Мечников. Открытие века (СИ)

— Не волнуйтесь, я вам верю. А ещё что? — поинтересовался я.
— В туалет много хожу, — ответил он. — Мочусь постоянно. А иногда совсем плохо становится. Сознание бывает, теряю. Голова, как ватная…
Всё, больше сомнений у меня нет. Хоть я пока что и не могу проверить перечисленные им симптомы с помощью лабораторного оборудования, но здесь уже всё очевидно.
Сахарный диабет второго типа. Возраст за пятьдесят, повышенный вес, жажда, интенсивное выделение мочи. А приступы, которые он описывает, скорее всего, являются эпизодами гипергликемии — когда сахар подскакивает слишком высоко и это вызывает нарушение нервной деятельности.
Теперь всё ясно… Почки при сахарном диабете повреждаются очень часто. Именно это заболевание и вызвало эту клиническую картину. Скорее всего, сначала сахарный диабет привёл к почечной недостаточности, и из-за этого в кровь начали поступать оксалаты — соли щавелевой кислоты. И, скорее всего, мочевая кислота, которая привела к гиперурикемии. Другими словами, образовались идеальные условия для разрушения почечных канальцев.
Вот только излечить сахарный диабет второго типа я вряд ли смогу. На это даже лекарская магия неспособна. Лучшим вариантом будет отпустить пациента домой, а самому подумать, как решить эту проблему. Ведь я впервые столкнулся с этим заболеванием после своего перерождения.
— Итак, сейчас я рекомендую поступить следующим образом, — начал я. — Вашу поясницу я привёл в полный порядок. Однако я настоятельно… Слышите? Очень настоятельно рекомендую с этого момента посещать меня хотя бы один раз в месяц. Вам понадобится пожизненный контроль лекаря.
— Батюшки… — испугался он. — Да я же разорюсь! У меня ведь денег на такое не хватит!
И это — проблема. Крестьяне и простые граждане себе такого удовольствия действительно позволить не могут. Бесплатной медицины пока что не существует. Льгот тоже. Людям остаётся лишь терпеть. И не каждый лекарь станет лечить людей из доброты душевной.
Я не мог пообещать пациенту, что буду принимать его бесплатно. Банально из-за того, что в комнате присутствовал Иван Сергеевич. Он хоть и начал ко мне прислушиваться, но от такого бреда точно откажется. В условиях девятнадцатого века это попросту невозможно.
— Придите ко мне хотя бы ещё один раз — через месяц, — попросил я. — Отложите деньги, не пожалеете. Уж лучше быть живым, но с одним рублём в кармане. Чем… Сами понимаете.
— Вашу мысль я понял, господин лекарь, — кивнул больной. — Обязательно приду.
Я задержался ещё на несколько минут, чтобы расписать больному план дальнейшего питания. Поскольку диета — самое важное в лечении сахарного диабета.
— Всё, господа, — обратился я к коллегам. — Если вы не против, дальше — без меня. Я пойду сменю Василия Ионовича. А то он там один за всех отдувается.
Однако, вернувшись в свой кабинет, я обнаружил, что в коридоре пусто.
— Господин Решетов! — улыбнувшись, воскликнул я. — Неужто вы уже всех раскидали?
— А чего там? — прокряхтел старик. — Кашель, сопли, головная боль — ерунда. Лучше расскажите вы, как всё прошло. Удалось помочь пациенту?
— Удалось, — кивнул я. — Но над ним предстоит ещё поработать в будущем. Если когда-нибудь он случайно зайдёт к вам на приём, пожалуйста, перенаправьте его ко мне. Хорошо?
— Разумеется, — ответил Решетов. — Чего ещё стоило ожидать от человека, который принял клятву лекаря… Вижу, пока что вам хорошо удаётся следовать своим новым догмам?
— Скажу честно, не всегда эта клятва даётся так просто, — признался я. — Но оно того стоит.
— Не сомневаюсь, — согласился Василий Ионович. — Но на такое может согласиться только человек с очень крепким стержнем. Я вот, лично, не смог. Испугался, что однажды облажаюсь. Не смогу кого-нибудь вылечить — и потеряю всё.
— Вам вообще об этом думать не стоит, Василий Ионович, — сказал я. — Вы и так принесли местным жителям столько пользы, сколько ни один лекарь не принесёт.
Старик улыбнулся, похлопал меня по плечу и покинул кабинет.
Я же уселся за свой стол и принялся напряжённо думать.
Сахарный диабет… Проклятье! Инсулина нет! Метформина нет! Никаких сахароснижающих препаратов пока что не изобретено. А изобрести их теперь могу только я. Или Сеченов — других вариантов нет.
Вот только из каких трав производить сахароснижающие таблетки — большой вопрос. А повышенный уровень глюкозы будет убивать людей одного за другим. Сердце, глаза, почки, нервная система, сосуды — сахарный диабет беспощаден. Смерть или инвалидизация. Без лечения иных вариантов он дать не может.
Стоило мне задуматься о лекарстве, как в открытую форточку влетело письмо.
И вновь инициалы «К. А. А.»
Опять Ксанфий. Видимо, сама судьба принесла ко мне этого ворона. Интересно, торговец смог оторваться от преследователей? Я думал, что следующую весточку мне придётся ждать не меньше месяца. Всё-таки на переезд в другой город требуется много времени. Особенно такому торговцу, как он.
Я раскрыл лист зелёной бумаги.
'Алексей Александрович, я решил не рисковать вашим знакомым. Художник Шацкий тоже сильно рискует, поскольку он часто торговал со мной и все встречи устраивал на территории своего дома.
Поэтому я буду ждать вас сегодня ровно в восемь вечера около посёлка Нового. Уверен, что туда вы сможете и пешком добраться. Расстояние небольшое. Я рассчитываю, что вы купите у меня товары на ту сумму, на которую мы и договаривались. Сейчас я в этом нуждаюсь, как никогда'.
Где находился посёлок Новый, я примерно знал. Туда действительно добираться совсем недолго. Полчаса ходьбы. Проблема только в том, что у меня сегодня вечером запланировано ещё одно собрание моей сестринской школы.
Правда, и из этой ситуации я примерно представляю, как можно выкрутиться.
Как всегда, навалилось всё и сразу. А я ведь ещё даже не успел обдумать, что делать с диабетиком… Проклятье! Ну невозможно с помощью лекарской магии восстановить работу субклеточных структур! По крайней мере, пока что я не нашёл способ это сделать.
Даже излечение почечных канальцев отобрало всю мою магию, ману Родникову и примерно половину запаса главного лекаря. И это при том, что канальцы состоят из клеток! А если посягнуть на более мелкие структуры… Да тут и десяти витков может не хватить!
Дело в том, что диабеты, грубо говоря, отличаются по двум признакам. Сахарный диабет первого типа, как правило, является генетически детерминированным заболеванием. И он зависит от работы поджелудочной железы.
Многие думают, что поджелудочная занимается исключительно перевариванием пищи. Но это совсем не так! Это — орган смешанной секреции. Ферменты пищеварения она выделяет в двенадцатиперстную кишку, а гормоны — в кровь. И главный гормон, над которым она работает — это инсулин.
Он регулирует обмен сахара в крови. И на орган в целом я подействовать могу легко. А вот в случае с сахарным диабетом второго типа всё куда сложнее.
Ведь там страдает не поджелудочная железа, и не инсулин. Там рецепторы — маленькие структуры на клетках — разучиваются принимать глюкозу под командованием инсулина. Управлять ими я пока не могу. Да и вряд ли вообще кто-то в этом мире на такое способен.
Нужны сахароснижающие препараты. А за этим мне точно нужно к Ксанфию Апраксину.
После окончания приёма я прошёл в лекционный зал, где уже собрались Анна Елина, Игорь Лебедев и Юрий Сапрыкин. Для общения с ними у меня всего-то один час. Но так дело не пойдёт — этого слишком мало. Поэтому после своего ухода я найду человека, который меня заменит. И я уже точно знаю, кто может это сделать.
— Итак, будущие коллеги, сегодня у нас практическое занятие! — заявил я. — И у меня для вас три задания. Каждый возьмёт по одному, которое придётся ему по душе. Возможно, именно этим вам в дальнейшем и предстоит заниматься. Во-первых, протоколы, — я уложил на стол стопку бумаг. — Здесь есть примеры всех видов документов, которые заполняются лекарями в течение рабочего дня. Кого такое интересует?