«АрктидА». 20 лет. Академический метал без цензуры

– Ну. Я в музыкальной школе учился…
– Врубай!
Дима проглотил нервный комок и включил синтезатор. Вася окинул его взглядом, в котором читалось: по поводу Димы он не питает ни малейшей надежды. В действительности обоснованно. К этому моменту Вася с ребятами переслушал достаточно клавишников, чтобы отчаяться.
Дима испугался, что слабоват уровнем, до такой степени, что неистово сыграл прелюдию «до-диез минор» С.В. Рахманинова.
Произведение состоит из трёх частей. Когда он начал играть вторую, быструю, то заметил, как глаза у Василия начали выразительно заползать на лоб. Но играть в «Аркаиме» Василий предложил Диме не сразу. Сперва необходимо было попить пивка. Только после этого ритуала посвящения Вася поинтересовался:
– Слушай, а хочешь играть хэви-метал?
– А какой? – затаив дыхание, спросил Дима.
– Пауэр.
– А что это?
Вася хитро ответил:
– Приходи на репетицию, поиграешь, посмотришь.
Так Дима, сам того не понимая, вступил в ряды настоящих рокеров и стал членом группы. Правда, остальные её участники в курсе пока не были.
«Аркаим» на тот момент не мог определиться относительно клавиш, потому что играл метал. Но Вася, после того как услышал игру Димы, понял, что будущее группы за этим юным клавишником.
О появлении Димы Вася сообщил Володе через пару дней, на заседании группы среди лавочек и кустов, с применением полугорячительных напитков.
– Кажется, мы нашли клавишника, – спокойно уведомил Вася. –  У парня есть свой синтезатор.
– Человек с инструментом – это прекрасно, – глубокомысленно согласился Володя.
Первое знакомство Володи с Димой состоялось в предбаннике кухни их общего друга, в районе под названием «Батарейка». Район опасный и бандитский, что-то вроде Люберец 90-х или Купчино.
Чтобы войти в предбанник, приходилось согнуться в три погибели и зазиповаться. Володя приехал на репетицию с одной целью – не репетировать. Когда он вошёл в кухоньку, парни сидели по лавкам. Стоял лишь Дима, высокий и темноволосый. Потолок начинался у него в районе плечей, поэтому его шея изогнулась, а затылок упёрся в потолок, делая Диму похожим на гуся.
Володя окинул всех задумчивым взором и проговорил:
– Я уезжаю. Сегодня репать не буду.
После чего развернулся и вышел из предбанника. Так Володя впервые увидел Дмитрия Машкова и его клавиши.
Оставшийся в предбаннике Дима всю репетицию ловил на себе оценивающие взгляды, особенно барабанщика. И очень волновался. В особенности, потому что имел музыкальное академическое образование и привык играть по плану. Сейчас же план у него отсутствовал. А когда он, как академист, перед началом песни попросил дать ему аккордовую последовательность, парни посмотрели на него с непониманием и открытой неприязнью.
Ёж спросил резко:
– Чё? Какая, нафиг, аккордовая последовательность?
– Ну там… Соль. Си-бемоль, – растерялся Дима.
– Иди нафиг, – констатировал Ёж и начал играть «дж-дж-дж».
Это была песня «Враг у ворот». Дима в музыке ориентировался хорошо, бонусом добавлялось и то, что он мог что-то извлекать на гитаре. Поэтому он взмахом руки остановил всю команду и честно спросил:
– Рябят, у вас соль минор?
Его снова окатили яростными взглядами, в которых читалось «чего ты выёживаешься, ты бы сказал третий лад, пятый лад».
– Соль минор? – настойчиво повторил Дима.
Вася Смолин пришёл на помощь и быстро проговорил:
– Да-да-да, соль минор.
– Так, понятно, – сказал Дима и на ходу начал подбирать «Враг у ворот».
Несмотря на волнение, сигаретный кумар, ибо народ курил прямо в этом предбаннике, а также алкоголический запах, Дима смог выучить сразу четыре песни. Народу понравилось, хотя никто ему открыто в этом не признался. Сам Дима переволновался и на нервной почве написал музыку на песню «Город Солнца». А потом на «Позвизда».
До второй репетиции ему ничего определённого не говорили. Когда Володя пришёл на репу, то сразу охренел от того, как интересно зазвучали песни «Враг у ворот», «Забери свою свободу», «Память» и «Герой асфальта» группы «Ария».
 
Остальные смотрели на Диму неоднозначными взглядами, но Володе Дима пришёлся по душе.
– Володя, – обратился Дима к нему. – У меня есть пара задумок.
После этого ярость в глазах команды стала ещё выразительнее, гитарист скривил губы и поинтересовался свысока:
– А ты хоть терцию строить умеешь?
Дима даже не понял вопроса.
– В смысле?
– Ну, терцию, терцию строить умеешь?
– Да к чему хоть? – уточнил Дима, для которого вопрос звучал как «ты знаешь ноты?»
Гитарист наиграл что-то, Дима прикинул, что звучит от ми и быстро сыграл в терцию. Выражения во взглядах ребят смешались. Теперь вместе с яростью в них читалась впечатлённость.
Дима глубоко вдохнул, выдохнул и сказал:
– Ребят. Давайте без обиняков. Что скажете? Я умею вот так. Вы сами всё видели.
Повисла короткая, но вязкая пауза, в которой сопели парни и шумело на верхнем этаже.
– Ну и прекрасно, – после нескольких секунд молчания благодушно отозвался Володя.
И Диму однозначно оставили в группе.
 
Аккорд 4. «Аркаим/АрктидА»
 
После плодотворного потения и звука, от которого звенело в ушах, ребята начали знакомиться уже как люди, а не только как музыканты. Дима сразу понял, что нашёл отличных друзей, с которыми стал проводить большую часть времени. Володя, будучи постарше, какое-то время осторожничал, но потом понял то же самое. Ибо совместный труд объединяет.
Ребята нашли другое помещение и переехали из предбанника, не просто куда-то, а в подвал Дворца культуры Локомотивовагоноремонтного завода города Улан-Удэ. Это настоящие катакомбы, где можно снимать фильмы про зомби-апокалипсис. Подземных ходов там столько, что, скорее всего, некоторые из них ведут прямиком в ад.
От творчества ребят пёрло. Они прогуливали школу, ругались с родителями, учителями, чтоб найти время порепетировать. И, конечно же, потискать барышень. Они собирались попеть на лавочках во дворе, а когда похолодало – в подъездах, откуда их периодически вилами гнали разъярённые соседи. Ибо тусовки по сорок человек плохо там помещались. А пение «Хора сибирских оленеводов им. Хана Мамая» душевному благополучию жильцов не способствовало.
На третью репетицию Дима принёс рифф к новой песне, а также придумал канву аранжировки. Дима переживал, что парням не зайдёт. Но им понравилось, и к четвёртой репетиции Володя, вдохновлённый творческим фонтаном Машкова, написал текст. Изначально это была тарабарщина в духе «Iron Maiden». Но чтобы песня зазвучала напевнее, пафоснее и её стало легче петь, Дима поменял музыкальные акценты и фразировки. Получилось здорово. Когда ребята сыграли её на репетиции, Володя решил дать песне название «Город Солнца».
Время шло, играть получалось всё лучше. На одной из репетиций в своём подземелье Дима спросил Володю, сосредоточенно созерцающего краску на стене:
– Так что с названием, Волдон? Его же снова нет. А как без названия выступать?
Володя выдержал глубокомысленную паузу, ибо трещина в краске на стене образовывала увлекательный узор.
– Надо придумать новое, – ответил он спустя минуту.
– И как назовёмся?
Сидя на табуретке, Володя философски погладил подбородок и устремил взгляд в потолок.
– Название группы обязательно должно начинаться на «А», – ответил он. – И обязательно чтоб следом шла буква «Р».
– Например?
– Ну… «Аркона», «Арда», «Archontes»… Аркадий Укупник.
Дима хохотнул, а Володя продолжил философствовать:
– Ещё надо так, чтобы и под лого подходило. Его-то я уже нарисовал. Шаблон есть. Ну… Например, «АрктидА».
– Созвучно, – согласился Дима, ковыряясь в настройках клавиш. – А что такое «АрктидА»?
Лицо Володи приняло ещё более философское выражение. Он откинулся на спинку стула и ответил, глядя в просвет входной двери:
– Это мифический северный полярный континент, который гипотетически существовал в Северном Ледовитом океане. В эзотерическом смысле это может быть родина ариев.