Водоворот Желаний (ЛП)

Вскоре после этого инцидента Рейчел утверждала, что Алли присылала ей гневные сообщения. И снова, Зик набросился на Алли. И снова, разыскав Рейчел, она требовала показать эти вымышленные сообщения. И к полному шоку и ужасу Алли у Рейчел они были. Алли категорически отрицала, что их отправляла и настаивала на том, что Рейчел взяла её мобильник и отправила себе сообщения. Что, конечно, звучало безумно, хотя и было правдой. Но никто, кроме Алли, кажется, не понимал этого.
Медленно, но верно друзья стаи отвернулись от Алли. За время, что была частью стаи Коллингвуд, она исцелила её членов и несколько раз спасала всех от конфликта, благодаря видениям, но теперь это ничего не значило. В их защиту будет сказано, что Рейчел очень убедительная лгунья. Она сделал из Алли аутсайдера в собственной стае. И благодаря последнему трюку, Алли могут изгнать.
— Алли, никто не купится на твою историю, — зарычал Клинт ей на ухо. Её волчица оскалилась. Парень определённо ещё тот мудак. — Никто тебе не поверит. У нас есть свидетель, который утверждает, что видел, как ты напала на Рейчел.
— Сомневаюсь.
Он выпрямился.
— О, серьёзно? И почему же?
— Во-первых, потому что нападения не было. Во-вторых, если бы у тебя был свидетель, тебе бы не понадобилось моё признание. Как ты сказал, сейчас моё слово против слова Рейчел. Люди возможно верят ей и любят, но этого недостаточно, чтобы привести в действие наказание. Тем более, в милой сказке Рейчел есть пару недочётов.
— Каких?
— Зачем кому-то, кто хочет убить Рейчел, убегать, пока она находится в отключке? Разве бы они не воспользовались удобным моментом и не прикончили её, учитывая, что они «трусы» и всё такое?
Клинт замолчал.
— Может быть, ты слышала, что кто-то приближается. Или, может быть, заметила, что кто-то наблюдает.
— Или может Рейчел слишком много болтает.
Снова.
— Знаешь, что я думаю, Алли? — спросил Грег.
— О, должно быть что-то хорошее, — с сарказмом пробубнила она.
— Я думаю, что ты, на самом деле, не хотела убивать Рейчел, а просто потеряла контроль в момент слабости. Мы все в какой-то момент поддаёмся импульсу злости и совершаем необдуманные поступки, верно? — Тон его стал мягким и понимающим. Продолжаем пудрить мозги. — Думаю, ты могла бы искренне поверить, что Рейчел приказала парням разгромить твой дом. Ты и так уже была очень расстроена, что она увела у тебя Зика. Ты чувствуешь себя потерянной и одинокой. Ревность может взять верх, и кто тебя будет за это винить? — Грег даже погладил её по руке.
О, ради всего святого, она что, должна купится на это представление о заботе?
— Когда ты вошла в дом и увидела хаос, это стало последней каплей. Ты сделала то, что сделал бы любой в такой ситуации — перекинулась и выследила человека, который, как ты сама себя убедила, был ответственен за это. Вот почему ты сбежала с места преступления. Увидела Рейчел без сознания на земле, гнев утих, и ты пожалела о совершённом.
— Возможно так, — начал Клинт, — а возможно ты напала на Рейчел с намерением убить, но в последний момент растеряла уверенность. И как было?
— Поступи правильно и скажи нам правду, — призывал Грег. — Упрости себе жизнь. Как только ты признаешься, всё закончится. Ты, что, не хочешь, чтобы это закончилось?
Ага, она прямо удовольствие от этого получала. Фрик и Фрэк держали её в крошечной комнате больше двух часов, и её волчица уже находилась на грани потери контроля. Но признаться в том, что не делала в планы Алли не входило.
— Я уже рассказала, что произошло. Больше мне нечего добавить.
Клинт вздохнул.
— Хорошо, хочешь играть так, ладно. — Он посмотрел на Грега. — Звони Мэтту. Может, он прямо здесь и сейчас разберётся с ней.
Очевидно, она должна задрожать от страха и, наконец, признаться. Вместо этого Алли театрально ахнула.
— Что? Сейчас? Но ночь только началась, мальчики.
— Алли, — сквозь стиснутые зубы произнёс Клинт.
— Доставай наручники, повеселимся.
— Алли.
Она вскинула руки.
— Хорошо, признаюсь тебе… Я ради забавы разгромила свою квартиру, ложно обвинила кучу доброжелательных подростков, напала на свою бету-самку, а затем слонялась вокруг, чтобы меня задержали, и возможно, убили. — Она пожала плечами. — Тогда это казалось отличной идеей.
Клинт побагровел, скорее всего, потому, что, когда она произнесла всё вслух, стало ясно, насколько жалким был их аргумент.
— Не умничай.
Она хихикнула.
— А ты бы это понял?
— Я бы сказал, что пришло время нам… — Грег замолчал, когда дверь за ним распахнулась. — Зик.
О, здорово.
— Она отказывается брать ответственность или…
— Дальше я сам этим займусь. — Как только стражи вышли и закрыли дверь, Зик сел напротив Алли, в его голубых глазах читалась усталость. Зик выглядел таким же замученным, как и каждый раз, когда, за последние несколько месяцев, вставал между Алли и Рейчел. Она чувствовала, как ему больно выбирать чью-то сторону; его боль натирала нервные окончания, как наждачная бумага. Так было у Провидцев: положительные эмоции создавали приятные, тёплые ощущения. Отрицательные вызывали всё от лёгкого дискомфорта до мучительной боли.
Несмотря на боль Зика, Алли не испытывала к нему сочувствия. Они встречались почти восемнадцать месяцев. Если в стае и был человек, который хорошо знал Алли, так это Зик. Если кто и мог увидеть правду сквозь ложь, так это Зик. Тем не менее, даже он запрыгнул в поезд «Алли нельзя верить». Трудно представить, что этот мужчина когда-то говорил о запечатлении с ней. Волки, которые не были истинной парой, могли быть вместе и спариваться через запечатление. Это не такая уж редкость, потому что перевёртыши точно не знали, смогут ли найти истинную пару. Но дело до запечатления не дошло, и она знала почему. Хотя Зик был не безразличен Алли, она его не любила. И волчице было удобно и спокойно с Зиком, но она не хотела его так, как свою пару. Их внутренние волки «чувствовали» так, как люди никогда бы не смогли: яростно, дико, неистово и свирепо. Чувства её волчицы к Зику никогда не были такими сильными и всепоглощающими.
— Где и когда расправятся со мной? — Хотя Алли не думала, что Мэтт отдаст такой приказ. У него не было весомых доказательств, чтобы убить Алли, как бы ему не хотелось.
— Никто не тронет тебя, — устало ответил Зик, и ей почти стало жалко его. Почти.
— Хорошо, собираешься изгнать меня из стаи, не тяни. — Алли могла уйти в любое время, но не собиралась позволить кому-то себя выгнать, особенно какой-то мстительной, помешанной шлюхе. Она полагала, что, в конце концов, все узнают о её невиновности, и дело разрешится само собой.
— Тебя не выгонят.
Ого, вот это сюрприз.
— Значит ли это, что ты сомневаешься в заявлении своей пары насчёт того, что я сделала?
Зик, казалось, подбирал слова.
— Я знаю, что это не похоже на тебя, но ты сама не своя в последнее время. Полагаю, ты не собиралась убивать Рейчел, но факт остаётся фактом — ты напала на неё. Я дал тебе слишком много свободы, Алли. На многое закрывал глаза, но на это не могу. Просто не могу.
— Так мы с Рейчел собираемся встретиться один на один?
Как грандиозно.
— Нет.
Ну, конечно же, нет. Рейчел может и бета-самка, но уровень доминирования не выше Алли. Рейчел не хотелось, чтобы её победил кто-то ниже рангом.
— Я предположительно выследила и напала на неё. Волчица, наверное, с ума сходит от желания отомстить. Одно это должно заставить её бросить мне вызов.
Зик провёл рукой по лицу.
— Она немного жалеет тебя. Рейчел сказала, что понимает, почему ты завидуешь и признает, что чувствовала бы себя такой же опустошённой и жалкой в твоём положении. Она даже уговаривала Мэтта не выгонять тебя из стаи, когда тот уже был готов это сделать.
Потрясённая, Алли моргнула.
— Она что?
— Она не хочет, чтобы ты осталась в полном одиночестве и сказала Мэтту и мне, что если ты извинишься и поклянёшься держать зависть в узде, она даже будет рада, что ты избежишь наказания.