Беспощадные намерения (ЛП)

Тао, у которого на коленях сидел Кай, играющий в какую-то игру по мобильнику, нахмурился.
— Не могу понять, зачем Реми нужна эта территория. Район действительно плохой и хорошо известен, как жильё одиночек.
— Может он и не территорию вовсе хочет, — с подозрением протянул Трик. — Может, ему приют нужен.
Кэм нахмурился.
— Зачем?
Трик пожал плечами.
— Надеется закрыть его. Если он станет Альфой Дон, то легко это сделает.
— Но зачем ему хотеть закрывать приют? — не унимался Кэм.
— Я не говорил, что у меня есть ответы, лишь теория.
У Райана тоже была своя теория.
— Я размышлял над всем этим и… считаю, что дело вообще не в территории.
Трей склонил голову.
— Почему?
— Я кое-что слышал о Реми. — И он не считал такое возможным, а, может, просто не хотел в такое верить. Но теперь, основываясь на происходящем вокруг, задумался, возможно ли такое? И от этого у волка Райана проснулось едва преодолимое желание разорвать глотку ублюдка. — Если верить слухам, Реми не любит женщин.
Данте выгнул брови.
— Он гей?
Райан мотнул головой.
— Ему нравятся маленькие мальчишки.
Разлилась оглушающая тишина, за которой последовала череда проклятий.
— Уверен? — спросила Тарин.
— Это слухи.
Тарин затошнило.
— В приюте полно детей.
Данте, поглаживающий волосы Джейми, замер на полу-движении.
— Такие дети — идеальные мишени. У них нет стаи для защиты и им некуда пойти, если Макенна не пристроит их. Если он станет её Альфой, может помешать ей. Дон говорила, что часто отдаёт детей Альфам.
Райан кивнул.
— У него будет доступ к огромному числу детей. — Что до жути пугало. — У него будет доступ к Заку. Я этого не допущу.
— Наша стая защитит его, — заверила Тарин. — Не только Зака, но и приют. Те, кто работает там, занимаются благим делом, которое нуждается в защите.
Грета — необщительная и довольно психованная бабушка Трея — подняла руку.
— Как бы я ни ценила того, что люди там делают для моего Зака, — она ещё даже не встретила парня, но уже считала его своим, — не думаю, что мы должны вмешиваться. Это не наша война.
Тарин нахмурилась.
— Ты предлагаешь игнорировать то, что эти дети могут оказаться в руках педофила?
— Как и указал Райан, это всего лишь слухи. О моём Трее тоже многое говорят, и не всё из этого правда. То же самое можно сказать о множестве сильных Альф — всегда кто-то хочет запятнать их репутацию.
Отчасти поэтому Райан поначалу не придавал особого значения слухам о Реми.
— Да, но я не готова рисковать, — возразила Тарин. — Тем более что мы в долгу перед приютом.
— Но не перед теми, кто там живёт. Говорю тебе — одиночкам нельзя доверять, один из них стрелял в мою Рони.
— А, то есть то, что в меня одиночка стрелял — ерунда? — со смехом спросила Джейми.
Грета заворчала:
— А мне какая разница? Мой Данте мог бы найти себе кого-то лучше тебя. Как и Трей мог бы не эту девку взять в пару.
Грета считала Трея, Данте, Тао и остальных четырёх стражей «её мальчиками» и с трудом перерезала пуповину. Вот почему не любила, когда рядом с ними находились незамужние женщины, и всегда делала всё возможное, чтобы прогнать их. С Тарин и Джейми не вышло. А Рони каким-то образом удалось обвести Грету и заставить полюбить себя. Вся стая гадает, как и благоговеет перед этим фактом.
— Вернёмся к теме, — сказала Тарин. — Мы должны помочь в решении проблемы с Реми.
Трей выгнул на неё бровь.
— Разве я не имею права голоса?
Она похлопала его по руке.
— Конечно, имеешь. Просто учти, если твоё мнение отличается от моего, его проигнорируют.
— Ты не можешь всерьёз помогать одиночкам! — простонала Грета, а слово «одиночки» было произнесено тем же тоном, каким обычно говорят о «нацистах»
Улыбка, которой Тарин одарила Грету, была немного злобной.
— Ты только подумай, как было бы здорово, если рядом с твоими мальчиками было больше незамужних женщин… знаешь, флиртовать с ними — вести по пути греха.
Грета вздёрнула подбородок.
— Я отказываюсь помогать одиночкам.
— А я отказываюсь признавать, что кто-то настолько старый, что была официанткой на Тайной вечере, ещё жива, но ты-то здесь.
Услышав серию гудков, сигнализирующих о входящем сообщении, Райан достал из кармана сотовый. Написал Зак, в основном сокращениями, но Райан понял:
«Спасибо, что помог сегодня с Реми. Ты, всерьёз, поможешь приюту?»
Райан тут же ответил:
«Да, вся стая поможет».
Это было обещанием, а Райан никогда не бросал слова на ветер. Он не боялся, что Грета заставит Тарин изменить мнение. Даже если каким-то чудом это произойдёт, планы Райана не изменятся. Обычно он не вмешивался в чужие драмы. Райан вырос в доме, где драмы было перебор, и избегал её, как чумы, но твёрдо вознамерился помочь приюту, и не собирался съезжать с этого курса. Стоило Райану посвятить себя какому-либо делу, и доводил его до конца. Он не пройдёт мимо опасности, исходящей от Реми и не подведёт Зака. По правде говоря, парень заслуживал лучшего опекуна, чем Райан, который плох в эмоциональной связи, в привязанности и в выражении или принятии любви. Но мог дать Заку дом, чувство принадлежности и убедиться, что он в безопасности. Это ведь хорошо, верно? Проводить время с Заком, чтобы заслужить доверие, означало больше времени быть с Макенной. Райан принялся ждать, что ему станет не по себе от мысли тусоваться с одиночкой… но ничего не было. На самом деле, он понял, что хотел снова увидеть её. Возможно, потому, что она загадка, а Райану нравилось владеть всеми фактами ситуации. Он хотел знать, кто она на самом деле и что с ней случилось. Кроме того, он хотел знать, какая грёбаная стая прогонит щенка, и как могут оправдать такой поступок.
— Откуда до тебя дошли слухи о Реми? — спросил Трей, прерывая мысли.
— Я был в баре перевёртышей, — ответил Райан. — И официантка флиртовала с Реми, а одному из барменов — Майлзу — это не понравилось. Потом он фыркнул, когда Реми отшил её. Майлз сказал, что не удивлён, так как слышал, что Реми интересуется мальчиками.
Данте скрестил руки на груди.
— Тогда, думаю, нам стоит сходить в бар и поболтать с барменом. Узнать, откуда у него такая информация.
Позже тем же вечером Райан шёл через переполненный бар с Треем, Данте и Триком. В дальнем углу бара они нашли Майлза, флиртующего с женщиной, которую обслуживал.
Он застыл при виде мрачных выражений их лиц.
— В чём дело?
Сразу к делу. Райану это понравилось.
— У нас есть пара вопросов, — ответил Трей. — Мы ненадолго.
Майлз нервно хохотнул.
— Я сглуплю, если пойду один куда-то с четырьмя разозлёнными волками Феникса.
— Мы не на тебя злимся, — возразил Трей. — Но мне кажется, что ты можешь чуть больше рассказать нам про волка, который нас бесит.
Майлз поджал губы. Наконец, тяжело вздохнув и явно неохотно, он обошёл бар и жестом пригласил их следовать за ним. Он провёл их через дверь с надписью «Вход только для персонала» в пустую комнату отдыха.
— Что вы хотите знать?
— Реми Дикон, — ответил Трей.
Лицо Майлза исказилось от отвращения.
— А что с ним?
— Когда я был здесь в последний раз, — заговорил Райан, — ты сказал, что Реми нравятся мальчишки.
Майлз неловко поёрзал.
— Я такое слышал.
— От кого?
— От кое-кого из стаи. Раньше они находились в стае, которую он подобрал под себя, но пару месяцев назад перешли в нашу.
— Они точно это знают? — спросил Данте. — Они видели?
— Нет. Они просто сказали, что ему нравится окружать себя детьми, что он берёт их на прогулки на природу и усыновил всех сирот.
— Нет ничего плохого в том, чтобы возиться с потомством, — возразил Трей.
— Нет, но пара мальчишек пропала. А один из отцов обвинил Реми в изнасиловании и напал на него. Реми убил отца. После инцидента, многие семьи уехали. Может, потому, что поверили слухам а, может, потому, что осторожничали. — Он съёжился и добавил: — А ещё я слышал, что его чрезвычайно собственническая мать любит его… чересчур любит.