Беспощадные намерения (ЛП)

— Знаешь, должна отдать тебе должное. Ты никогда не сомневался в том, что мы истинная пара. Что бы я ни говорила, тебе всё равно. Связи нет, но ты всё так же твёрд в своей вере. Восхитительно.
Он сплёл их пальцы, шепча в ухо:
— Ты когда-нибудь чувствовала, будто что-то тянет тебя? Давление в голове или груди? Я чувствую. — Он был уверен, что это связь. Иногда Макенна тоже думала, что чувствует. Но признать это вслух сложно; она могла потом разочароваться. — Она есть, Кенна. И ждёт. — Он поцеловал её в висок. — Стая считает тебя одной из своих. Никто и никогда не предаст. Они попытаются убить любого, кто сделает тебе больно.
— Попытаются?
— Я буду первым. — На это она улыбнулась. — Хотя бы будь честна в одном: ты сопротивляешься стае.
Макенна на мгновение задумалась.
— Я потеряла так много важного. Тяжело поверить, что это не повториться. — Он понимал. И, на каком-то уровне, знал, почему она готовила себя к разочарованию потери. Он не мог её винить.
Но ему необходимо, чтобы Макенна приняла своё место в стае. В битве определённо будут потери. Он должен убедиться, что, если с ним что-нибудь произойдёт, с ней всё будет хорошо; она не останется одна, не будет подавлена очередной потерей. Сейчас он очень сомневался, что она останется в стае без него.
— Пообещай мне кое-что.
Она не понимала почему, но у неё волосы встали дыбом.
— Что?
— Что если со мной что-то случится…
— Не случится.
— Кенна.
— Нет. Это бессмысленный разговор, потому что ты не умрёшь. И разговор на этом окончен.
— Мне нужно знать, что ты не будешь одна.
— Не буду, потому что ты останешься со мной. — Вытянув затычку, она встала и шагнула на коврик. Обернувшись пушистым полотенцем, она пошла в спальню. Да, она избегала этого разговора и отказывалась даже сказать, что с ним…
Прервав эту мысль, она схватила расчёску и принялась расчёсывать мокрые волосы. Её волчица села, совершенно раздосадованная на свою пару за то, что тот даже предложил неприемлемое.
Макенна почувствовала, как энергия Райана бьётся о кожу, прежде чем он прижался к её спине тёплой, твёрдой грудью. Макенна покосилась на него.
— Закончил говорить о всяком дерьме?
Райан взял расчёску и положил на тумбу у кровати.
— Мы можем вместо этого поговорить о том, что тебе лучше остаться в пещерах на время сражения.
— Ты не станешь этого делать. — Они уже это обсуждали. Макенна не будет сидеть тут, заламывая пальцы, пока он там в опасности.
Райан обнял её.
— Нам нужно, чтобы кто-то остался тут и защитил остальных.
— Для этого уже назначены люди.
— Дети будут чувствовать себя лучше, если с ними останешься ты.
Она фыркнула.
— Не выйдет, Райан. Я понимаю — ты не хочешь, чтобы я рисковала собой, но я же не психую от того, что рисковать будешь ты, и не прошу тебя держаться подальше от битвы. Ты такой.
Он фыркнул, раздражённый тем, что она права. Тяжело оспаривать этот факт.
— Ты не обучена, как нужно сражаться.
— Нет, но драться умею, как и волчица.
Он в этом не сомневался. Её волчица дикарка даже когда играла. И всё же…
— Ты прежде никогда не сражалась.
— Всё когда-то бывает впервые.
— Если я буду переживать о тебе, не смогу сосредоточиться.
— Ты сможешь сосредоточиться, если не будешь бессмысленно переживать.
Райан ущипнул её за горло.
— Упрямая.
— Да. Может, уже закончим? Ты упускаешь самое важное — я голая, ты голый и есть занятия куда интереснее, чем болтать.
Она права. И, честно говоря, разговаривать о битве — последнее, что он хотел делать этой ночью.
— Повернись, Кенна. — Как только она оказалась лицом к нему, он потрогал один из влажных локонов. — Сбрось полотенце.
Казалось, разговор о битве действительно закончился. Макенна позволила полотенцу растечься лужицей у ног. Кожа горела под интенсивностью и жаром взгляда Райана, который наслаждался зрелищем. В его, редко выражающих эмоции, глазах светилось собственничество и хищный голод, от которого у Макенны пересохло во рту. Она прикусила нижнюю губу, но его большой палец вырвал её.
— Только я могу кусать эти губы, которые принадлежат мне. — Запустив руку в её волосы, Райан наклонил голову Макенны так, как хотел, и подался к её губам. Она приоткрыла рот, и он скользнул языком внутрь, вкушая и требуя всего, что у неё было… потому что она принадлежала ему.
Он запрокинул голову Макенны, обнажив шею и заставив выгнуться. Она прижалась к Райану, пока он лизал и сосал её брачную метку. От её негромких гортанных стонов его член дёрнулся. Он собственнически обхватил ладонью её грудь, сжимая и разжимая. Как, чёрт возьми, она сделала свою кожу такой мягкой?
Желая прикоснуться к Райану, Макенна стянула с него полотенце, а затем сжала в кулаке член — он был горячим, твёрдым и пульсировал в руке.
Райан застонал, пока она двигала рукой, крепко сжимая, как ему и нравилось. Но ей нужно было нечто большее, чем просто прикоснуться к нему. Она опустилась на колени… чего не делала с тех пор, как попыталась взять главенство в сексе, а он не позволил. На этот раз в её взгляде не было расчёта.
— Ты опять пытаешься взять контроль в руки, Кенна? — Он так не думал, но должен был убедиться.
— Нет, я хочу попробовать тебя.
— Тогда, вперёд. — Без всяких предисловий она вобрала его в рот. Даже ни разу не подразнив языком, ни погладила, ни прикусила, а просто глубоко втянула. И это было чертовски потрясающе. Райану не нравились прелюдии — не хватало терпения. Его пара, очевидно, знала об этом. — Сильнее, Кенна. Вот так. — От вида того, как она смыкает губы на его члене, от запаха её возбуждения и жара её рта… чёрт.
Стиснув её волосы в кулаках, он начал двигаться сам. Ему это просто было необходимо. Нужно было трахнуть её в рот и кончить в горло — очередной способ отметить Макенну. Довольно скоро его яйца напряглись, и он почувствовал красноречивое покалывание в позвоночнике.
— Глотай. — Он сильно толкнулся и кончил с рычанием… и она проглотила всё. Мужское удовлетворение поселилось глубоко в животе. За это её вознаградят.
Он кивнул на кровать.
— Ляг на спину и раздвинь ноги. — В этот раз она повиновалась. — Умница. — Райан мгновение просто смотрел на Макенну — упиваясь видом её раскрасневшегося лица, великолепной груди, торчащими сосками, нежными изгибами, пирсингом в пупке и влажной сердцевиной. Встав на колени между её бёдер, он посмотрел Макенне в глаза — затуманенные порочным желанием, которое он чувствовал. Это желание подпитывало, мешая держать себя в руках. — Ты самая идеальная женщина, которую мне довелось встречать.
От грубоватого комплимента она улыбнулась.
— То есть ты умеешь говорить красивые слова.
— Не красивые слова, а факт. — Просунув руки ей под задницу, Райан приподнял её бедра и провёл языком по складкам. Её вкус, такой знакомый и вызывающий привыкание, гудел в организме. Райан не дразнил, а лизал, покусывал, посасывал клитор и вонзал в неё язык.
— Райан, мне нужно, чтобы ты был во мне. — Ей казалось, что она пуста, и до боли хотелось, чтобы он в неё толкался. Вместо этого он вошёл в неё пальцем. Снова. Снова. И снова. Затем добавил второй палец, изогнув так, как нужно. Но потом заменил пальцы языком, и палец передвинул к заднице. Она втянула в себя воздух, когда он ввёл фалангу в неё. Двойная атака на чувства вызвала больше боли и желания. — Райан. — Он проигнорировал требование в её голосе
Она оттолкнула его в голову, но он зарычал и засунул второй палец ей в задницу. И Макенна кончила — оргазм застал врасплох, навалившись с силой. Райан убрал пальцы, отпустил Макенну и похлопал по бедру.
— Перевернись. — Как только она легла на живот, он поставил её на колени. — Опусти голову. — Он толкнулся вперёд, застонав, когда она крепко сжала его ствол. — Какая влажная. Хорошо. Мне нужна смазка, чтобы, — он прижал кончик пальца к её попке, — мог легко скользить тут.