Мне все равно (СИ)

Я не собирался скрывать. Рассказал и даже пригласил Леру в гости. Она стеснялась, но пришла.
- Значит, не просто так ты девчонке жизнь портил, да? Я же сразу тогда сказал – влюбился. – отец ухмыльнулся, похлопав меня по плечу.
Это точно. Сказал.
Влюбился. И охренительно себя чувствую.
Правда, на сборах дико скучаю. Хочется выть иногда. Смотрю на её фотки и…
Иногда просто животный, какой-то адовый страх. Вдруг это все уйдет? Пропадет? Закончится?
Вдруг завтра я приду к ней, а её нет? То есть она есть, но она уже чужая, не моя? Нет. Быть не может такого! Просто не может быть.
И мне плевать, на тех, кто скажет, что эти чувства детские, незрелые, что всё это пройдет.
Не хочу, чтобы проходило. Совсем не хочу.
Зачем мне что-то другое? Если мне нравится это? Меня устраивает! Я хочу навсегда!
- Лер, а ты… ты хотела бы, чтобы мы… ну… чтобы все реально серьезно, на всю жизнь? Вот так сразу и навсегда? Ты и я? И больше никого? Ну, пока? Потом там дети, внуки…
- Что значит, хотела бы?
- Ну… То и значит. Что бы вот это все – ты и я. Только ты и я. На всю жизнь.
- А разве… разве это не очевидно? Это не так? 
- В смысле? Подожди. Я… Это так. Для меня так. Я хочу. Навсегда.
- И я.
Мы сидим на веранде, укрывшись меховым пледом, с чашками имбирного латте от Анатолия. Я обнимаю её, прижимаю к себе.
Вспоминаю разговор, который у нас был с отцом, и разговор, который был с её мамой.
- Ром, ты же понимаешь, что для взрослых отношений Лера еще…
- Я понимаю. Взрослых отношений у нас пока нет.
- Пока?
- Да. И не будет. Ну, по крайней мере пока школу не закончим.
- Хорошо.
- Можете не волноваться, я за этим прослежу.
- Я в тебя верю, Тор.
Леркина мама мне очень нравится. Чем-то похожа на моих. Тоже не делает вид, что взрослая, а мы дети несмышленые. На равных. Не как подруга. Нет. Как родитель. Но так как надо.
Перед отъездом на сборы вечер проводим у меня. Моя мышка сидит на моем диване поджав ноги. Тихо-тихо.
- Ты плакать что ли вздумала?
- Нет.
Но на самом деле – да.
Я чувствую её слезы еще до того, как они начинают течь по лицу.
Я чувствую её боль еще до того, как нанесена рана.
Я хочу быть рядом все время, даже когда далеко.
Я хочу с ней летать, мечтать, кричать, молчать, погружаться в нирвану.
Обнимаю плачущую Леру и почему-то мне хорошо. Хорошо от того, что она плачет, не хочет со мной расставаться.
- Мышь, не надо, ну, хочешь, я откажусь, никуда не поеду, хочешь?
- Хочу, чтобы ты скорее вернулся.
- Я тоже, мышка, тоже…
Сборы. Гостиница на этот раз вполне приличная. Не общага и не хостел. Тренировки с утра. Разминка, бассейн, потом отработки, спарринги.
Куча здоровых ребят по утрам вылетает на пробежку.
Градус тестостерона на сборах всегда зашкаливает. Просто представьте, толпа парней от пятнадцать до девятнадцати. Просто толпа парней!
Разгоряченных тренировками и спаррингами, и предстоящими соревнованиями.
Наш тренер Амир, привык работать жёстко. И повторяет все время цитату великого полководца – «Тяжело в учении, легко в бою».
В бою, кстати, нифига не легко. Но мы стараемся.
Спортшкола, в которую мы приехали довольно приличная, популярная. Большая.
И параллельно с нами тут сборы у девчонок-дзюдоисток.
Кстати, зря бытует мнение, что девочки, которые занимаются такими видами спорта обычно перекачанные и страшненькие. Есть вполне симпатичные.
Меня, конечно, мало интересуют конкретные экземпляры. А я вот, кажется, интересую.
- Рома, привет, мы за тебя сегодня болеть придем. – симпатичная, брюнетка, стройная и фигуристая, наши пацаны её уже обсудили со всех сторон. Я не участвовал.
- Спасибо.
- А ты потом пойдешь на вечеринку? – смотрит, наклонив голову, специально играет замочком молнии опуская ниже, чтобы было видно маечку и то, что под ней. Хм, атака!
- Нет, я потом пойду в номер спать. – реально пойду, потому что вымотаюсь до чёртиков.
- А почему? Обещали дискотеку. – облизывает губы. Полный набор приемов использован.
- Не танцую. – ухмыляюсь, надо было сразу отшить и свалить, но я жду кореша, а он застрял в душевой.
 
- Ты можешь не танцевать, я станцую для тебя. – вот это меня, очевидно, должно сильно заинтересовать.
- Спасибо, но нет. – собираюсь, все-таки уйти.
- Почему?
- Может, потому что у меня есть девушка?
- И что? У меня дома тоже есть парень.
Вот так просто? Чёрт. Даже обидно как-то за её парня. Хорошо, что моя Лера никогда бы так не сказала и не сделала. Да?
- Извини, я верный.
- Так я тоже верная, Ром. Просто потанцуем, повеселимся, ничего серьезного.
- Извини, я пойду.
- Ну, ок. Иди. Если надумаешь, я жду! И телефончик мой у тебя уже есть!
Реал, написала мне в мессенджер, и в соцсетях уже где-то просится в друзья. Быстрая какая.
Мельком просматриваю новости и… зависаю на одной фотографии.
Жёстко зависаю.
Так, что кулаком в стену, до хруста, до крови в костяшках.
Твою ж…
  
Глава 27
 
- Ты меня любишь?
- Ромка, что случилось?
- Любишь?
- Да, да, люблю. Я тебя очень люблю. Ромка, что случилось?
- Все хорошо. Хорошо. Отлично.
- Нет, я же слышу! Я чувствую!
Я на самом деле чувствую. Чувствую с того момента как завибрировал телефон и заиграла мелодия, которую я поставила на его звонок.
Да, сейчас почти никто уже так не делает. У всех обычно стандартный вызов. Но у мамы на звонок папы всегда была отдельная мелодия, и на наши с Сонькой тоже. И я очень хотела, чтобы Ромка для меня звучал иначе.
Он и звучит. Это припев одной из его песен. Песен обо мне.
И в этот раз звучит как-то очень…тревожно. И сердце колотится сразу нервно, на разрыв. Тянет. Давит. Словно положили камень. Кусок гранита.
Нет, нет… Господи, о чем я? Что за дурь? С ним же все будет хорошо?
Ненавижу эти бои! Да, я знаю, что безопасно, это не уличная драка, не бои без правил, это спорт. Спорт. Но… все же может быть, да?
- Ромка, Ромочка, я… я люблю тебя, я очень скучаю, я…
- Мышь, ты чего? Ты ревешь?
- Реву… - реву, правда, хотя говорила, что буду сильной, повторяла, что мне всё равно.
Не бывает так. Нет. Нельзя жить так, чтобы всё равно. Это не жизнь. Я теперь только это понимаю. Все те месяцы, после смерти Сони, я…
Я отгородилась от всех. Закрылась. Спряталась. Думала, что стала сильной, мудрой. Но нет. Это все обманчиво. Просто прикрылась болью как щитом. Не замечала ничего вокруг.
Мама с папой чуть не развелись, а я… Я просто стояла в стороне. Словно мне на самом деле всё равно.
Нет! Нет! Не все равно!
Папа приехал, и я сказала им, что они глупые, глупые взрослые. Что они любят друг друга и должны быть вместе. А не вот это вот всё!
Да, я знаю, что одними словами все не исправишь, что так просто как по щелчку пальцев это не делается, но… я заставила их закрыться в комнате и поговорить. Хотя бы просто поговорить, попытаться.
Не знаю, что из этого получится. Они там сейчас, вдвоем, говорят.
А мне звонит Ромка, и я так боюсь за него, что меня клинит.
И полный раздрай в голове и во всем.
- Ром… эти соревнования их… нельзя отменить?
- Мышь, всё будет хорошо.
- Пожалуйста… пожалуйста, Ром!
- Если ты меня любишь, то всё будет хорошо!
- Если? Ты говоришь если? Почему? Ром? Что случилось?
- Ничего. Все хорошо, Лер. Отлично всё, да?
- Да… да… наверное…
Не понимаю. Ничего не понимаю. Не слышу ничего, кроме дикого стука в ушах.
- Наверное? Мышь?
- Ром… мне страшно. Я боюсь за тебя. Я… люблю тебя.
- Боишься? Значит, тебе не всё равно?
- Конечно нет! Нет! Я…
- Любишь меня?
- Да, да… очень. До самого неба.
Не помню, где мы это услышали с Соней, или в кино, или в какой-то книге читали. Люблю тебя до самого неба и выше. Она так говорила Саше, а он ей. И я ей говорила, а она мне.