Систематизатор 3 (СИ)

Я потом резко бросил ее.
Грузовик прыгнул вперед, вынося мощным бампером ворота, как фанерную дверь! Столкновение резко бросило меня вперед, чуть не приложив о рулевое колесо грудью, я кое-как удержался, крутнул руль, заставляя грузовик увалиться на правый борт и повернуться носом в сторону стоящего посреди двора полуприцепа…
А там меня уже заметили. Пулемет внезапно прекратил обстрел крыши, и начал поворачиваться в мою сторону. Я сжал зубы, все-таки переключил на вторую, попав в передачу только с третьего раза, и изо всех сил надавил на газ, утапливая педаль в пол! Грузовик слегка приподнял нос, заревел и помчался на фуру, как таран!
И в этот момент пулемет начал стрелять.
Но я уже толкнул дверь от себя и выпрыгнул на бетон, инициируя защитный режим второго модуля и надеясь, что он защити меня и от таких повреждений тоже.
Защитил. Несмотря на то, что я катился по бетону, как перекати-поле, я ничего не сломал и даже не отбил, и каждое касание ощущалось словно через толстенное одеяло.
Остановившись, я быстро сел и нашел взглядом грузовик, которому до фуры оставался какой-то метр. Пулемет стрелял уже практически засунув ствол в кабину… В которой меня уже не было.
Грузовик врезался в фуру, сдвигая ее в сторону, и заглох. Фура покачнулась на своих колесах, опасно накренилась, замерла в таком положении, словно не была уверена, стоит ли ей падать, но в итоге все же приняла решение и с феерически грохотом рухнула набок!
Ствол пулемета остался торчать задранным в небо и явно уже не представлял ни для кого угрозы.
И в следующую секунду прямо в борт фуре прилетела граната РПГ, скрывая его под плотным черным облаком. А еще через пять секунд — еще одна. И еще. И еще.
Всего Сэм выпустил пять гранат, не оставляя тем, кто был внутри, ни единого шанса. Там, наверное, сейчас был пылающий ад, наполненный осколками и дымом.
— Хорошая работа, Сэм… — передал я по рации, и поднялся на ноги.
— Ага… — тяжело выдохнул тот. — Я… Старался…
Как-то тяжело он говорил, словно ему воздуха не хватает. Надо подняться и проверить, как он.
Но только я сделал шаг по направлению к казарме, как наверху фуры что-то зашевелилось. Откинулась неприметная дверь и прямо на бок прицепа, теперь ставший крышей, выбралась темная фигура в глухом плаще.
В руке фигура сжимала хорошо известный мне дробовик.
 Глава 3 
Что ж…
Глупо было бы думать, что Робин не заявится самолично на разборку со мной. Глупо было бы считать, что он упустит такое представление, как захват целой военной базы, на которой, к тому же, прописался лично его злейший враг. Глупо было бы полагать, что он, как предводитель всей этой шайки-лейки (а я уже не сомневался, что это именно так) будет тусить где-то еще, кроме как в самом защищенном и одновременно — мобильном и угрожающем виде транспорта.
И глупо бы надеяться, что эта тварь умрет так легко.
Но я и не считал.
Поэтому я прямо с бетона кинулся к своему дробовику, который отлетел прочь, когда я кувыркался из кабины грузовика, и в кувырке подхватил его. Вскочил на ноги, уже вкладываясь в приклад и ловя в диоптр фигуру противника.
Но его на месте, конечно же, уже не было. Он пробыл там ровно одну секунду, которая требовалась, чтобы оценить обстановку и быстро запомнить все окружение, включая укрытия и опасные зоны, и спрыгнуть куда-то. Наверняка по другую сторону перевернутого дырявого прицепа.
Я скрипнул зубами, поводя стволом налево-направо, но так и не увидел противника и потянулся левой рукой к рации:
— Сэм, ты видишь этого урода⁈ Который на фуре был⁈
Сэм ничего не ответил. Рация равнодушно шипела на меня помехами, так что дело было не в ней — дело в самом Сэме.
— Этого еще не хватало… — выдохнул я, отпуская рацию и снова хватаясь за цевье дробовика. — Ладно… Танцевать так танцевать.
И я не торопясь пошел в сторону намертво слипшихся «Урала» и фуры, не сводя с них взгляда. Зрение при этом я максимально расфокусировал, чтобы оно не скатилось в туннельное, чтобы даже малейшее движение, возникшее на периферии, тут же привлекло мое внимание. В патроннике ожидал своего часа пулевой патрон, готовый вырваться из ствола, едва только мне попадется на глаза Робин.
 
Но Робин не попадался. Было бы странно, если бы он, зная, что находится на чужой территории и в уязвимом положении, вылез прямо под выстрел мне и еще неизвестному количеству противников! Наверняка закрысился сейчас за фурой и соображает, что делать!
Ибо нехер. Кто к нам с чем, тот тем и затем.
Дойдя до «Урала», я наступил на колесо и залез на капот. Выпрямился, осторожно выглядывая за перевернутую фуру, но все еще ничего не увидел. Эх, жаль гранат нет, сейчас бы просто катнул одну по изрытой дырами от кумулятивных гранат боковине фуры, и путь себе падает по ту сторону, прямо под ноги Робину.
Но гранат у меня не было, и не было даже их заменителя, то есть гравипода — свой я уже потратил, да и не помог бы он мне здесь, на открытом пространстве особенно. Даже наоборот — вполне мог сделать хуже. Мне пока что хватит и одной твари внутри защитного периметра.
Цепляясь руками за горячие колеса фуры, я залез на ее борт, который сейчас стал для меня полом, и пошел по нему вперед, не сводя взгляда с бетона, который медленно выплывал из-за границ поля зрения. Еще немного, еще чуть-чуть… Когда там уже «взор охотника» подхватит⁈
И «взор» подхватил. Подхватил и высветил мне силуэт Робина, что скорчился возле стальной стены у самого бетона.
Я не стал пытаться прострелить фуру насквозь — «усиленный выстрел» еще не откатился, а без него я уже пробовал — фигня получилась.
Вместо этого я просто вытянул вперед руки, вынося дробовик за пределы угла, соединяющего крышу прицепа и его борт, направил его вертикально вниз и выжал спуск.
И услышал, как пулю поглощает модуль защиты.
— Да сколько у тебя их⁈ — вырвалось у меня.
— Сколько нужно. — глухо донеслось из-за угла голосом Робина.
А потом он распрямился, одновременно отпрыгивая от прицепа, разворачиваясь вокруг своей оси и выжимая спуск.
Уловив его движение и заранее ожидая какой-то подлости, я присел и прыгнул в сторону, растягиваясь на борту прицепа и тоже выжимая спуск.
В итоге мы выстрелили одновременно, и ни один не попал, даже несмотря на картечные патроны — слишком быстро мы оба двигались. И в слишком неудачном положении мы по итогу оказались. Я, хоть и слегка прикрытый углом прицепа, лежу на боковине, растянувшись в полный рост, и не могу двигаться. Робин, даром что на ногах и мобилен — прямо посреди открытого пространства, на котором его подстрелить как нехер делать.
И все же мое положение было чуть хуже. Потому что мои модули защиты были полностью разряжены. А вот у этого сукина сына, несмотря на то, что пять минут назад вся его защита должна была разрядиться, спасая от роя раскаленных осколков, еще оставалось. И сколько их оставалось — неизвестно.
Поэтому я бросил короткий взгляд на левую руку, с удовольствием убедился, что «Скачок» уже откатился и прижал его, одновременно вскакивая на ноги. Рывок — и я практически вплотную к Робину, между нами меньше метра! Ствол его дробовика — только руку протянуть!
Я и протянул, набрав в грудь побольше воздуха и приготовившись к шипению горящей от контакта с раскаленным стволом кожи. Схватил, отвел в сторону, чтобы выстрел, если он будет, прошел мимо, и выбросил вперед вторую руку, в которой уже была зажата отнюдь не рукоять длинного и неудобного дробовика, а удобная ребристая ручка Лизы.
Ствол рявкнул у меня над ухом, чуть не лишив меня слуха, а потом Робин отпустил его и каким-то невероятным движением выпутался из ремня, отскакивая назад!
Лиза вспорола воздух, не достав до противника, но зато и сам Робин оказался без оружия. Его дробовик остался у меня в руке, и, кстати, вопреки ожиданиям, ствол был совершенно холодный. Даже после двух выстрелов подряд (не говоря уже о том, что я не знаю, сколько было сделано выстрелов до этого) он не потеплел ни на градус, так что я обошелся даже без ожогов.