Давай разведёмся (СИ)

— Извини, я отвечу. Ждал этого звонка. Слушаю, — принимает вызов.
Смотрит в сторону, даже слегка прищуривается.
— Там по розничным ценам нужно пробежаться. Чувствую я, надо будет подкорректировать. Заморскому отдашь эту задачу, как только мы определимся с дальнейшей стратегией. Пусть разбирается. Да-да, акции, что мы обсуждали, тоже надо будет запускать. А что по анализу рыночной корзины? Ты разобрался с отчетом? Отлично, это все мне на почту и плюс данные по оттоку клиентов.
Желание очистить его стол становится нестерпимым. Неосознанно поглядываю на листы формата А4, с удивлением отмечая его почерк.
Вглядываюсь и различаю перечень теоретических задач.
«Управление требованиями».
«Исследования и анализ данных».
«Моделирование…»
Ниже много ручного текста.
— Что это? — доброжелательно киваю на записи, когда Марат отклоняет вызов.
— Меня уговорили прочитать лекцию студентам. И ещё провести пару практических занятий по бизнес-аналитике. Вот… готовлюсь, когда минутка выкраивается.
— Оу, правда? — оживляюсь. — Это потрясающе!
— Завидую твоему оптимизму, — возвращает мне улыбку.
— Нет, серьезно! Я теперь с гордостью всем буду рассказывать, что ты ещё и лекции студентам читаешь!
— Я в этом не слишком заинтересован, меня пригласили на разовые занятия с целью погрузить ребят в углубленную практику. Не знаю, что я там за несколько пар успею.
— А знаешь что? Я же в прошлом году проходила короткое обучение! У меня обзорный доклад на эту тему есть. Там вообще много всего полезного! Я важные учебные материалы повсюду с собой таскаю! Хочешь, я тебе одолжу? Там нереальная работа проделана!
— Это в такой мягкой розовой папке? — крутит пальцем в воздухе, вспоминая. — Твоей любимой.
— Именно. Ты просто обязан воспользоваться этими материалами!
— Да, — да?! Он согласился? Вот так просто, развязав мне руки, вложив в них ключики от своего личного времени?! — Буду очень признателен. Я… — абсолютно сбивает моё дыхание следующей фразой. — А можно заехать забрать сегодня?
В голове кисель плещется и бурлит. Как только представлю супруга в стенах моей квартиры, где мы будем только вдвоём, вновь плотнее свожу колени. И я могу искать свои записи слишком долго…
Это какое-то чудо!
— Без проблем. Я подготовлю заранее, — обещаю Марату. И я правда подготовлюсь! Переложу куда подальше. Такое вообще бывает?! Он сегодня ко мне приедет!
— Хорошо. Мне через пару часов уже нужно уезжать, но я тогда наберу тебе вечером?
Я тут же откладываю в сторону все болезненные мысли о нем, и желание спихнуть в сторону его бумаги растворяется. Потом! Потом! Успеется!
Домой после работы лечу на крыльях. Пробки, правда, успевают слегка оцарапать мое настроение, но тем не менее к приезду Марата я все успеваю!
На мне свободные джинсовые шорты и майка. И да, майку я специально надела на голое тело, «благовоспитанно» прикрыв сверху тонкой безразмерной белой рубашкой. Расстёгнутой, конечно. Прости, милый, в ход идёт тяжелая артиллерия.
— Проходи, я сейчас налью кофе, — бросаю показавшемуся на пороге Марату. — Что-то запарилась немного. Ничего не успеваю.
Никакого ужина, боже упаси. Все должно выглядеть абсолютно невинно.
И я, кажется, всерьёз собираюсь соблазнить собственного мужа…
  
Глава 28
 
В моих руках тут же оказывается подставка с двумя бумажными стаканчиками.
— Да не надо, лучше сама отдышись немного, вон запыхалась вся. Я кофе прихватил, — стягивает идеально начищенные ботинки. — Тебе с миндальным сиропом, там пометка есть.
Вальяжно вручает мне шуршащий бумажный пакет. Заглядываю краем глаза и с нежностью отмечаю, что Марат принёс мои любимые миниатюрные «муравейники». А ещё чак-чак.
Получаю обожающий взгляд и скупое «не за что» в ответ на тёплое «спасибо».
Предвкушение разгорается в душе маленьким согревающим огонёчком.
— Можно? — Марат спрашивает разрешения воспользоваться ванной комнатой и ополоснуть руки. А у меня в душе трепещут воспоминания, как я промакивала салфеткой его запястья. Я… так соскучилась по нему, оказывается.
 
— Достану тебе чистое полотенце, — прохожу с ним в ванную и тяну с закрытой полки небольшой кипельно-белый махровый свёрточек. Держу наготове, расправляя. Марат кивает в знак благодарности, а я неотрывно наблюдаю, как он распенивает гель ладонями, тщательно смывая дорожную грязь, и как прозрачные потоки ласкают его пальцы.
Так много вопросов к нам. Но так привычно и хорошо с ним рядом.
Перетягиваю на себя твёрдый мужской взор. И пожимаю плечами, беззаботно роняя:
— С ужином не срослось, я готовлю теперь раз через раз, — обозначаю, что моя жизнь с его уходом поменялась кардинально и даже в мелочах. — Но если у тебя есть время и ты голоден, можно что-нибудь придумать.
— Я не тороплюсь, — осторожничает. Вновь выверяет шаги. Как привязанный, следует за мной на кухню. — Собственно… на сегодня уже все разгреб, — аккуратно замечает.
— Оу, — оборачиваюсь, ликуя от настороженного выражения его лица, перехожу в завуалированное наступление, — да я как-никак приглашение на ужин получила, — слегка подначиваю. — И чем же кормить меня планируешь?
Уголки губ Марата неудержимо подрагивают, а затем на мгновение скромно показывается ряд верхних зубов.
— Карпаччо и рыбный суп? — предлагает «самые безобидные» варианты, старается взять себя в руки.
— Представим, что ты только что отхватил по плечу, — «сердито» складываю руки на груди.
— Тогда готов выслушать твои варианты, — из последних сил пытается сдержать улыбку.
— А что тут думать. Капрезе и жареная картошка, конечно, — невинно хлопаю глазками, после того как утихает приступ густого заразительного мужского хохота. Марат обожает жареную картошку. И драники. И все, где есть картофельная корочка. — Только мне помощь понадобится.
Смотрю с вызовом.
— Я готов порезать помидорки, — играет бровями, уворачиваясь от неприятной части подготовки к ужину.
— А с чего это ты такой отзывчивый? — медленно приближаюсь. Ближе. Ещё немного. Понижаю голос. — Если бы я знала тебя чуть хуже, подумала бы, что ты хочешь за мной приударить.
Марат закашливается, прикрывая рот кулаком.
— Кхм, подавился… извини. Так что насчёт…
— Помидорки я и без тебя порежу, — обрубаю его попытки отвертеться. Нет уж. Вместе так вместе. Выдвигаю ящик. Аккуратно обхватываю лезвие ножа. Рукояткой упираюсь Марату в грудь. Он все понимает и с тяжким вздохом принимает нож.
— Не-на-вижу чистить картошку.
— Не знаю, как ты, — хитро на него кошусь, — а я сто лет жареную не хрумкала. Можем грибы ещё добавить и лук.
— Я за, — кратко кивает.
А то я не в курсе. Специально сегодня забежала в магазин, докупила все необходимое к ужину. А план-то работает.
Особенно это подчеркивают тяжёлые томные взгляды, которые Марат бросает на мои ноги, сгорбившись над пакетом для мусора, периодически зависая с длинным картофельным очистком. А я то беспечно шагаю в сторону, то подхожу невообразимо близко, чуть ли не касаясь его плеча бедром. Я физически ощущаю, как тяжелое мужское дыхание стопорится в такие моменты. Выбивает из колеи безусловно. Хочется дотронуться, милый, да?
Справившись с поставленной задачей, Марат смывает землю от картошки с рук.
Так! Пора. Где там у меня козырь припасён?
Пока Марат стоит у раковины, воюя с въевшейся грязью и отмывает ногти, я цепляю бутылочку с водой и пристраиваюсь спина к спине. Не касаюсь, конечно же.
Таааак. Секунда, две. Журчание воды прекращается. Есть! Неожиданно-долгожданный толчок в спину, и я выливаю на себя половину бутылки. Брр, хочется поёжиться от неприятного ощущения: прохлада покусывает, хватая за грудь и живот. Ткань промокла и теперь пикантно облегает тело. Да-да-да! Молодец, Марат! Все правильно сделал!
— Черт! Прости! Прости! — сокрушается супруг и… сверкающим взглядом впивается туда, куда я очень рассчитывала. — Я что-то сегодня очень… — сглатывает, нервно облизывая губы, с трудом отводит взгляд. Даже в глаза мне не смотрит. Хм, смешной такой. Ты думаешь, я ничего не замечаю, да, любимый? — Неловкий.