Давай разведёмся (СИ)

Его телефон вдруг оживает в моих руках, и я с замиранием сердца ощупываю внимательным взглядом экран. Готова уже увидеть что угодно. От «Котёнок» до «Жена». Хотя Марат довольно скептично относится к перечислению названий всех животных, птиц, рыб и насекомых в качестве нежного прозвища в паре.
За доли секунды я успеваю почти уговорить себя, что ему звонит любовница.
Но меня и тут постигает разочарование. Потому как я вижу лишь ровное «Любовь Андреевна».
Хм… имя незнакомое.
— Кто там? — уточняет Марат и подходит ко мне, слегка задевая плечом. Лениво глядит на телефон в моих руках и сразу оживляется: — Маш! Отвечай скорее, у меня руки уже грязные!
Я мгновенно принимаю вызов и осторожно прикладываю гаджет к его уху.
— Да. Да, — сосредоточен. Собран. Взволнован. — Я понял. Никаких проблем, делайте все, что нужно. Деньги я переведу. Вы только меня в курсе держите постоянно, Любовь Андреевна. Лекарства, да, сразу все, что маме выпишут, берите. Да. Да. Договорились. На связи.
Отстраняется и вновь наклоняется над капотом.
— Спасибо, — бормочет себе под нос.
А меня прошибает.
— Марат, у твоей мамы проблемы со здоровьем?
— Да там… там… — увиливает от ответа, — нормально уже.
— А что было?
— Нездоровилось. Она пока под присмотром.
— Что-то серьезное?
— Уже все нормально, — закрывает тему.
Он всегда был такой: если не хотел делиться чем-то, то клещами не вытянуть.
А меня внутри раздирает от эмоций, и мурашки по позвоночнику ползут. И я только сейчас понимаю, что именно напрягает.
— Когда ты мне набрал. Тогда… случайно. Ты хотел этой женщине позвонить? Которая за твоей мамой смотрит?
Марат оборачивается и обжигает предупредительным взором.
— Я уже извинился. Сам не понял, как так получилось. Ваши контакты рядом находятся…
Любовь Андреевна. И «Любимая». Ну да. Вполне возможно, что они идут один за другим. Но душу полосует совсем не это.
А то, что он до сих пор не переименовал меня в списке контактов. А Марат умеет обрывать связи, если хочет.
— Почему ты до сих пор не переименовал меня? Это немного нелогично.
— Руки не дошли, — роняет тихо и вновь отворачивается. Ещё пару минут молча копается под капотом.
Затем садится за руль. Со скрипом, но машина заводится.
Марат выбирается из салона, отряхивая ладони.
Руки испачкал, ещё и рубашку зацепил. А для него это кошмар и ужас. Я спокойно обхожу машину, тянусь к бардачку и вытаскиваю влажные салфетки. Вытягиваю пару штук и протягиваю бывшему супругу. Вот так слаженно мы и привыкли действовать. Один для другого, понимая друг друга без слов, но… все это осталось давно позади.
— Маш. Оставь мне ключи. Завтра верну. Я ее до сервиса прогоню. Надо на диагностику съездить. И поменять кое-что. Плюс расход масла превышен.
Этим он шокирует меня ещё больше.
— У тебя раньше была возможность решать мои проблемы. Но ты от неё отказался. Поэтому давай я с машиной разберусь сама как-нибудь.
— Я тогда тебе номер оставлю. Позвонишь и разберёшься сама. Идёт?
— Спасибо. Не нужно, — в полнейшем шоке протискиваюсь мимо него и занимаю водительское сидение. Укладываю деревянные ладони на руль. Марат вальяжно наклоняется и заглядывает внутрь.
— Давай аккуратно.
От этой фразы внутренности скручивает. Каждый раз я ее слышала, когда выходила из дома. А ещё за ней всегда следовал быстрый поцелуй в губы с пожеланием хорошего дня.
— Ты не мог бы отодвинуться и дверь прикрыть.
— Ее в любом случае нужно показать мастеру. Не затягивала бы. Это нехорошо так ездить, Маш.
— Спасибо за помощь, — вытягиваю ремень, щелкаю замком.
Через полчаса мне на телефон приходит номер и имя: Василий. Догоняет поясняющее сообщение: «Контакты мастера».
  
Глава 19
 
— Вот этот салат обалденный! — Лера тычет красным маникюром в меню. — И порция большая!
— Ладно, — соглашаюсь и оглядываю интерьер ресторана. Лера сразу сказала, что здесь дорого, но очень вкусно. И внутри приятно. Мы не стали упускать шанс поболтать наедине в приличной обстановке. А ещё решили прошвырнуться в обед. Даже сбежали немного раньше.
 
Лера очень позитивная. Улыбчивая, приятная. Шутит, веселится. Причём очень по-доброму, без сарказма и скрытых уколов. Хотя может быть хитрюгой. Рядом с ней неприятные мысли отходят на второй план, а сам окунаешься в уютную атмосферу. Есть такие люди: с ними всегда легко, чувствуешь душевный подъем и заряжаешься позитивной энергией. Мне она очень импонирует. А Влад на ее фоне кажется закрытым и угрюмым букой.
— Ну так что? — Лера облокачивается на стол и на переплетенные пальцы укладывает подбородок, сверкая глазами. — Я, между прочим, пытала братишку с особой жестокостью. Но он мне ни слова про вас не сказал. А так узнать хочется-яя…
Лера так мило улыбается. От сердца, искренне. Отпивает глоток воды, оставляя нюдовую помаду на стекле. И забавно выпячивает губки.
— Ну хоть ты расскажиииии! Немножко! — смотрит умоляюще.
— Да нечего рассказывать, Лер. Мы просто коллеги. Если вдруг будет что-то — расскажу.
— Ну так же нечестно! — хмурит бровки, прекрасная в своей наигранной обиде. — Я же видела, как он на тебя смотрит. И вообще, — становится неожиданно серьёзной, — я впервые вижу, что он после развода проявляет ТАКОЙ бешеный интерес к женщине.
— Лерочка, мужчина проявляет к женщине интерес по разным причинам. И не всегда по большой любви…
— Понятно, — девушка немного скисает. — Эх, и ты мне ничего не поведаешь.
Расстроенно цыкает. Печально высматривает официанта. Стреляет глазками по залу.
Экран на ее телефоне подсвечивается, и раздаётся тихая мелодия без вибрации.
— О! Вот как раз и братик! Алло, — мечтательно смотрит в потолок, внимательно вслушивается в речь собеседника. — Ой-ой-ой, какие мы грозные. Ммм, серьезно? И что за просьба? —Леры все веселится, изображая строгость. — Дааа? Нууу я даже не знаю… мне надо подумать… — улыбаясь, втягивает губы в рот, слегка прикусывает. На щёчках ямочки. Это чудесно. Милейшее создание. Почему-то я тоже отношусь к ней, как к младшей сестрёнке. Хочется, чтобы ее лучезарность никогда не споткнулась о невзгоды и человеческую жестокость. — Аагааа… То есть я съезжу в школу на родительское собрание. А ты мне что? — ее звонкий смех заставляет даже меня улыбнуться. И отстраниться от посторонних мыслей. Я просто нахожусь здесь и сейчас. — Нууу, я могууу, — пальчиком рисует круг по ободку стакана, — например, я могу взять отгул на следующей неделе. Или в эту пятницу.
Я тихонько посмеиваюсь. Влада знаю не слишком хорошо. Но отгул взамен на родительское собрание он ей точно не даст.
Что и требовалось доказать: глаза девушки на пару секунд становятся печальными. Хотя… нет, это она опять развлекается и уже начинает торговаться.
— Ну никак вас не развести, дорогая редакция. Тогда за тобой останется должок на будущее. Запиши куда-нибудь, — Лера вновь мелодично смеётся, а у меня на душе теплеет: ее глаза горят радостью и задором. — А я не виновата, что у тебя так много долгов. Как хочешь, так и выпутывайся! Дааа, — закатывает глаза, растягивая слова. — Завтра в семь часов. Не волнуйся, я не забуду. И не надо напоминать, у меня нет проблем с памятью!
Они удивительно тепло общаются. В свете того, что мне рассказал о своей жизни Влад, их близкое общение — целиком заслуга Леры. Если бы не она, Влад бы ни за что не искал сближения со второй семьей отца. Хотя, как он сказал, Лера не виновата в том, что их отец нашёл себе другую женщину.
Отбивает вызов девушка несколько печально. Молчаливо рассматривает салфетку на столе.
— Ты что пригорюнилась?
— Да Влада жаль. Он разрывается. И там и тут. И везде какие-то проблемы.
— Ты же говоришь, что он с тобой не делится…
— Ну да. Он же типа старший. И не может поделиться и выговориться. Все в себе держит. Он когда с бывшей судился, знаешь какой был? Даже я его одно время просто не трогала. Там искорка залетит, и все. Капец всему. Такая Хиросима…