Сетевая игра (СИ)

Как они будут воевать, оба вооружённые волшебным приложением? Главное — не давать навести на себя камеру. Но как? Бегать? Падать и дёргаться, словно от пуль, чтобы уворачиваться из кадра врага? Это же нереально. Его всегда можно будет подстеречь.
Впрочем, как и самого Славу.
Телефон беззвучно зазвонил. «Пионова» — значилось на экране. Потом пришло сообщение: «Давай я привезу тебе вещи?»
Пашка выдохнул.
Кажется, не отвернётся от него возлюбленная. Только блин: он же сам на неё не сможет смотреть. Вообще ни на кого не сможет.
Опять зазвонил телефон, и на этот раз был это менеджер ресторана, в котором Пашка подрабатывал доставщиком. Блядство! Он же уже почти на полчаса опоздал… Хотя теперь не до этого точно.
— Соколов, ты там живой? — позвал физрук. — Можно, войду?
— Угу, — нехотя выдохнул Пашка.
Дверь приоткрылась.
— Куришь? — вдруг спросил Игорь Андреевич.
Пашка вытаращил глаза.
— Да успокойся. Я в седьмом классе вообще начал. Вот, — и физрук протянул пачку сигарет с зажигалкой, а потом плотно закрыл дверь в спортзал и дёрнул какую-то верёвочку. На стене загудел вентилятор вытяжки. — Не дрейфь. Успокоиться тебе надо. Давай-давай, между нами.
Это что за дичь происходит⁈ Он чё, серьёзно⁈
Заманчиво-то как, мля…
Очень неуверенно, Пашка всё-таки подкурил сигарету.
— Садись, — физрук пододвинул табуретку к столу и поставил туда же кружку, в которую плеснул немного воды из нетронутой бутылки. Закурил и сам, стряхивая в кружечку пепел. — Ситуация для пацана херовая. Да вообще для кого угодно. Но всё в твоих руках, Соколов. Начнёшь распускать нюни — тебе кранты. Могу дать совет, хотя он и рисковый.
— Ну? — выдавил Пашка. Курить с физруком казалось такой дичью, что он бы сейчас не особо удивился, если бы тот ещё и воспарил в воздухе над полом.
— Тебя полшколы снимала там. Найди первый же видос, который в Сеть кинут, скачай и вывали на свою же страницу. Где вы там все сейчас сидите? В контакте?
— На хера⁈ — ахнул Пашка, забыв, что говорит с учителем.
— Меня за такие советы Анна Семёновна по головке не погладит, так что между нами, пожалуйста, но напиши что-то забористое и остроумное, современное. «Срать я хотел на ваши парадные линейки» — что-то вроде того. — Он помедлил и прибавил: — Коллеги мои тебя за такое уроют. А свои успокоятся. Свои смелых любят. Самому высмеять этот казус — твоё единственное спасение. У нас в общаге на первом курсе у моего другана шмотки свистнули из душевой. Юмор такой был. Потом толпой в коридоре собирались и ржали, насколько смешно кто будет бежать в комнату и чем прикрываться. Снимать только было нечем, а так — традиционная забава с участием младшекурсников. Потом погоняла соответственные придумывали. Вон один до выпуска оставался Обмылком, потому что в мыльницу свой хер уместил. А друган мой взял и пошёл как ни в чём не бывало со всем возможным достоинством голый по коридору, ещё с кем-то остановился поговорить по пути. Аполлоном величать начали, — хохотнул добродушно физрук. — Всяко получше Обмылка, согласись. — Игорь Андреевич потушил бычок в чашке. — Только когда тебя педагоги нагнут, смотри, не выдавай меня! — рассмеялся он в конце. — И поторопись. Тут важно поржать над собой раньше, чем другие гнобить начнут. Ну или тебе хана. Не завидую.
Из подсобки Пашка вышел пришибленный. Сел на лавку в пустом спортзале и… последовал внезапному совету, хотя руки тряслись, как у запойного алкоголика. Видос подходящий нашёл быстро на «Фриках СШ №37». Скачал не глядя. Сил не было.
Переименовал ролик. И в натуре вывалил у себя на стену.
Хотя был сильно не уверен в правильности сверх странной рекомендации.
Захлюпал по коридору. Одна нога вымокла. От рюкзака несло дерьмом. Хотелось его весь выбросить…
Видео «Срал я на ваши линейки!» собрало сто двадцать лайков за тот короткий отрезок времени, который Пашке понадобился, чтобы добраться от спортзала до выхода из школы. Под ним повалили комменты со смайлами и… одобрением. Кто-то писал: «Лихо!», кто-то: «А нечего выёживаться перед чинушами! Красава!», а кто-то даже что всегда мечтал так сделать.
  
Пашка глазам своим не верил.
Люська и Толик сидели на ступеньках и вскочили, когда он показался на крыльце. Остальных давно след простыл: уже было почти пять вечера.
— Ты что? Ты как? — затараторила Люська. — Я купила, вот, таблеток от расстройства желудка, надо тебе? Что случилось? Мы с Толей думаем, что надо отшучиваться. Я его даже почти уговорила тоже обделаться, вроде как флешмоб устроить.
— Кажется, Пашок сам справился! — хохотнул за её спиной Толик, таращась в телефон. — Вот это ход! Мои овации, маэстро, ты всех сделал!
— Как? — выпучила глаза Люська и оглянулась.
Пашка даже как-то приосанился. Может, удастся обойтись без игрухи? Вдруг Марципан успокоится? Хотя навряд ли он успокоится, когда увидит комменты к посту. Скорее рассвирепеет. И что-то похлеще удумает.
Нет, надо его как-то обезвредить.
Например, отнять телефон. Подкрасться и заставить его в реку выбросить. Там же постоянно подчёркивается, что работа в «Дополненной реальности» возможна только с данного устройства.
Или просто забрать? Тупо силой? Айкидо и драки у Пашки всё ещё прокачены на максималку. Додумался Марципан себе тоже что-то такое поднять?
Как-то прямо очень не хотелось Пашке подписку продлевать. Почему из всего мира она должна была достаться после него именно Славке? Это прямо-таки осознанная подлянка. Раз на такое поведёшься, там решат, что тема работает. И будет Пашка всё время попадать в такие вот лажи.
— Давайте по пиву за разрыв шаблонов! — продолжал восхищаться Толик. — Вот это ты дал! И как додумался, гений?..
— Куда ему пиво, когда у него что-то с кишечником! — разозлилась Люська. — Ему домой надо и поближе к туалету сидеть. Вот, — она протянула блистер с какими-то колёсами. — Чем это ты так отравился?
Спорить с диагнозом Пашка не стал, ему надо было от друзей как-то избавиться, и необходимость бежать в домашнюю сральню была идеальным поводом. А на самом деле бежать нужно было к Славке. Караулить у его подъезда, наверное. Хотя он должен, если не совсем тупой, ожидать этого и как-то подстраховаться.
На что он вообще рассчитывал, объявляя открытую войну?
Спрятался бы, так Пашка и не знал, от чего обосрался, гадать бы только мог. И уж на Славку точно подумал бы в последнюю очередь.
Он же должен понимать, что противник тоже все эти штуки умеет. А вот о том, что не проплачен тариф, он знает навряд ли. И не стрёмно?
Первым делом Пашка всё же зарулил домой. Другой мамы не было. Он вытащил шмотьё, сунул в стиралку, выбросил на фиг тетради и мрачно осмотрел пару несданных библиотечных учебников. Протёр влажными салфетками. Потом батиным одеколоном полил.
Воспоминание о сгинувшем отце словно бы кричало, что не стоит играть в эти игры дальше.
Это с одной стороны. С другой — если Марципан был тираном безбашенным без всякой колдовской поеботы, то что он вытворит с игрой? Не, его точно надо нейтрализовать как пользователя. В самую первую очередь.
А тогда игруха ещё кому дастся, что ли?
Это ж зомби-апокалипсис начнётся, мля.
Пашка грыз ногти. Платить или нет? Так попробовать?
Лучше бы так.
И тут пришло сообщение, от которого всё у Павла Андреевича внутри оборвалось и в ледяной жгут завязалось.
Оно было от Славы Марципанникова.
«Бабки, которые у меня украл, неси сегодня вечером на спортивную площадку перед моим домом. Не принесёшь, бабень твоя ночью пойдёт раздвигать ноги за бабосы. Всё понятно?»
В этот момент всё стало действительно понятно. Нужно было оплачивать игру и избавляться от Марципана. В крайнем случае даже и удалением. Мудила был не просто конченым. Он перешёл всякую черту. Он с игрой такого наворотит, что потом никогда не расхлебаешь. Даже похлеще Пашки. Похлеще всего, что тот сам натворил.
Свирепо и решительно шмыгнув носом, Паша вытащил телефон. Протёр от подсохших коричневых следов. Вошёл в приложение.