Приключения рыжей попаданки (СИ)
…Вот уже много лет я живу в Портленде… Я уже привыкла к этому городку, где кажется, что время вовсе не движется и все и всегда происходит в определенном порядке. Мой муж замечательный человек. Это воистину большое везение — встретить свою любовь в чуждом тебе мире, только это и спасло меня от мысли покончить разом со всеми своими бедами.
Наши дети — Моисей и Марта — два наших якоря, которые надежно держат на плаву меня и мужа, и которые навеки связали нашу семью.
…Мне вспомнилось, как я очутилась в этом мире… Мы катались на коньках по замерзшему пруду. Было очень солнечно и морозно, хотя уже наступил март. Моя маленькая дочка только- только стала на коньки самостоятельно и попросила меня, не дожидаясь воскресенья, когда мы вместе с нашим папой ездили в городской парк на каток, сходить на пруд и немного покататься. “Мамочка, ну пожалуйста, — умоляла меня дочка, сложив ручки и так трогательно смотря на меня зелеными глазищами. — Папа приедет, а я уже умею хорошо кататься, ну пожалуйста…”.
Я, как всегда не устояла и сдалась. Мы оделись потеплее, прихватили коньки и зашагали по протоптанной в снегу тропинке к маленькому замерзшему пруду.
Присев на поваленное дерево, мы сняли сапожки, надели коньки, я помогла дочке потуже затянуть шнурки, замотала ей шею пушистым шарфом, который сама вязала по вечерам, и мы ступили на лед.
Дочка, хохоча, делала небольшие круги по льду. Вот она попыталась проехать на одной ноге, делая “ласточку”, не удержала равновесие, упала… и лед затрещал, пойдя трещинами. Она испугалась, начала метаться, вода постепенно затапливала льдину, наверное, лед был уже тонковат… Между мной и дочкой увеличивалось расстояние, а кусок льда, на котором она стояла все уменьшался.
— Стой, не двигайся! — закричала я и бросилась к ней.
Я успела схватить дочку и буквально выбросила ее на берег… Потом я сама пыталась выползти на лед, но он ломался под моими руками, и к тому же на ногах моих были надеты тяжелые коньки, а юбка намокла и тянула на дно.
— Беги домой, позови на помощь… — только и успела крикнуть я, когда ледяная вода накрыла меня с головой.
…А потом я очнулась на берегу моря. Было лето, дул теплый ветер. Я поняла, что я уже не дома, наверное, это какой-то потусторонний мир, подумалось мне. На мне была какая-то странная одежда, я совершенно не знала, куда мне пойти и что делать. Одно я осознала точно — что никогда больше я не увижу своих мужа и дочь.
А это значит, что жизнь потеряла смысл и цель.
Я отложила тетрадь и задумалась. Вспомнился бабущкин рассказ о своей прапрапрабушке, которая провалилась под лед на катке. Они с дочкой катались на коньках по замерзшему озеру или пруду, когда лед треснул, женщина смогла вытолкнуть дочку на берег, но сама погибла.
Тогда прочесали весь водоем, но тело так и не нашли. Бабушка и сама не знала подробности — было это очень давно, задолго до революции. Она рассказывала, что муж утонувшей женщины очень горевал. После потери супруги он так и не женился и полностью посвятил себя воспитанию дочки.
Поместье свое они продали и переехали в другой уезд. И еще бабушка говорила, что была та наша прапрапра… очень красивой, у нее были роскошные рыжие волосы и зеленые глаза…
Стоп, еще что-то я должна вспомнить…
Да, как же я могла забыть, ведь тот портрет на комоде — это портрет той самой нашей бабушки!
Я вскочила, налила себе воды, залпом ее выпила и опять открыла тетрадь.
Дневники Амелии Смит.
… Я долго сидела и смотрела на море. Решение пришло только одно, раз меня не забрала та вода, то я покончу со всем здесь. Наверное, погибнуть в воде — моя судьба. Я сняла туфли и пошла в воду, мне не было страшно, ведь я не хотела жить без своей семьи, без дочки, одно меня утешало, что я успела спасти ее. Она будет жить, пусть и без меня…
Вода постепенно накрывала меня, я не сопротивлялась, я чувствовала, что меня куда-то уносит, все дальше от земли…
Но видимо все же водная стихия не хотела меня принимать. Очнулась я лежа на камне и отплевываясь от морской воды. Я жутко кашляла, мои легкие разрывались от боли, я не могла вздохнуть, но была все еще жива!
Наконец мне удалось раздышаться, я села и заплакала… И в это время услышала низкий голос:
— Плачешь? Значит живешь. Не время тебе умирать, ты не все еще сделала, что должна. Ты не думала, что своей смертью ты лишаешь жизни своих будущих детей и внуков? Разве они этого заслуживают?
Я обернулась и буквально оцепенела. На большом валуне сидел величественный русал, у него были длинные волосы, борода, красивая корона сверкала в лунном свете, как и его хвост, переливающийся серебряным блеском.
— Я сошла с ума? Кто вы? — пролепетала я.
—П озволь представится, я — Морской царь семи морей, повелитель глубин, Рангхильд, сын Ренгвальда Великого. Как обращаться к тебе, дева?
— Меня зовут Амелия, — прошептала я.
— Послушай, Амелия, тебе повезло, что я вовремя тебя заметил. Сегодня я помогу тебе. Ты будешь жить, и жизнь у тебя должна быть долгой. Постарайся сделать так, чтобы помимо этого она также была счастливой.
Морской царь легонько дотронулся до меня своим жезлом:
— Ты будешь помогать людям. Немногим людям на земле дано то, что я сегодня дал тебе, эта сила будет всегда с тобой и твоими потомками… Кто знает, кого тебе предстоит еще встретить?
Ты будешь помнить и понимать все, в отличии от многих, кто сумел изменить судьбу, но забыл свое прошлое… Езжай в Портленд, там наравне с обычными людьми, живут много тех, кто потерялся в мирах и во времени… Твоя судьба ждет тебя там. Возьми.
Морской царь протянул мне мешочек, в котором лежали большие жемчужины.
— Пусть эти камни помогут тебе. Не плачь о дочке, с ней все будет хорошо, поверь.
И счастье у тебя тоже еще будет, прощай, Амелия! — с этими словами Морской царь исчез среди волн.
Я до утра сидела на берегу. Сон это был или явь? Но мешочек с жемчугом приятной тяжестью лежал у меня на ладони…
Бог мой, Рангхильд спас и мою пра-какую-то бабушку тоже? Выходит, что мы с Мартой и Моисеем родственники? Интересно, специально ли Марелла отправила меня в Портленд?
Вопросы буквально вертелись у меня в голове и я не могла расставить их по порядку. Нужно выпить кофе, решила я, потом можно будет прочитать остальные записи.
А после я должна все рассказать Камилю и Марте с Моисеем.
До утра я читала записки Амелии. Мне показалось, что я давно знаю эту женщину, так мне было понятно все, о чем она рассказала в своих дневниках. Ей выпало испытать те же напасти, что и мне. И она навсегда рассталась с дочкой… Что может быть страшнее для любой женщины?
Дневники Амелии Смит.
…В ближайшем городе я продала одну жемчужину — казалось, что стоит она немало — купила билет на поезд до Портленда и отправилась в путь.
Все вокруг было удивительным для меня, ведь я оказалось в другой стране и в другом времени. Что-то меня забавляло, что-то вызывало недоумение и даже страх, но я брала себя в руки и старалась смело смотреть вперед.
Портленд приветливо встретил меня. Городок был маленьким, провинциальным, горожане знали друг друга, но почему-то новые люди не вызывали у них ни особого интереса, ни вопросов. Может быть это и имел в виду Морской царь, когда что в городе живут обычные люди и те, кто попал сюда из других миров? И что многие забыли свое прошлое и ощущают себя частью этого городка?
Я увидела лавку “ Ювелирный магазин Уильяма Смита” и зашла внутрь, чтобы узнать на будущее, смогу ли я продать один из своих камней местному ювелиру.
Так мы познакомились с Уильямом. Он оказался прекрасным человеком с большим сердцем. Та теплота, которую Уильям дарил мне всю свою жизнь, была моим утешением и бесценным подарком судьбы. Через год мы поженились и у нас родился Моисей, а через четыре года появилась Марта. Уильям очень хотел, чтобы девочка носила имя своей рано умершей бабушки — мамы Уильяма. Дети наши всегда были копией своего отца — темноглазые брюнеты, что вызывало у Уильяма особую гордость.