да всё равно придётся драться, — сказал Рейт, ёжась под руками Мильхэ, отчего той пришлось шикнуть. — Мы тут давно, маскировка почти выветрилась. Змееклювы учуют нас и пойдут следом.
«И нападут сразу, как кончится лёд, — подумал Фаргрен. — А потом и богомолы налетят».
— Вряд ли просто уйти — хорошая идея, — проледенила Мильхэ, накладывая Рейту повязку. — Здесь у меня есть вода, чтобы хоть как-то восстанавливаться. Уйдём — захваченный лёд кончится, и всё. А драться надо будет.
— Змееклювов закидаем дымом, помедленнее станут, — сказал Фар, радуясь, что заказчик оказался на редкость щедрым.
Они потеряли часть гранат с лошадьми, но оставалось достаточно.
— Богомолов бы тоже... О! — Лорина, кажется, посетила, какая-то мысль. — Сколько дымовух надо, чтобы покрыть дымом весь ров? Штук десять?
— Я бы сказал, не меньше двенадцати... — проговорил Рейт.
— Можно поднять их водой на высоту? — продолжил его брат. — Поставить щит, чтобы богомолы не разлетелись быстро, и взорвать гранаты в воздухе. Они не понимают, в чём дело, если движется вода. А дым, может, хуже действует, но действует же. Пусть побольше надышатся.
— И надо тогда внизу одновременно, — сказала Мильхэ. — Змееклювы быстро не расползутся, тем более дым будет оседать вниз. А богомолов замедлит, некоторые даже попадают.
— И потом уже пострелять, — сказал Лорин, и Рейт заметно погрустнел, — и покрошить. Огонь, вода, всё что угодно.
— Есть одно но! — возразил Геррет. — Я уже не смогу поставить такой большой купол. И мы сами ничего не увидим.
— Не надо полный купол, — ответила Мильхэ. — Только сверху. А убежище передвинем выше. Думаю, попробовать стоит.
— Нет, не надо пытаться прикончить всех сразу. — Геррету план явно не нравился. — Сначала змей, потом — богомолов. Они всё равно в воздухе. А змееклювы близко, найдут нас даже в дыму. Убрать часть этого льда, метнуть гранаты и спокойно посносить все головы, что сюда сунутся. Даже богомольи, если они спустятся.
— Гер прав, — сказал Фаргрен. — Незачем рисковать больше чем нужно. Сначала змей, а потом богомолов, как предложил Лорин.
Так и решили.
Близнецы достали мечи. Рейт после помощи Мильхэ хоть и мог двигать левой рукой, но стрелять — нет. Эльфийка убрала часть ледяной стены, но оставила на его месте тонкий слой воды, чтобы дым не проник внутрь.
Геррет с Фаргреном выкинули несколько гранат в змееклювов. Те, завидев добычу, тотчас ринулись к наёмникам. Некоторые успели проскочить дым, и он не подействовал на них.
Рубили только змей. Иногда слышался стрекот крыльев, но богомолы не совались вниз. Умные.
— Разойдись!
Геррет шагнул за слой воды и пустил мощную волну огня. Потом сделал шаг назад, и они вчетвером снова принялись рубить змеиные головы.
Через некоторое время Фаргрен почувствовал, что устал кромсать Тварей. Геррет уже три раза пускал огонь в чёрный дым, а те всё не кончались.
Наконец змееклювов стало меньше. А когда они совсем перестали соваться к ним, Мильхэ закрыла льдом вход в их убежище. В шинковании змей она не участвовала — берегла силы, поэтому только оттаскивала тела плетями.
— Дерьмо жнецовье! — Рейт сел прямо на землю. — Да я за все походы по Тёмному Тракту столько Тварей не убил. О, спасибо!
Фаргрен почувствовал, как усталость уменьшается — это Мильхэ что-то делала для них всех. Сама она прижалась ко льду, и под её руками он быстро исчезал — так она восстанавливалась.
— Идёмте, — сказала она.
Ледяные глыбы вокруг стали водой, перетекая вслед за ними. Вскоре они оказались на краю рва. Вода вновь стала льдом, но через него было видно убитых Тварей.