До самой смерти (ЛП)

А она интересная. Он захотел увидеть её без этой маски.
Его рука поднялась и прикоснулась к своей собственной маске.
«Хочешь меня увидеть?»
Коп стал передвигаться быстрее, толпа расступалась перед ними. Толпа… ничего не подозревающая. Ты можешь творить столько всего прямо перед ней, а она так никогда, ничего и не поймёт.
Он держался в тени и следовал за копом и этой очень интересной новой добычей.
Он не планировал снова охотиться, не так скоро, но эта… эта женщина станет особенной.
Он чувствовал это и сейчас так многое понял.
«Я могу позволить тебе просто увидеть меня… всего меня».
Глава 1
— Снова попала в неприятности?
Айви застыла из-за этого глубокого грохочущего голоса. Голоса, который она обычно слышала только в своих снах… тех самых горячих, которые приходили только поздно ночью.
— Пьянство и нарушение общественного порядка, — продолжил этот сексуальный голос, она почувствовала, как напряжение собирается между её лопаток. — И ты что, действительно спрыгнула с платформы посреди парада? Разве они не учат тебя не делать такого в школе хороших манер?
Она отвернулась от полицейского в форме… придурка, который всерьез пытался затащить её в заднюю часть патрульной машины… и столкнулась с новой угрозой. Потому что, да, она всегда так думала о детективе Беннетте Моргане. «Угроза. Опасность». Но в этом конкретном случае он может стать её выходом. Потому что, если этот «зелёный» новичок в форме преуспеет в своём глупом плане отправить её в вытрезвитель — её ночь будет испорчена.
— Я не пьяна, — ответила Айви. Она никак не смогла удержать теплоту в своём голосе. Сильная ярость прокатилась по ней. «На женщину напали! И никто ничего не делает!» — Я дважды повторила задом наперёд алфавит, дюжину раз коснулась пальцами своего носа и прошла самую прямую линию в мире, — её голос вибрировал от ярости. — Я видела, как напали на женщину. Пыталась помочь, — усиленно подчеркнула она. — Единственным моим преступлением было проявление доброго самаритянина. — И за это молодой полицейский хотел бросить её в тюрьму. Не круто.
Беннетт подошёл к ней. На него упал свет уличного фонаря, освещая суровые линии его лица. В традиционном смысле Беннетт не был красавцем. Нет, он слишком груб для этого. Грубый и дикий с его густыми слегка длинными, светлыми волосами и глубоко посаженными задумчивыми глазами. В это мгновение она не видела изумрудно-зеленого оттенок его взгляда, но никогда не могла забыть этот цвет. Челюсть Беннетта была квадратной, небольшая ямочка обозначала центр подбородка, а высокие скулы придавали парню дикий вид.
Грань, которую она бы не стала исследовать. По крайней мере, не прямо сейчас.
У неё было довольно нездоровое влечение к Беннетту с восемнадцати лет. Их раздельно проведенное время (все эти годы) должно были притупить это притяжение. Но этого не произошло. Она посмотрела на него, и это же чувственное осознание вспыхнуло внутри неё.
«Не дай ему это увидеть. Не дай».
Она подняла свои руки в наручниках и подошла к нему ближе. Беннетт может быть кем угодно и не всегда хорошим, но прямо сейчас он был «золотым мальчиком» передвижного департамента полиции. Большой, плохой, новый пронырливый детектив, который вернулся в город месяц назад. Так что, возможно, проныра сможет ей помочь.
— Беннетт, пожалуйста, поговори с парнем. Помоги мне.
Он провел своей рукой по её. Она возненавидела то, что его прикосновение, казалось, прямо воспламенило её душу. Он не должен по-прежнему так влиять на неё. Но всё же продолжал.
Будь он проклят.
Беннетт осмотрел её.
— Офицер Чамблисс, — произнёс он, имея в виду полицейского, который горел слишком большим желанием бросить её в какой-нибудь вытрезвитель и забыть о ней. — Ты же знаешь, кто эта женщина, верно? Это дочь сенатора ДюЛейна.
Она сильно зажмурилась. Беннетт действительно пытается испортить ей ночь или как? Теперь она будет в тюрьме и на скандальных страницах в местной газете. Упоминание о её отце никак не поможет. Этот мужчина мёртв и похоронен, но прежде чем его опустили в землю, он сверх меры разрушил чужие жизни.
 
«Возможно, именно поэтому Беннетт и упомянул его. Чтобы напомнить мне, что он не забыл».
И не простил.
— Ты использовал с ней алкотестер? — спросил Беннетт, наклонив голову немного на бок.
— Да, конечно! — быстро ответил рыжий коп.
— Она пьяна?
— Не с юридической точки зрения, — вынужден был признать офицер Чамблисс, — Но… Вы должны были видеть, как она нырнула с платформы!
— Хотел бы я, — пробормотал Беннетт.
Айви взглянул на него.
— Кто-нибудь мог пострадать, — выдал молодой коп. — Кто-нибудь мог…
— Если она не пьяна с юридической точки зрения, то мы не можем её задерживать, — голос Беннетта был таким приторно-мягким. — Поверь мне, приятель, тебе не нужна головная боль, которую она может устроить. Не тогда, когда ты ещё новичок в полиции.
Она задержала дыхание. Надеясь. Молясь…
— Я о ней позабочусь, — предложил Беннетт. Его значок был пристёгнут к поясу, тускло поблёскивая. Кроме значка, он совсем не был похож на копа. Он был одет в обычные джинсы, свободную рубашку и довольно потрёпанное пальто. — Я прослежу, чтобы она больше не прыгала ни с одной платформы сегодня.
Офицер Чамблисс заколебался.
Дурацкие наручники впивались в её запястья. На ней был наряд «Королевских дам Посейдона»: тонкий кусочек шёлка и кружев, которые едва прикрывали верхушку её бёдер. Конечно, на ней были колготки, но наряд должно было быть видно с любой точки платформы, но не с близкого расстояния. Айви чувствовала себя слишком выставленной напоказ, особенно под оглядывающим её с ног до головы взглядом Беннетта.
— Она больше не учудит проблем, — сказал Беннетт. — Это я тебе обещаю.
Он не должен давать обещания, которые не сможет сдержать. Беннетт недостаточно знал её для этого — больше нет. Она преуспела в неприятностях. Она больше не была хорошей девушкой, которую он помнит. Даже не близко.
Та девушка давно исчезла. Быть хорошей — не решает проблем. Рискуя (и находя опасность) — только этим способом можно довести всё до конца.
Но полицейский в форме кивнул, и парень освободил её от наручников. Айви выдохнула — резкий вздох облегчения. К сожалению, это был бы не первый её визит в тюрьму, но она была очень рада, что не вернётся туда этой ночью.
— Теперь она твоя забота, — прорычал офицер Чамблисс, а затем развернулся и забрался на водительское место патрульной машины.
Айви зыркнула на него.
— Я не проблема! Я человек! А Вы не какой-нибудь там…
Беннетт схватил её за запястье и притянул к себе.
— Если ты разозлишь его, то обнаружишь свою сладкую задницу в патрульной машине. — Его пальцы заскользили по внутренней стороне запястья. — Слишком тесные наручники?
Её пульс усилился под его прикосновением, и Айви попыталась отдернуть от него свою руку. Беннетт покачал головой и продолжил удерживать её.
— Я должна найти женщину, — быстро сказала ему Айви. — Я не знаю, что ты слышал о том, что произошло сегодня вечером.
— Я слышал, что ты сиганула с платформы.
Она закатила глаза.
— Я видела мужчину, ясно? Мужчину в маске и с ножом в руках. Он ударил ножом женщину в золотом вечернем платье.
Беннетт продолжал растирать её запястье.
— Прекрати, — приказала она, отказываясь подрагивать из-за него или его прикосновения. — Это важно! Думаю, женщина может быть уже мертва.
Он отпустил её.
Айви сглотнула и попыталась успокоиться. Беннетт был главным детективом отдела убийств в этом районе. Если кто и сможет ей помочь, так это он.
— Пожалуйста. — Она никогда не просила его, но прямо сейчас делала именно это. — Я не сумасшедшая и не пьяна. Сегодня вечером была ранена женщина, и я боюсь, что он убил её, пока толпа просто веселилась вокруг него.