Zelda. Книга о новых героях

А пока нужно забыть про ботов и сосредоточиться на Полях битв.
Недешевое удовольствие. Одни расходы. А доходов никаких. За неделю в Пещерах ее кошелек похудел на сто золотых – все, что было накоплено за последние два месяца. Нет, ну так совсем неинтересно. Каждый поход в Пещеры – это четыре часа от компа не отойти, это по максимуму, до последней возможной минуты, Поля битв; и до последней секунды не ясно – чья возьмет. А на третьем уровне – халява. За час группа Аррида громит кого угодно и как угодно. Она в лучшем случае шесть тысяч очков доблести получает – а он тридцать тысяч! За день. И не напрягаясь. Ей еще незнамо сколько рубиться, а они на третьем уровне уже четвертое звание примеряют.
Добило то, что рейтинг самых крутых игроков обнулили. Раньше рейтинг считался по количеству снятых скальпов, и на первой странице гордо висели имена заслуженных Палачей. Goldie. Профессор. Алекс Блади. Как много в этом звуке! Ей всего-то двадцать скальпов оставалось до того, чтобы войти в топовую десятку. И Лотоз хоть уже второй месяц не играет, но все равно в топе висел – вот как много скальпов нарубил. А теперь что? Поменяли систему подсчета, и теперь в рейтинг попадают по количеству очков набранной доблести. Нет, ну конечно, ей приятно, что рейтинг возглавляют ее сокланы: Аррид, Нубийка и Дамм. Четвертые уровни. Но не кажется ли вам, что в этом что-то аномальное: лучшие игроки – четвертые уровни. А восьмые уровни даже в первую сотню не входят. Ну это же бред.
Нет, надо взять паузу.
Надо взять книги. В общем, много что нужно взять.
Такое вот спонтанное решение.
И чтобы подтвердить его для самой себя, она тотчас же вырубила компьютер, собралась и поехала в институт – смотреть расписание подготовительных курсов. Нет, конечно, можно было и по Инету узнать. Но тут дело принципа.
Приехала, набрала брошюрок, все внимательно записала. Порадовалась, что конкурс в прошлом году был совсем маленький: всего 1,1 человек на место, 13 баллов на четырех экзаменах – фигня. А при выходе из института какой-то парень, волосатый, смешной, угостил ее печеньем и очень обрадовался, когда узнал что она поступает в этот институт. Пожелал ей обязательного поступления, пообещал, что если она поступит, то непременно сводит ее в кабак. Прямо первого сентября, после посвящения в студенты, подойдет и сводит в кабак. Нет, пусть она ничего не думает – он вообще не бухает. Только мороженое и два бокала шампанского.
«Эх, пригласил бы в кабак сейчас», – думала Zelda. Она бы пошла. Нет, она, конечно, никогда на улице не знакомилась, но сейчас наверняка можно было.
Жаль, что у паренька были совсем другие планы.
Так и расстались у дверей института, а она пошла книгами затарилась. Книг было много, ой как много. Открыв первую страницу учебника по истории, она живо поняла, почему в институт легче поступать сразу после школы: все напрочь позабыла. Даже первый вопрос прошлогодних вступительных билетов: «Эволюция политической системы в России в 1905–1907 годах». Ого. Ну, то, что Наполеона в это время в России не было, это она точно помнила. А все остальное – хуже.
Слава богу, еще есть время. Да и конкурс большой вроде тоже не планируется. Пока ехала к себе домой на «Елизаровскую», осилила целых двадцать страниц учебника, дошла уже до Рюрика. Кстати, прикольно иногда почувствовать себя ботаником. Сидишь, читаешь учебник истории, а на тебя смотрят с уважением.
А когда добралась до дома, то и домой не захотелось идти. Смотрела со двора на окна своей квартиры, и ей казалось, что это даже не тюрьма – клетка, в которой она с июня торчит.
Ей не хотелось верить, что с момента, когда она первый раз зашла на сайт Двара, прошло уже девять месяцев. Казалось, неделя как пришла в игру. Хотя нет. Когда она вошла в игру, было лето. Потом лето сменилось осенью. Потом зима. Осень и зиму она помнит смутно. Даже очень смутно. Помнит только, что под Новый год админы какие-то чудные подарки раздавали. И еще, как раз под Новый год она взяла седьмой уровень. А перед Восьмым марта – восьмой. Да, значит, зима все-таки была.
 
Она не пошла домой. Присела на скамейку на детской площадке и читала учебник, аж пока совсем не стемнело.
И на следующее утро взяла учебник и рванула в Летний сад, с твердым намерением дойти до той страницы, где Иван Грозный своего сына убивает.
На самом деле это не лучшая идея – в начале апреля пойти в Летний сад с учебником истории. Еще и дождик мелкий начался. Но она честно держалась. Как в бою на Плато. Когда же страницы с заветным Иваном Грозным и его сыном остались позади, она посмотрела на часы: 14.20. Если продолжать в том же духе, то она даже первого мая экзамен сдаст. Жаль, что дождик и не думал кончаться – у нее уже зуб на зуб не попадал. Чтобы в такую погоду книжки в Летнем саду читать, это надо одеваться, как будто цветами на улице торгуешь. Но какая ж в таком виде она абитуриентка-то будет? В общем, нужно срочно согреться. А не позвонить ли Машке? Она вроде не очень далеко работает.
О, как кстати – та рада ее видеть. Пригласила встретиться в какой-то новой кофейне на Белинского. Говорит – угощаю. Ого!
Подойдя к месту встречи, Zelda обалдела – не круто ли для Машки? На двери вывеска: «Только сегодня: спеццена на бизнес-ланч – 400 рублей». А у нее в кармане всего стольник.
На всякий случай перезвонила Машке – туда ли пришла?
– Да-да, заходи, я уже внутри. Фигасе. Казалось, всего месяц не виделись – а будто целый год.
Перед Восьмым марта Машка была запыхавшаяся, загруженная, а сейчас – будто неделю по спа-салонам гуляла.
– Ой, как ты клево выглядишь. Как я за тебя рада…
– А ты откуда? – смутилась Машка. Действительно, после Летнего сада Zelda выглядела как нищенка, просящая милостыню.
– К экзаменам готовлюсь. Зонт забыла дома. А ты где сейчас?
– Работу сменила. Теперь в шоубизе работаю. Видела афиши «Мумий Тролля» по городу? Наша работа.
– А ты там кем?
– Менеджером. Ну, там, афиши в печать завезти, билеты на поезд поставить – ну всяко разно.
– И чё, много платят?
– Пять сотен.
– Фигасе. А выглядишь так, как будто штук пять получаешь. Спонсора нашла?
– Ну да.
– Ой, расскажи, расскажи!
– А чё? Папик как папик. Денег дает. Вот, – она щелкнула себя пальцами по сережкам, – брюлики. И на карточке полторы штуки. Нормуль? А как восемнадцать будет, так машину подкинет.
– И чё, ты с ним ТОГО?
– А что? Того. Он меня первый раз знаешь где? Прямо на столе лапать стал. А у меня месячные.
– Да ты чё?
– А по фигу. Все равно последний день был.
– Не поняла, ты где сейчас живешь-то? У Папика?
– Дома пока.
– И чё предки?
– Да ты ж знаешь: я повешусь – так они просекут, тока когда вонять из комнаты начнет. А халупу снимать мне неохота. Но я ж дома-то не бываю. Работаем до десяти, потом с папиком по кабакам.
– А ему-то что? Втюрился, что ли?
– Хрен его знает. У них там мода сейчас – чем мельче деффка, тем круче.
– А ты, это – чтоб залететь? Прикольно. Может, того, женится?
Но Машка так посмотрела, что дальше продолжать разговор уже не захотелось. Она перевела разговор на другую тему:
– Кстати, хочешь на концерт «Тролля» сходить? Я тебе проходку вообще без проблем организую. Через вип-проход. Там знаешь, как будет? Там мало того что одни крутые собираются. Там еще и Лагутенко в баре увидеть сможешь. Представляешь?
– Давай, конечно!
– Ща.
Машка погрузилась в сумку и, вывалив на стол кучу дорогущей косметики, наконец-то достала билетик:
– Во, держи. Вип-проходка.
Действительно, клевая. Весенний концерт! 29 апреля. Организатор концерта – компания «Питер Мьюзик». Стоп…. В этой же конторе Славик работал?
– Подожди, Маша, это чё ты… со Славиком сейчас?
Но Машка рассмеялась:
– Во ты дура, Аня. Какой Славик. Ща… – Она достала из кармана новехонький смартфон. – Вот, гляди, я и Папик.