Мой босс – тиран (СИ)

— Прости…
  
17
 
Дилфина
Поднимаюсь по лестнице, не став ждать лифта, который один Бог знает, когда придёт и доставит меня на нужный этаж. В голове так и звучат слова той девушки, как там её, Оля? Ольга? И как она посмела так сделать? Чёрт! Я задыхаюсь, пока бегу до дома Максима.
Остановившись у нужной двери, опустилась на колени, переводя дыхание. Чувствую себя так, будто пробежала несколько километров. Сердце в груди ускорило темп биения, заставив меня дышать через рот. Ладони вспотели, и я вся подобралась. Сжала руку, теребя рукава джемпера. Мне хватило несколько минут, чтобы набраться смелости и нажать на звонок. Отошла от двери, оправив на себе одежду, и стала ждать, когда мне откроют дверь. Но это не случилось ни через минуту, ни через пять минут спустя. Это очень напрягало. Снова нажала на звонок и стала прислушиваться. Тишина. Будто здесь никто не живёт.
— Макс, давай открой же эту чёртову дверь! — шипела я, переминаясь с ноги на ногу.
А после не выдержала, стала колотить дверь кулаком и звать парня. В ответ ноль реакции. Зато среагировала старая соседка, которая жила по соседству. Высунула голову через дверь и так посмотрела на меня, будто я стою здесь голая и требую невозможного.
— Чего кричишь, визгопряха? Не видишь, сколько сейчас время? Тут вообще-то, люди спят, а тут ты, со своими криками.
Что, визгопряха? Я-то? Ой, бабушка, знаете, куда я сейчас вас пошлю? Ой, лучше вам заткнуться, пока я не разозлилась окончательно.
— Чего так смотришь?
— Извините, я к другу пришла. Не знаете, он не дома?
Ну что я несу? Мне лучше заткнуться, но нет, несёт меня, как танк.
— Да откуда мне знать? На работе, наверное. А что, поругались?
— Что?
— Максимка уже, который день не ночует у себя, — как бы между делом сказала женщина, а я напряглась. Как это не ночует? И откуда это бабка знает?
— Откуда вы знаете, что он не ночует у себя?
— Да он же каждый день помогает мне вынести мусор. Но последние дни его нет, вот и подумала.
Я быстро вытащила из заднего кармана джинсов телефон, нашла в контакте номер Константина и набрала его. Если кто и знает, где сейчас Максим, тогда только он.
— Да? — телефон подняли сразу же, и, кажется, Константин не ожидал, что я позвоню, потому что удивился, когда я спросила, где Максим. — Дилфина, это ты? О Боже, где ты? Я заберу тебя. Максим места себе не находит, сошёл с ума, ну не совсем сошёл, но немного тронулся умом. О чем я? Так, где ты? Я сейчас же заберу тебя.
Мужчина ещё что-то говорил, но я не стала слушать его. Потому что после разговора с ним, хотя в основном говорил он, а я слушала, зацепилась только на слово «сошёл с ума». Как? Неужели это я виновата во всем?
— Где он, Константин? С ним… с ним все в порядке? — начала запинаться я.
— Успокойся, он должен быть в офисе. Последние дни он там ночует. И Дилфина, — обеими руками крепко схватила телефон, когда Константин замолчал, убивая меня медленно. — Сейчас ты необходима ему, как воздух. Он… мы не узнаем его.
На том проводе горько вздохнули, а я уже не знала, как попросить у Максима прощения.
Я виновата, потому что не стала его слушать. Потому что не дала ему объясниться. Просто взяла и сбежала, как маленькая девочка.
О, Боже, что я натворила?
Сбросив звонок, я выбежала из подъезда, села в машину и на большой скорости, нарушив сразу все дорожные правила, помчалась в офис. И вместе тормоза, я, как дура, до упора нажала на педаль газа и врезалась в столб, ударившись лбом о руль.
Зашибись! Что за день сегодня?
Ко мне с зонтиком в руках побежал охранник, помог выйти из машины.
— С тобой все в порядке?
— Кажется, да. Босс у себя?
— А как же иначе, — хмыкнул охранник, осматривая нанесённый мной ущерб. — Он уже, который день спит здесь.
— Вызовешь эвакуатор? Спасибо.
До входа я успела промокнуть до ниточки. В офисе было тихо и, в такое время здесь не было никого, кроме охраны. Я шла быстро, цокая каблуками, и остановилась рядом, когда увидела в полутьме силуэт Макса. Опустившись на корточки, позволила ему прикоснуться ко мне. От его болезненного вида в сердце защемило.
Накрыла его руку, и сама позволила себе прикоснуться его лица.
— Максим…
Мне было больно смотреть ему в глаза, ведь по сути это я виновата во всем. Это из-за меня сейчас он в таком состоянии.
— Прости.
Не знаю, кто это из нас признался, но сейчас слова не имели значения. Не имело ничего, кроме нас двоих.
Максим наклонился, касаясь кончиком носа и водя по лицу, а после, отстранившись от меня, дотронулся до раны на лбу, а после я почувствовала его сухие и твёрдые губы у себя на лбу.
О, Боже…
— Это сон или…
Я не стала его переубеждать в обратном, нагло перебила на полуслове, и просто заткнула его поцелуем, которого оба так хотели. Я уже давно истосковалась по его губам и ласкам так, что готова была просто съесть его целиком.
Максим никак не стал реагировать, поглаживал мои щеки, пока я слизывала с его губ свою кровь. Оторвалась от него, чтобы задать вопрос.
— На что я похожа?
Однако это был риторический вопрос, и я не ждала от него ответа, но его и не последовало. Вместо этого Максим грустно улыбнулся и наклонился ко мне, захватив мои губы на полпути к нему. Поцелуй со вкусом крови и алкоголя сносил нам крышу, вместо того, чтобы оттолкнуть меня от него. Но я слишком люблю, и слишком соскучилось по нему, это были лишь мелочи перед моей любовью к этому мужчине.
Его лёгкая щетина под моими ладонями приятно щекотала кожу, а его язык играл с моим. В животе медленно просыпались бабочки, и низ живота приятно ныл. Я хотела почувствовать Максима в себе. Полностью. И немедленно.
Как дикая кошка, я лихорадочно пыталась расстегнуть эти чёртовы пуговицы от рубашки, но в порыве страсти я добилась лишь того, что просто разорвала рубашку, и пуговицы отлетели в разные стороны. Максим глухо засмеялся, и, накрыв мои руки, укусил меня за нижнюю губу.
— Постой.
— Что случилось?
Максим встал с места и с разорванной рубашкой пошёл закрывать дверь. Включил свет и опустил жалюзи, закрыв дверь на ключ изнутри. А после обернулся ко мне с улыбкой на лице.
— Хочу увидеть твоё лицо, когда ты будешь получать удовольствие.
Я густо покраснела, но не стала закрываться от него. Максим подошёл ко мне с вальяжной походкой, протянул руку и помог мне встать с места.
— Я обещал тебе кое-что.
Максим подошёл ко мне, заставляя меня попятиться назад и удариться спиной об окно, загоняя меня в своеобразную ловушку. Стоило спине коснуться холодного окна, как я вспомнила, о каком обещании шла речь.
Вот чёрт! Он ведь сейчас не серьёзно? Заняться сексом у всех на виду, хоть и на улице ночь, не хотелось бы выставлять напоказ своё нагое тело.
Брр. От этого мысля мурашки по коже.
Но Максим не шутил, и его голодный, тёмный взгляд говорил всё за него.
Максим скинул с себя порванную мною рубашку, и, закинув обе мои руки над моей же головой, наклонился и впился в мои губы. Наши взгляды встретились и между ними пролетели искры, сбивая все на своём пути.
Я запустила ладони в его шевелюру, притягивая к себе ещё ближе. Хотя физически ближе было некуда. Я хотела слиться с ним воедино и никогда больше не расставаться. Мы кусали губы друг друга, а после слизывали с губ кровь. Подставляла шею, где Максим с большой радостью оставил свою метку.
Торопливо накрыла рукой его возбуждённую плоть, ловя губами его стон и наслаждаясь им. Максим помог мне избавить его от остатка одежды. И вскоре его возбуждённой член был на свободе.
Я была в восторге, увидев его тело. Хотелось прикоснуться хотя бы головки губами, попробовать на вкус, как это делает Максим со мной. И мужчина, будто почувствовал во мне это желание, усмехнулся, затягивая меня в омут своих синих глаз.
— Хочешь поиграть с ним? — я кивнула, потому что просто не могла говорить. Язык будто прилип к небу, и я судорожно втянула в себя воздух. Даже не заметила, как не стала смущаться и закрываться от него. И видимо, это не ускользнуло и от него. — Потом поиграешь. А сейчас я хочу тебя.