Еще там есть собака (ЛП)

Переводчик: Светлана П.
Редактор: Виктория П.
Вычитка: Катя Л.
Обложка: Мария В.
СТРАСТНАЯ РОЖДЕСТВЕНСКАЯ РОМАНТИЧЕСКАЯ КОМЕДИЯ
Author’s note
Если вам интересно…
Название этой книги взято из твита, который я однажды увидела:
Сюжет почти каждого фильма Hallmark рассказывает о карьеристке, которая слишком занята для любви, но ей приходится переехать в маленький городок, где симпатичный местный холостяк учит ее истинному духу праздника. Начинается снегопад, и они целуются. Еще там есть собака.
Каждой собаке, в которую я влюбилась
с первого взгляда…
То, что ты живешь с другим человеком,
не значит, что мы не родственные души.
;)
ГЛАВА 1
Джиллиан
Я люблю свою работу, но ненавижу Рождество.
Вот, я сказала это.
То есть, я не ненавижу Рождество. Просто ненавижу, что все делают из этого такое большое событие. Это всего лишь день.
Ну, вернее, это сезон, но почему люди не могут проводить время с семьей, дарить подарки в честь чего бы то ни было, давать чаевые персоналу и зажигать гирлянды по всему дому в течение всего года?
То есть, конечно, я не могу проводить время с семьей очень часто, потому что очень занята работой, но я бы отправила игрушечного Йоду моей племяннице в любой случайный понедельник июня или сентября. У меня в квартире в Верхнем Вест-Сайде круглый год стоит очень элегантная, праздничная, украшенная белым снегом елка с маленькими белыми лампочками. Я также пеку печенье для офиса раз в месяц — каждый месяц, а не только в декабре.
Ладно, я не пеку его сама, но покупаю свежеиспеченное печенье в моей любимой пекарне. И мне не просто доставляют их — я забираю их сама! Обычно. Чаще да, чем нет.
Я не брюзга.
Просто не понимаю, к чему вся эта праздничная суета.
И ладно, не то чтобы я не люблю свою работу — быть помощником юриста очень напряженно, а мои придирчивые нью-йоркские боссы-адвокаты — демоны из самых ядовитых, огненных ям ада выпускников юридической школы Гарварда. Но мне нравится то, что я делаю. Нравится работать, добиваться результатов и быть важной и успешной частью правовой системы. Даже, когда я не в офисе.
В те четыре-пять часов в неделю, когда я бодрствую и не работаю, мне нравится использовать по крайней мере четверть заработанных денег на покупку действительно хороших канцелярских принадлежностей. Еще я покупаю очень красивые контейнеры для хранения этих канцелярских принадлежностей. И приобретаю уютные наряды, которые надеваю, когда остаюсь дома вечером и в выходные, чтобы любоваться всеми красивыми канцелярскими принадлежностями в хорошо организованных контейнерах. Когда не занята работой или тренировками, я слушаю подкасты о настоящих преступлениях, потягиваю вино через соломинку, пользуюсь странными корейскими масками по уходу за кожей и пишу списки дел в моей исключительно подобранной коллекции блокнотов.
Это моя лучшая жизнь в моем счастливом месте, и если вы думаете, что я делаю что-то неправильно, то попробуйте поспорьте со мной.
Обычно я бы оставалась дома на Манхэттене, но Санта и его эльфы решили в этом году устроить мне засор канализации в ванной. И словно это не было достаточно ужасно, последующее затопление и устранение плесени заставили меня эвакуироваться из квартиры на три дня, с двадцать четвертого по двадцать шестое декабря. Я все еще могла бы быть сейчас на Манхэттене, если бы в последнюю минуту остались свободные номера в приличных отелях.
 
Я даже была готова остановиться в Бронксе!
Или у друзей, у которых есть дополнительная кровать или диван.
Но сейчас ни у кого нет свободной кровати или дивана.
И оказалось, что мне не разрешается ночевать в офисе в течение следующих трех ночей.
Почему?
Потому что Рождество.
Поэтому запрещено.
Меня выгнали из офиса.
У меня нет времени лететь в Калифорнию, чтобы побыть с моей семьей, потому что у нас ведется большое дело, которое будет рассматриваться в суде в январе, так что с двадцать седьмого декабря в офисе снова все заняты. И мне нужны оплачиваемые часы. А еще я ненавижу летать. И хотя очень люблю свою семью, но ненавижу Калифорнию. Потому что единственное, что может быть глупее Рождества в целом, это рождественские гирлянды, обвивающие стволы пальм, когда на улице солнечно и тепло. Все эти счастливые, здоровые, загорелые люди, разъезжающие в кабриолетах…
Фу.
По крайней мере, на Манхэттене у людей плохое настроение, потому что холодно, ужасные пробки, магазины переполнены, и все пытаются выяснить, ожидают ли люди, которых вы встретили в октябре, что вы сделаете им подарок, когда они пригласят вас на званый ужин в декабре.
А я даже не могу сегодня быть в плохом настроении рядом со своими собратьями-манхэттенцами из-за канализационных стоков и иногородних гостей, которые имели наглость забронировать все гостиничные номера и жилье для отдыха в моем городе и во всех его близлежащих районах.
И вот я здесь, одна, в прекрасном домике в Катскиллз. Он принадлежит другу друга. Моя подруга Мэдди останавливалась здесь со своим мужем на выходные месяц назад и настаивала, что мне здесь понравится. Затем, правда, изменила свое заявление и сказала, что мне понравится домик и уровень сигнала Wi-Fi, но не понравится местоположение. Вот почему мы с Мэдди подруги. Она меня понимает. Некоторое время я работала в юридической фирме, расположенной напротив той, в которой работала Мэдди. Девушка — лучший исполнительный помощник, которого я когда-либо встречала, и она подцепила себе самого красивого адвоката на Манхэттене. Вот почему Мэдди единственный человек, который смог убедить меня проехать два с половиной часа до хижины в лесу. В середине зимы. В одиночку.
Если только Зак Эфрон не написал бы мне по электронной почте: «Эй, у меня есть милый классный экологически чистый домик в Катскиллз. Я собирался просто потусоваться там в одиночестве без рубашки несколько дней, но если хочешь присоединиться ко мне, я пришлю тебе адрес».
Я бы спросила: «Как там сигнал Wi-Fi, и ты обещаешь говорить только тогда, когда к тебе обращаются?
P.S. Я люблю тебя в «Соседях».
P.P.S. Спасибо, что отрастил бороду в тот раз и за попытку спасти планету».
Поездка сюда на арендованной машине была живописной, а вид на закат над верхушками деревьев — потрясающим. Здесь так спокойно и тихо, что, клянусь, если задержать дыхание, то можно услышать, как шуршат ресницы, когда я моргаю. Так что пока меня не разрубит на куски убийца с топором или не загрызет медведь, я смогу спокойно поработать в этом месте. Честно говоря, я, вероятно, все еще смогу работать, если меня погрызет медведь, если только это будет не смертельно. И если сигнал Wi-Fi так хорош, как утверждает хозяин. Если у меня не будет интернета, мне конец.
Владелец этого домика, Митчелл Конрад — который явно гей, иначе почему бы это место было так со вкусом оформлено, если он натурал и холост — оставил вежливую записку на очень милой рождественской открытке с фотографией того, что, как я предполагаю, является его собственной очаровательной собакой. Французский бульдог. Серый с маленькими белыми отметинами. Самая милая мордочка, очаровательные глазки и коротенькие маленькие лапки, которые я когда-либо видела.
Обычно я не хочу собаку, но эту хочу.
Не такую собаку, как эта — я хочу именно эту.
По всему дому расставлены фотографии этого невероятного четвероногого существа и ни одной фотографии человека, и от этого я чувствую себя нехарактерно спокойной и счастливой. У меня не было времени погуглить Митчелла до того, как мне пришлось покинуть квартиру и отправиться в путь, но на фотографии профиля аккаунта Митчелла Конрада в Gmail изображена большая рука, держащая кофейную кружку. На кружке написано: «Чем больше людей я встречаю, тем больше люблю свою собаку», а рука была… впечатляющей. И он, и его собака выглядят очень ухоженными. Они, должно быть, были здесь примерно за час до моего приезда, чтобы почистить снег и оставить открытку и приветственную корзину. Я слегка взволновалась, когда увидела, насколько велики следы человеческих ног, но потом успокоила себя тем, что он, скорее всего, гей — потому что иначе откуда бы здесь было столько комнатных растений, со вкусом подобранная керамика и красивые ковры? Иначе, почему полы из широких досок были бы такими красивыми, что я чуть не кончила в штаны, как только вошла?