Постель не повод для знакомства (СИ)
— А главное: скромный, — ехидно замечает Артем.
— Правильно говоришь, сын. Скромняга я и симпатяга, — довольно рокочет Кинг Конг. — Короче, к делу: сегодня приезжает крупный инвестор. Я когда узнал, во сколько оценивается его капитал, мне в первый раз в жизни захотелось сменить пол и выйти за него замуж. Вам его нужно облизать с ног до головы, чтобы он вложился в отель. Так что сегодня и посмотрим, как справитесь. Ну чего сидим? Встали и пошли работать! Дети мои, об одном прошу: не облажайтесь! Папе на старости лет очень нужна вкусная кашка!
— Да ладно вам, — возражаю я. — Какая кашка? Вам всего пятьдесят пять вчера стукнуло. Вы еще жениться можете.
— Тьфу на тебя, тьфу! — Кинг Конгыч испуганно стучит по деревянному столу. — Осень наступила, отцвела капуста. У меня пропали половые чуйства. Теперь только бизнес, и больше ничего!
— Поняла вас, шеф, — я активно тру нос, пытаясь сдержать улыбку, потому что вижу, что Кинг Конгыч не шутит, хоть и отвечает в привычной ернической манере.
При упоминании женитьбы у него сразу весь румянец с лица сошел. Что вполне понятно, если учесть, сколько денег и нервов ему стоили предыдущие разводы, о чем он мне неоднократно говорил.
— Я просто хотела спросить, кто этот инвестор.
— Очень известный израильский бизнесмен Эйтан Шор, — охотно поясняет шеф. — Из наших бывших. Ребенком его в Святую Землю увезли. Кое-что ему там снизу, конечно, обрезали, — Сан Саныч складывает пальцы ножницами и чикает себя в районе живота. — Зато, в качестве компенсации, кое-что сверху пришили. Это я сейчас про кошелек. По-нашему он болтает, как мы с тобой. Мужик по натуре строгий, но справедливый. Любит, чтобы все как швейцарские часы, понимаешь, работало. Тип-топ и чики-пуки! И не скупой, кстати. Так что если вложится в отель, то всем будет хорошо.
Глава 3. Здравствуйте, барин!
Иду к выходу из кабинета шефа и сталкиваюсь с Марком, который стоит у двери, озабоченно листая что-то в телефоне. Пытаюсь проскользнуть мимо и ненароком бросаю взгляд на экран его телефона. А там заставка с приветствием: "Здравствуйте, барин! Чего изволите?"
Что? Барин? Да он на всю голову больной! Невольно замираю на месте в растерянности, а Марк, не глядя на дверь, внезапно делает шаг, и толкает меня. Я с размаху лечу прямо на дверной косяк и даже не успеваю испугаться. Потому что между мной и косяком оказывается Артем. Утыкаюсь лицом в его широкую грудь, в тонкую шелковую белую футболку под молочного оттенка пиджаком. Меня окутывает запах очень дорогого одеколона. А губы припечатываются к упругим мышцам груди.
Артем то ли машинально, то ли пользуясь случаем, обнимает меня, прижимая к себе.
— Вот нам везет второй день подряд! — оживляется моя тушка. — Жизнь налаживается!
— Может, ты хотя бы попытаешься выскользнуть из его объятий! — недовольно бурчит мозг.
— Да мы уже почти. Все равно там не так интересно, как у старшего брата. Скажем интеллигентно: это не тот урожай! Хотя грудь мне понравилась. Уютненько мы там полежали, — тело включает, наконец, мышцы.
— Пошлячка, — ворчит мозг.
— Не пошлячка, а юная натуралистка и знатный овощевод. Можно сказать: ученица Мичурина. Он вон пытался арбузы на березе вырастить. А я хочу женское счастье вырастить на безрыбье, в условиях современной жизни, когда мужика нормального с микроскопом не найдешь. Вот это, доложу я вам, селекция!
Бормоча благодарности, отстраняюсь от спасителя.
— Извините меня, Вика. Вы в порядке? — Марк бросается ко мне.
— Естественно, она в порядке, — улыбается Артем. — Ведь у нее есть я!
— Извините, я, кажется, запачкала вам футболку помадой, — смущенно шепчу я.
— Ты смотри, а они уже спелись. Прямо с утра в диафрагму целуются, — довольно потирает руки Кинг Конгыч.
— Не запачкали, а повесили на грудь медаль, — смеется Артем. — Я теперь посвящен в рыцари Ордена Виктории! — он гордо распахивает пиджак, демонстрируя окружающим отпечаток моей розовой помады, который красуется прямо в центре его груди. — День начался замечательно! Может, кофе выпьем? Спасителю полагаются плюшки?
— Обязательно. Только чуть позже. У меня неотложные дела, — быстро выбегаю в коридор и спешу к лифту. — Отблагодарю через пару часов.
— Буду ждать вас в баре ресторана и надеяться на лучшее. В конце концов, награда просто обязана найти своего героя, — кричит вдогонку Артем.
Нужно будет выпить с ним кофе. Если бы не Артем, я бы нос сломала, как минимум, из-за этого бегемота Марка. Едва успеваю нажать кнопку вызова лифта, как меня догоняет Марк. Легок на помине!
— Вика, вы не ушиблись? Извините меня! Я не хотел. Правда. Не подумайте, что это специально! Просто не вписался в поворот, — шепчет Марк, наклоняясь ко мне.
Мимо нас проходит горничная, толкая перед собой тележку с моющими средствами. Увидев Марка, она замедляет шаг, наклоняется, оттопырив попу в узком черном платьице, и принимается озабоченно рыться в тележке, при этом внимательно прислушиваясь к нашему разговору. Странно, что она одна. У нас в отеле слухи расходятся быстрее, чем в интернете. Так что здесь уже должны были собраться, как минимум, пять-шесть горничных, развесив уши и изображая активную трудовую деятельность.
— А я уже обратила внимание, что вы в них никогда не вписываетесь, — раздраженно отвечаю я едва слышным шепотом. — У вас вообще с меткостью большие проблемы. Думала, что это только с кроватями беда, а теперь поняла, что и с дверьми не лучше.
Он заливается краской и парирует:
— Да вы тоже, знаете ли, не образец грации!
— Что? Это вы меня сейчас коровой назвали?
— Я не то имел в виду! Что вы все время придираетесь к словам?
— Я придираюсь? Вы меня ночью чуть не задушили, а только что чуть лицо не разбили!
— Я же извинился!
— Это вас не оправдывает! Под ноги нужно смотреть, а не в телефонах шариться! Чем это вы, интересно, так там увлеклись? Наверное, искали кого бы затащить под кровать, пока невеста не видит?
— А вам какая разница, что я искал? Вы уже пытаетесь меня контролировать?
— Очень нужно! Да я бы и не посмотрела на вас, если бы шеф не велел нам вместе работать. Интересно, а ваш отец знает, что вы насильник?
— Что вы бред несете? Я вас не насиловал!
— Еще чего не хватало! Вы могли только мечтать! Извращенец!
— Истеричка!
— Подкроватный маньяк!
— Стерва бешеная!
— Идите вы к… инвестору! — влетаю в лифт и быстро нажимаю на кнопку, пока Марк стоит весь красный и пытается придумать, как бы мне ответить.
Последнее, что вижу: это вытянувшееся от изумления лицо горничной.
Вот черт! Совсем забыла, что она здесь. Ну все. Сама же дала жирную причину для слухов. Теперь начнется. Что-то я второй день сама не своя. Никогда себе не позволяю такой несдержанности. А тут прямо как подменили. Нужно немедленно успокоиться. Возьми себя в руки, Вика. Работа — вот что сейчас главное. Речь идет о твоем благополучии. Неужели ты отдашь этому избалованному эгоисту свой отель? Да черта с два! Я его отсюда выживу и вытолкну. Отель будет мой! И должность главного менеджера, и доля от доходов. В конце концов, это все, что у меня есть. А вдвоём с Марком мы здесь не поместимся. Правда, есть еще Артем. Но, судя по всему, его вообще бизнес не волнует. Интересно только: что он здесь делает тогда? Ладно, не все сразу. И это выясним. А пока нужно навести справки об инвесторе.
Набираю в поиске браузера на телефоне: Эйтан Шор. Внимательно читаю ворох публикаций. Боже, храни интернет и сайты сплетен! Это же неиссякаемый кладезь информации. Разведки всего мира просто нервно курят в углу. Инвестору пятьдесят лет. Он — известный израильский бизнесмен и очень верующий. В кипе на голове. Родился в Москве, но его в возрасте года привезли в Израиль. Видимо, там на Святой Земле у него крышу и снесло. Мало того, что он крайне религиозный и властный, так еще и дикий поборник морали, оказывается. Разведен. Один растит троих детей. Жена изменила ему, он ее вычеркнул из своей жизни и стал женоненавистником. Ну прекрасно! Схватка за отель только началась, а я уже потеряла несколько баллов. Легко догадаться, что инвестор предпочтёт управляющего-мужика. И почему все богачи всегда с прибабахами? Или удача любит только психов? Вот таких, как Марк, например?