Пробуждение охотника (СИ)

Следом, я спародировал фальцет Ерофеева.
— Я не хочу ходить по одной земле с таким как ты, Васнецов! Но завтра мы прекратим дышать одним воздухом.
Ерофеев побагровел, но не нашел ответа.
— Ваш же голос, господин Костецкий, все еще ломается, обычно это происходит с мужчинами лет в двенадцать. Может быть, вы еще подросток, просто вымахали сверх всякой меры?
— Завтра, — поломался голосом «подросток», — завтра!..
— Вы покажете мне, кто тут взрослый. Вот и решено, я принимаю ваш вызов. Предлагаю час дня. Это будет так гармонично! Мой адвокат размажет ваших отцов в суде, а я сделаю то же самое на поле боя. Могу ли я спросить у вас совета, сделайте скидку для моей амнезии, где в этом городе принято проводить поединки? У стен какого-нибудь монастыря?
Филимонов вдруг успокоился.
— Тебе и правда отбили башку, Васнецов. У нас есть дуэльная площадка на стадионе. Поищешь в сети, не маленький. Оружие выбрал?
— А какое вы, господа, предпочитаете? Ножи, вилки, кулачный бой? Или, как взрослые, стреляетесь на пистолетах?
— Пистолеты или сабли, — встрял Ерофеев, — сейчас в моде японские мечи «катаны», они хорошо смотрятся в стриме.
— У тебя есть катана, Васнецов? Могу одолжить, — оскалился Филимонов.
— Не стоит беспокоиться, я найду себе меч.
— Мы будем секундантами друг у друга, мой — ну пусть Ерофеев. У него — Костецкий. У Костецкого — я. У тебя есть друзья, беспамятный?
— Я что-нибудь придумаю. Оставьте номер телефона, мой секундант с вами свяжется до полудня.
— Составь завещание, Васнецов. Хотя, у тебя же и так ничего нет, а завтра ты умрешь нищим.
— Завтра само о себе позаботится, а сейчас, господа, нам наконец несут роллы. Вы позволите?
Троица, шипя, удалилась. К нам же подошел судья Перепел.
— У вас проблемы, Андрей? Вы умудряетесь наживать себе врагов с небывалой быстротой.
— Я вообще талантлив, Олег Георгиевич.
— Вам нужна помощь? Три дуэли — не шутка. А эти молодые люди — финалисты губернского чемпионата по фехтованию. И, как ни грустно это отмечать, успели завоевать славу бретеров. Вы не первая жертва поединков с ними.
— Спасибо за заботу, Олег Георгиевич, но если этими дуэлями мы не нарушаем каких-то законов, то и беспокоиться не о чем.
— К сожалению, все в рамках закона. И как его служитель, я не могу вмешаться в дела вашей чести. Но я могу выступить посредником и, используя свое влияние, склонить дело к миру.
— Что подразумевает какие-то извинения с моей стороны?
— Это могло бы спасти вам жизнь. И вряд ли кто-то разумный осудил бы вас, учитывая расклад сил.
— Сомневаюсь, что это возможно. Я благодарен за участие и за предложение, но пусть все идет своим чередом.
Судья укоризненно покачал головой и вернулся за свой столик, а мы, наконец смогли поужинать. Роллы как роллы, в Москве я ел и лучше. Пока мы не покинули ресторан, я слышал, как за каждым столиком обсуждали наш конфликт. И только на танцполе плясали так, будто завтра наступит конец света. Мы посидели еще немного, борясь с сетами роллов, а потом выехали в имение Васнецовых.
Это была бы прекрасная летняя ночь, если бы не мутный горелый запах, до сих не выветривший с пепелища. Ликвор также предупреждал об опасности, но не вопил, а скорее ворчал. Хищника поблизости я не чувствовал. Жертв тоже. Но ощущение, что за нами наблюдают, не проходило.
Соня скользнула в шатер вперед меня. Я только удивился, что команда высоколобых, которую я прогнал пару дней назад, не забрала его с собой. Лабораторию-то они увезли. Сам не знаю, зачем я тянул, не подходя к железке в сердце поместья.
Соня поторопила меня. Ею как раз овладело возбуждение. На самом деле и мне было интересно, что мы сможем обнаружить, когда отопрем эту дверь.
Теперь я смог рассмотреть металлический столб внимательно и без спешки. Довольно толстый, треть метра в диаметре, он торчал из пола на метр с небольшим, как раз доходя мне до пупка. Белый блестящий металл вполне мог оказаться титаном. Сверху столб был как бы срезан под углом, и овальная площадка на торце была украшена изящным орнаментом, прорезанным вглубь на полсантиметра. Рисунок напомнил мне микросхему, но на самом деле не был похож ни на что знакомое.
 
В центре оставалось свободное от резьбы пространство, мы с Соней переглянулись, я пожал плечами и накрыл его ладонью. Несколько секунд ничего не происходило, потом я почувствовал укол, и по торцу потекла кровь, окрашивая красным дорожки орнамента.
Потом я получил сигнал, это была как бы чужая мысль в моем сознании, сообщавшая мне, что доступ свободен. Я и сам почувствовал очередную, доселе незаметную кроличью нору. И сразу же ликвор во мне отчаянно завопил, ко мне на страшной скорости приближался хищник.
— Ну что замер, входи, давай! — в шатер ворвался мой старый знакомый Влад в привычном черном плаще.
— Входи! Входи! Входи! — орал он мне.
Я услышал и другие голоса, приказывавшие мне не терять времени. Ликвор в панике сообщал, что имение заполняется тварями, которые окружают сгоревший дом.
Я достал Тихоню, но Пижонов не дал мне выстрелить, сбив с ног. Я перекатился по обугленным доскам пола, пистолет отлетел в сторону, а я взялся за шамшир.
Свет в шатре погас, в кромешной тьме я видел только светящиеся каркасы Пижонова и Сони, а они, конечно же видели мой. И это никуда не годилось. Я вспомнил утренние тренировки и поспешно замаскировал это сияние, ликвор при этом завопил, что мне надо срочно убить кого-то нехорошего, чтобы пополнить запасы. Пижонов выскочил из шатра, я устремился за ним, попутно подобрав пистолет. Вокруг дома стояли монахи в странных рясах, более напоминавших красные шелковые халаты, а не грубую материю, уместную для священника. Их было пятеро, и они пели уже надоевшую песнь: «Входи! Входи! Входи!». Я пометил каждого из них, жалея, что не могу сконцентрироваться на Владе, который разогнался до такой степени, что превратился в волну, сияющий красным обруч, опоясавший дом.
Я закончил помечать монахов, точнее монахинь, если судить по высокому нежному голосу, и на последнем издыхании ликвора пристрелил всех пятерых, спринтовав вокруг дома. Меня захлестнула честно заработанная эйфория, поддерживать скорость и невидимость сразу стало намного легче. Не желая работать мишенью для Пижонова, я отступил обратно в шатер.
  
Глава 26
 
Вернувшись в шатер, первым делом я убедился, что Пижонов не последовал за мной, а продолжает суетиться снаружи. Взяв врага под контроль, я подбежал к Соне. Как я ожидал, она плохо перенесла массивную ментальную атаку, хотя та и была направлена на меня. Ну хоть выжила, девушка сейчас сидела, прислонясь к титановому столбу. Когда я приблизился, она протянула мне руку, и я помог ей встать.
— Нечестно! Нечестно! Нечестно! Ну откуда у тебя такой мощный иммунитет? — послышался голос вампира. — Ты хоть знаешь, сколько стояло нанять этих монашек? Они весь САБ на колени поставить могли, а этому хлыщу хоть бы что.
— От хлыща слышу, — откликнулся я, пытаясь выиграть время.
Соня, включив фонарик на телефоне, нашла дробовик, тут же погасив свет. К нам вернулась темнота, а я по-прежнему маскировался.
— Ну что за детский сад! — укорил меня Влад Пижонов. — Вы же взрослый человек, прожили долгую и плодотворную жизнь где-то там. Как вас кстати звали?
— Сказать вам свое истинное имя? И ключ от квартиры?
— Вы перечитали фэнтэзи, дорогой охотник. Тот человек, кем вы были, мертв и уж точно не может ничем вам повредить. А что касается истинного имени — ну откуда ему взяться у человека без лица. Скажите, безликий мой, зачем было монашек убивать? Не знаете, что с молодыми и красивыми послушницами делать? Вы и сами теперь молодой и красивый, гормоны ничего не подсказали? А мне как-то придется оправдываться за разбазаривание ценного ресурса.
Пижонов также явно тянул время. Сейчас заговорит мне зубы и ворвется.
— Занятно, что вы думаете о себе в будущем времени. Надеетесь опять сбежать?