Идеальный мир для Демонолога 8 (СИ)

— Нет, продолжайте окапываться по уставным нормативам, — помотал головой генерал. — А я что-то придумаю.
— Понял, чего уж, — пожал плечами Берсерк и отправился выполнять приказ.
Некоторое время Лежаков просто сидел на месте и смотрел в стену, после чего схватился за голову.
— Ну всё! — обреченно проговорил он. — Жопа… Теперь точно!
Но сдаваться он и не подумал. Как же, ведь медалью уже наградили, но вручить пока не успели, и надо сделать всё, чтобы этот момент всё-таки настал. Надо только придумать, как выйти из этой ситуации.
  
— Кажется, настал тот самый критический момент, о котором он говорил, — задумчиво пробубнил Лежаков. Проблема сейчас в боеприпасах. Да, можно встретить врага с клинком в руках и дать хороший бой, причем даже победить. Вот только бойцы уже два дня на ногах и сильно истощены. Отстреливаться еще можно, все-таки в обороне воевать чуть легче, а идти махаться на мечах они уже не могут.
Потому настал момент для решительных действий. Настолько решительных, что к таким действиям можно прибегнуть лишь в самой критической ситуации. Так что Лежаков взял телефон, набрал нужный номер и закрыл глаза, моля Вселенную, чтобы он не ответил на звонок.
— Слушаю! — после первого гудка послышался знакомый голос.
— Константин… — Лежаков выдохнул и несколько секунд пытался собраться с мыслями. — Мне нужно одолжение. Сможешь помочь?
— Внимательно слушаю, — невозмутимо ответил Костя и следом генерал вкратце поведал ему всю доступную информацию о ситуации здесь.
— В общем, как-то так, Константин, — заключил генерал. — Нам требуется очень много снарядов, понимаешь? Ну ладно, если мало будет, то всё равно хорошо. Хоть сколько-нибудь снарядов будет нам, как манна небесная.
— Вы же понимаете, что я в Воркуте, а вы в Сирии? — уточнил Константин. — Нас разделяют тысячи километров и это… Как бы помягче сказать. Это нереально!
— Понимаю, потому именно тебе и позвонил, — пожал плечами Лежаков. — А если ты сможешь это сделать, то…
— Сразу хочу напомнить, — перебил его Костя. — Отпусков у меня столько, что я могу отдыхать хоть до пенсии.
— Да не отпуск, конечно! — Лежаков убрал обратно в стол бланки. — Как ты мог такое подумать? Просто… Я буду тебе должен. Лично.
— Ну ладно, тогда по рукам, товарищ генерал! — легко согласился Костя. — Значит, будете должны…
— Ты погоди еще, сначала придумай, как сюда снаряды доставить, — усмехнулся Лежаков. — И только потом я буду должен.
— Вы мне уже, можно сказать, должны, — усмехнулся Константин. — В восходом солнца смотрите на запад… Помощь прибудет с востока. Вечером.
— Э-э-э…
— Да просто какой смысл утром на восток смотреть, когда там солнце слепит? Это так, просто дружеский совет был. Всё, ждите, в общем.
На этом Костя завершил звонок, а Лежаков… А что ему еще остается делать? Он принялся ждать.
Причем не только он, но и остальные бойцы тоже. Собрались в комнате, сидят, попивают воду и ждут, тогда как генерал всё время задавал себе одни и те же вопросы. Зачем было звонить Косте? Чем он сможет помочь в такой ситуации? И какой смысл ждать?
Но потом ему вспомнились слова из недавнего разговора. Константин говорил совершенно серьезно, мол, если будет какая-то критическая ситуация, просто надо ему позвонить. Да, цена будет высока, но выйти можно из любой ситуации, надо только связаться и попросить.
— Вот даже теоретически, — не выдержал один из офицеров. — Просто, если подумать… Где он тут снаряды возьмет?
— Сиди и жди, — буркнул генерал, хотя он и сам задается таким же вопросом.
— Но там же пустыня! И ничего, кроме пустыни! Гиблая земля, в которой могут выжить только скорпионы и ящерицы, да и то, не все! — продолжил тот.
— Терпение. У меня всё продумано, — спокойно проговорил Лежаков и скрестил пальцы на руках. — Верьте в своего командира.
Так незаметно наступил вечер и вскоре в комнату забежал дозорный.
— Смотрите! — указал он в окно, и офицеры тут же похватали бинокли.
— Что там? Я что-то вижу! Что это? Люди? Кто там? — заголосили они.
— Погодите, там ерунда какая-то… Это же верблюд! — воскликнул самый зоркий из них.
— Вон, второй появился! Третий! Там много верблюдов!
Из-за бархана вышел растянутый до самого горизонта караван и бойцы высыпали на улицу, чтобы встретить груженных ящиками со снарядами и патронами верблюдов.
А на первом из них, и вовсе, табличка висит, где четко написано, что верблюдов надо напоить и не мешать им, после разгрузки уйдут сами.
И вот, теперь Лежаков сидит в своем кабинете, но на душе всё равно неспокойно. Да, снаряды теперь есть, и можно обороняться, но…
— Нет, ладно, верблюды… Допустим, — помотал он головой. — Ладно, они сами пришли… и даже попили тоже сами. Вопрос только, каким образом они достали воду из колодца? Ну, в этом им, скорее всего, кто-то из бойцов помог. Я всё понимаю, бывает. Но почему у нас снаряды из Воркуты? Этого я не понимаю! И почему на них набита дата выпуска — завтра? Вот это совсем непонятно!
* * *
Отдохнули они достаточно, так что отправил всех на веселое и интересное задание. Всех, даже роботов и двоих новичков. Разве что Катю оставил, но на то были причины.
И вот, сейчас я сижу в своем новеньком кабинете, ковыряюсь с бумажками и черчу на них новую пентаграмму. Пытаюсь придумать нужное мне заклинание, но никак не получается сократить расход энергии и золота, выходит слишком неэффективно.
— Да что ж такое! — возмутился я и смял очередной листок, после чего метнул его в дальний угол. Там стоит ведро и, несмотря на расстояние, я легко попал в него, после чего начал чертить пентаграмму заново.
Но увы, и на этот раз не удалось оптимизировать заклинание, так что следующая скомканная бумажка тоже отправилась в ведро. Затем вторая, третья, десятая… а вот пятнадцатая бумажка почему-то упала рядом.
— Эй! — возмутился я. — Ты там чего, уснул? — бумажка тут же медленно взлетела и переместилась ровно в урну, а я укоризненно помотал головой. — Рембо, у нас бес-доводчик халтурит. Можешь премию ему срезать за такое.
— Думаю, можно не лишать его премии. Просто поработает доводчиком в бесовском туалете, и сразу одумается, — усмехнулся он, — и доводить он не двери будет, сами понимаете…
— Не, ну погоди, давай не будем так сразу… Он просто бумажку не поднял, хватит и штрафа, — иногда Рембо бывает слишком жесток, конечно. — Кстати, а вы там со снарядами разобрались? Доставили? Перебили маркировку?
— Снаряды на месте, маркировку перебили, господин, — улыбнулся рогатый. — Как вы и сказали, изменили на любую дату, чтобы не вызывало подозрений, что их только вчера произвели.
— Молодцы, — похвалил его и продолжил чертить пентаграмму. Вот только в душе появились какие-то сомнения. — Погоди… А на какую точно дату перебили?
— Так на завтрашнюю, — пожал плечами бес.
— С*ка… Хотя… — нет, ну так даже веселее. Жаль только, никто не сфотографировал лицо Лежакова, когда он узнал о дате выпуска снарядов. Но ничего, у меня воображение работает неплохо.
Я еще немного позанимался созданием новой пентаграммы, но закончить её так и не успел. Ведь пришла Катя и сообщила о том, что она готова и нам пора отправляться.
— Эх… — обреченно вздохнул я и смял очередную бумажку. Ее даже кидать не пришлось, она сама сразу в помойку отправилась. — Ты точно уверена, что так надо?
— Точно-точно! Помнишь? Ты обещал! — нахмурилась девушка.
— Да помню… Ладно, через пять минут выхожу.
Пришлось быстренько надеть парадную форму и подняться на крышу, где нас уже ждал вертолет. На нем мы отправились в другой город, а я всю дорогу смотрел в окно и думал о том, что можно было бы сейчас воевать с кем-то, бегать по лесу от медведя или заниматься другим интересным делом. А вместо этого приходится лететь в другой город на какой-то там благотворительный аукцион для аристократов.
А ведь как хитро меня подловила Катя. Я был чем-то очень занят, а она без умолку говорила мне под руку. Мол, пойдешь со мной? Пойдешь? Точно пойдешь? Сможешь? Я и согласился, чтобы она отстала! А ей нужно было хоть кого-то с собой взять, ведь по всяким аристократическим идиотским правилам приходить на такой прием без сопровождения — моветон.