Сладость для двух Альф
– А вы далеко живете?
– Нет. В соседнем бизнес-центре, – он плюхается рядом со мной, – у тебя суп на щеке, Алина.
Стирает его большим пальцем, затем облизывает. А меня нестерпимо тянет его поцеловать. Вот прям так, что сил нет это выдерживать.
– Если хочешь, целуй. Но за целостность ужина я не ручаюсь, – скалится.
В присутствии Шахова все вопросы из головы испаряются. Я нагло забираюсь на его колени, попой сшибая мясную нарезку. Гриша кладёт ладони на мои бёдра. Гладит. От его звериной ласки хочется урчать и ластиться. Что я и делаю…
Где же моя гордость? Эх, Алинка! Пропадёшь ты…
Едва касаюсь горячих губ мужчины. Дразню. Его аромат сводит с ума. Одновременно жесткий и свежий.
– Ммм… – наслаждаюсь тем, как Шахов забирает инициативу.
Расстегиваю его рубашку. Пуговица за пуговицей. Медленно, постепенно открывая своему взору мускулистую грудь. Как такой мужик обратил на меня внимание? Я не понимаю!
– Алина… – хрипит, шире расставляя ноги и прижимая меня к своему стояку, – я хочу тебя, девочка…
– Гришааа… ммм… – от вкуса его губ меня ведет.
Штормит и уносит. Никогда не думала, что простой поцелуй может так срывать крышу.
– Сними с меня трусики, – шепчу, кусая босса за нижнюю губу, оттягивая её.
– Нет, – отвечает, затем приподнимает меня, – лучше так… это пиздец как торкает.
Одной рукой сминает мою грудь, а второй расстегивает ширинку. Его член огромный! Мамочки! Гриша сдвигает мои трусики и сажает меня. Из-за густой и влажной смазки мужчина проникает быстро и без боли.
– АААХ! – кричу, стягивая ткань рубашки босса, – хорошо… круто… ААХ!
– Нравится, девочка? Хорошо тебе? – улыбается, приподнимая меня, затем снова сажая.
– ДА! ДААА! – мне реветь хочется.
Ну не бывает так хорошо! Ни один мужик на такое не способен. Но Гриша… это отвал башки. Мой! Только мой! Прижимаюсь к его телу. Он безумно горячий. Ёрзаю, совершенно теряя связь с реальностью
– Умница… вот так… прыгай на моём хуе, крошка, – он с силой стискивает мою попку, настраивает темп.
Немного больно. Но я так сильно возбудилась, что боль лишь подогревает, добавляет остроты. Все чувства обострены до предела. Толстый член таранит мою киску, растягивает её под себя.
А я этого хочу. Слиться с ним. Стать единым целым. Ощутить в себе горячую сперму. Чтобы Гриша наполнял меня до краёв. Раз за разом.
Я маленькая. Податливая. Нежная. В сильных, властных руках. И я доверяю…
– АХ! – вскрикиваю, ощущая палец, настойчиво толкающийся в попку.
– Хорошо? – шепчет Наиль, – я уж думал, не успею…
– На… иль? – испуганно шепчу, – что ты…
– Пришел полюбоваться, – облизывается, целует меня за ухом, проникает глубже в мою анальную дырочку, – как ты кончаешь, малышка.
Босс словно срывается с цепи. Имеет меня, жестко вдалбливаясь в киску. Так сильно и глубоко, что я вот-вот…
– Бляядь! Дааа! – рычит Гриша, а я чувствую внутри его сперму.
Еще один толчок и я кончаю. Улетаю в космос, кричу и скулю. Из глаз брызжут слезы, а киску выкручивает. Я сгораю в безумном переплетении плотского и чувственного.
Словно испытываю наивысшее чувство, на которое способен человек. И ощущаю его лишь в присутствии этих двоих. Меня трясет, силы стремительно уходят.
– Опять уделал нашу красавицу, – Наиль стаскивает меня с Шахова, берет на руки.
Из последних сил цепляюсь за его рубашку. Прижимаюсь к горячей шее.
– Кто вы… такие… – снова сознание покидает меня.
– Твои истинные, малышка. А теперь спи… – он целует меня, и я быстро погружаюсь в сон.
Глава 11
ГришаЗапах. Всюду её запах. Мы так долго берегли своё сокровище. Ждали, пока наш плод созреет. Сладкий… желанный…
Как сталкеры следили ночами. Наблюдали, как она спит. И однажды сорвались. Алина думает, это сон. Но тогда мы действительно ласкали её. Еле удержались, чтобы не перейти черту.
Потому что она могла испугаться. Сойти с ума.
Но как только Алина переступила порог моего кабинета, все предохранители послетали. Сколько клятв я давал! Сколько раз запрещал себе её трогать! И сорвался в первый же день.
– Она такая красивая, – тихо говорит Наиль, проводя пальцами по спящему личику Алины.
– Безумно… – выдыхаю.
Смотрю на подрагивающие длинные ресницы. Спокойно вздымающуюся грудь. Слушаю размеренное тихое дыхание. Мы оба, как одержимые звери. Лежим по обе стороны от истинной, наслаждаемся её красотой.
Боимся разбудить. И увидеть в глазах страх. Не сейчас, когда я познал её желание.
– Что скажешь шаману? – спрашиваю тихо, – уже принял решение?
– Откажусь, – отрезает Наиль.
– Уверен? Это огромная сила. Отказываться от наследования…
– Ты же знаешь! – рычит он, – чем я должен буду заплатить. Своим зрением! И тогда я не смогу каждый день видеть ее…
Наиль очень сильно любит Алину. До безумия. И невозможность видеть её…
– Я понимаю, брат. Понимаю…
Мы не кровные родственники. Моя мать воспитала Наиля, как родного. А потом мы нашли его отца. Старого умирающего оборотня-шамана. По волчьим законам шаманство должно быть принято по доброе воле.
За большую силу и возможность видеть иные миры оборотень платит зрением. Время отца Наиля пришло, и он призвал сына. Но Арзанов не хочет становиться шаманом. Не сейчас.
Луна наделила нас обоих мощью альф. Сделала вожаками без стаи. И мы не понимали, зачем. Пока не встретили Ликару – аватару богини Луны. Мы поклялись служить ей. Это и стало нашим смыслом. До того момента, пока не встряли с заварушку с двумя берсерками.
Узнали, что существует вторая Пробужденная. Девочка с не менее невероятной силой, чем Ликара. Маша. Ткач. Умеющая создавать и разрушать реальность. Истинная двух берсерков. И сейчас они с медведями ждут пополнение.
Наша истинная – подруга Маши. На которую тут же отозвались волчьи сущности. Три года назад Алина так сильно перепугалась нападения оборотня, что чуть рассудка не лишилась. И мы с Наилем приняли решение уберечь её.
Арзанов скрыл травмирующие воспоминания с помощью своей ведической силы. Части того наследия, что передалось ему по крови от отца.
– Ты по-прежнему видишь тот сон? – спрашиваю брата.
– Уже нет.
– Думаешь, это что-то значит?
– Все мои сны что-то значат, Гриш, – улыбается Наиль, – если он пропал, то угроза тоже. Можно выдохнуть.
Почему-то я ему не верю. Наиль ухмыляется одними губами. Взгляд его сосредоточен на Алине. Он её хочет, я вижу. Я взял ее уже два раза, а он – ни одного.
– Хочешь, я выйду? – ухмыляюсь, – ты что-то на редкость уравновешен рядом с ней. Неужели не хочешь сорвать наш созревший плод?
– Хочу, но не так, – он проводит ладонью по волосам девушки, – она сама должна попросить.
– Она боится. А ты слишком сдержан, – встаю, потягиваюсь и сбрасываю остатки одежды, – пора выпустить внутреннего зверя.
Забираюсь на постель, обнимаю Алину. Прижимаю к себе. Слушаю размеренный стук хрупкого сердечка. Наиль пристраивается рядом.
– На… иль… – шепчет она, – где ты… здесь темно… так темно…
Мы ошарашенно смотрим на малышку. Она начинает быстро и рвано дышать.
– Что с ней?
– Кошмар, – Арзанов крепко обнимает её, прижимается губами ко лбу, – я здесь. Ты не одна, милая. Ничего не бойся.
– Да… – она успокаивается.
Так мы лежим до самого утра. Оберегаем покой нашей истинной. И в этом мире, и в царстве сновидений. Лишь наутро удаётся провалиться в лёгкий сон. Но выспаться точно не получится…
Ведь наша истинная начинает хулиганить. Она пихает меня в бок, закидывает ножку на Наиля. Раскидывает руки. И её грудки покачиваются в такт движениям. Розовые сосочки бесстыдно встают и манят нас со зверем.
Член тут же напрягается.
– Я её трахну сейчас, – рычу, когда наша истинная вдруг хватается за мою мужественность.
Начинает дрочить. Распахивает бёдра. Её вторая рука гуляет по прессу Наиля. Он напряженно смотрит на Алину.