Чужая школа (СИ)

— Допросим, — пообещал Николай Иванович. — Обязательно допросим.
— А вы?
— Новый капитан, сегодня получил жезл.
— Ясно, — кивнул дварф. — А кто сейчас директором?
— Я, — засветил над рукой печать Иван Афанасьевич.
— Педагогический опыт есть?
— Больше сорока лет, последние годы был директором школы на родине.
— А как здесь оказались? — поинтересовался Нахау-Рам.
— Древняя система перенесла вместе с коллегами и учениками, — скривился землянин. — А здесь разруха. Для начала ремонта, как вам известно, нужны директор и капитан, вот мы и согласились занять эти должности.
— Сколько лет станция простояла пустой?
— Шесть миллионов.
— Боги подземелий! — опять схватился за голову дварф. — Где «Тархи Ла» сейчас?
— В межгалактическом пространстве.
— Значит полное восстановление, пока не найдем хотя бы большой астероид, невозможно. Нужна материя. Кто из прежнего персонала остался?
Иван Афанасьевич назвал. Нахау-Рам покивал, закусив губу, потом надолго задумался. Только минут через пять он снова заговорил:
— Очень хорошо, что Кайе-Орхай здесь, он отличный инженер. А уж то, что Оторво остался, и вовсе огромная удача. Я тоже смогу помочь. И да, клятву я дам любую, даже самую жесткую. Мне необходимо искупить то, что, пусть и неосознанно, натворил. Но вот эту, — он кивнул в сторону госпожи Ша Тайд, — надо будет допросить под сывороткой правды. Жаль, что менталистов нет, вполне возможно, что ее обучили сопротивляться сыворотке. Возможно, даже придется умертвить ее, поднять и допросить в таком виде, тогда уж точно ничего скрыть не сможет.
— Не поднимете, темные твари! — торжествующе выкрикнула женщина. — У нас всех защита от этого! Самими светлыми богами поставленная!
— Они еще и с энергетическими паразитами связались… — скривился профессор Маор. — Не спрашивайте пока, потом объясню. К Творцу и Сферам Творения их так называемые «боги» не имеют никакого отношения. Паразиты Порядка, а то и Закона. С ними связываться себе дороже. Искин крейсера!
— Слушаю вас, архимагистр, — отозвался Кузьма.
— Насколько мне известно, на борту есть карцер, из которого даже я не выберусь. Это так?
— Так. Дроиды для наблюдения за узниками и уходом за ними тоже имеются.
— Очень хорошо, — кивнул профессор Маор. — Господин капитан, вы не будете против, если пока мы поместим эту даму в карцер? Пусть помаринуется в одиночестве, подумает о своей судьбе. Нам некогда ею заниматься, нужно срочно открывать склады и рубку, запускать ремонт в полную силу.
— Ничего против не имею, пусть посидит, — усмехнулся Николай Иванович. — Кузьма, головой и именем отвечаешь, чтобы она не сбежала!
— Не сбежит, — заверил тот. — Ни на мгновение ее без внимания не оставлю.
В то же мгновение в стазисном зале появилось двое многоруких дроидов, они надели на ноги и руки возмущенно выругавшейся госпожи Та Шайд ножные и ручные артефактные кандалы, после чего увели ее. А Директор с капитаном обратили внимание на последнюю из проснувшихся, скромно выглядящую девушку с косой, в длинной, закрытой юбке, что на космической станции смотрелось крайне нелепо.
— Добрый день, сударыня! — поздоровался Иван Афанасьевич. — Кто вы?
— Астара Энио из рода Хо-Тирай, господин директор, — сделала совершенно земной книксен незнакомка, потупив взор. — Планета Лаонай, система Хартан, последовательница культа Вечно Живого Творца. Светлая. Преподавательница бытовой и строительной магии, по которым имею мастерские степени. Была нанята за две недели до происшествия, к своим обязанностям приступить еще не успела. Клятву готова дать любую, какая потребуется.
— Мне она незнакома, — покачал головой профессор Маор. — Из новых. Надеюсь, вы не светлая фанатичка?
— Нет, господин, — покачала головой Астара. — Мои сестра и мать — темные одаренные, но при найме я об этом умолчала. Мне очень нужна была работа, простите…
— Ну раз не фанатичка, то все хорошо, — улыбнулся Иван Афанасьевич, девушка понравилась ему своей скромностью.
— А можно связаться с домом? — подняла на него взгляд преподавательница. — У нас… Проблемы… Я потому и стала искать работу за пределами системы, чтобы помочь семье…
 
— Вы разве не слышали? — с грустью посмотрел на нее директор.
— Что именно? Я очень не люблю лезть в то, что меня не касается. Нас с детства учили, что мы должны честно исполнять свои обязанности, а отношения других разумных — их личное дело. Потому я не вслушивалась.
— Вы проспали в стазисе шесть миллионов лет. Простите за откровенность, но все ваши родные давно мертвы. Станция находится в межгалактическом пространстве, и чтобы выбраться отсюда нам всем придется очень постараться.
— Мамочка! — наполнились слезами глаза Астары, она как-то сразу поняла, что ей сказали правду, такими вещами никто шутить не будет, тем более такой солидный пожилой мужчина, чем-то похожий на ее дедушку. — Кайхада, сестренка! Они умерли⁈ Да как же так⁈ Святой Творец, за что⁈ Я же только ради них нанялась! Чтобы маму вылечить…
Не выдержав свалившихся на нее известий, девушка села прямо на пол и отчаянно разрыдалась. Госпожа Эмрис поспешила к ней, присела рядом и принялась утешать. Но Астара успокоилась только минут через пять, да и то продолжала всхлипывать, глядя на небольшую голографическую карточку, которую достала из своей крохотной сумочки.
— Я вам очень сочувствую, — грустно сказал Иван Афанасьевич. — Но здесь все в таком же положении. И если мы хотим выжить, нам придется хорошенько поработать. Вы с нами?
— Да, господин директор… — почти неслышно ответила Астара. — Располагайте мной, как считаете нужным.
— Хорошо. Тогда приступим к клятвам.
Нахау-Рам принес настолько жесткую клятву верности школе, что даже профессор Маор удивился, но ничего не сказал, только покивал — все верно, старый друг чувствует себя виноватым, не распознал вовремя светлую гадину, попался в ловушку, а из-за этого погибли ученики, которых он обязан был защитить. А дварфы всегда отличались обостренным чувством долга.
Астара выбрала усиленный вариант клятвы преподавателя и наставника, едва сдерживая слезы. Она не переставала с тоской смотреть на карточку с изображением давно умерших мамы и сестры, которые ее не дождались. Умом понимала, что ничего поделать нельзя, но душа плакала.
— Что ж, дамы и господа, а не пора ли нам посетить главную рубку? — негромко спросил Николай Иванович. — Кузьма, будь другом, свяжи свою систему с системой станции и открой туда проход.
 Глава 10 
Выйдя из телепорта, Николай Иванович с Иваном Афанасьевичем уставились на огромную круглую черную бронедверь, украшенную серебристым орнаментом и незнакомым гербом. По бокам от нее виднелись два круга сенсоров, выступающих за пределы свечения стазисного поля. Капитан с директором переглянулись, подошли, активировали свои печати, в которые превратились жезлы, и приложили руки к этим кругам. Около минуты ничего не происходило, а затем свечение начало медленно тускнеть, а когда погасло, бронедверь разделилась на две части и бесшумно уехала в переборку, имевшую, наверное, толщину около десяти метров, если не больше.
— Как только войдете в граничный отсек, слева увидите пульт с двумя сенсорами, там надо будет сделать то же самое, — негромко произнес Нахау-Рам. — И представиться навигационному искину. После этого откроется центральный зал с главным контрольным кристаллом, потребуется сесть в кресла возле него, опять активировать печати и принять управление станцией через свои мозговые импланты. Но только не полной процедурой, она слишком опасна. Рассказать как все это делается словами невозможно, сами поймете в процессе. Это всегда происходит только так. После завершения процедуры вы окончательно станете капитаном и директором школы «Тархи Ла». Придется также выслушать послание создателя школы потомкам. После чего потребуйте от Навигатора полного подключения к станции и связи с Айтосом.