Пробуждение охотника (СИ)

Я кивнул, и мы направились к выходу. Перед дверью Соня задержалась на мгновение, сделав вид, что принюхивается.
— Смердите, господа! Эх, если бы милый дядюшка не ценил так свое слово…
«Алена» шагнула к Филимонову и залепила ему пощечину, от которой тот рухнул на диван. Затем мы ушли.
В машине я отдал настоящей Алене деньги Филимонова.
— Возьми, тебе этого хватит на несколько месяцев. Уезжай в Москву сегодня же. Надеюсь, тебе хватит пары часов на сборы, потому что стоило бы сесть на утренний поезд. Протрезвев, барчуки могут решиться на глупости.
Я сунул ей бумаги.
— Ты свободна, девочка.
— И не липни к аристократам, — добавила Соня, вернувшая свой привычный облик, — сама видела, сколько в них благородства.
— Проблем эти благороднейшие господа тебе не доставят, мы их крепко прижали, но если все-таки начнут пакостить, напиши на эту почту.
Я написал на клочке бумаге адрес.
— Спасибо! Спасибо! Спасибо! — затараторила Алена. — Я так вам обязана, так обязана!
— Просто так не пиши, — глаза Сони хищно сверкнули, — а то знаю я вас, свободных девушек, — она погладила меня по голове, — мое!
Мы подвезли девушку, вернулись на дачу, спустились в степной Шаолинь, пора было выпускать наше семейство из эмиграции.
— Что собираешься делать? — спросила Соня за утренним кофе.
— Надо снять квартирку в Гречине. Нарышкин мы с тобой неплохо вычистили, здесь для охотников скучно.
— Прямо сейчас поедешь?
— Прямо сейчас я спущусь в осколок и потренируюсь. Давно пора. А чуть позже мы с тобой выйдем в свет, так что озаботься красивым платьем! В шопинг, детка, в шопинг!
— А мне можно? — оживилась Ольга.
— Можно, милая, но чуть позже. У меня к тебе большая просьба, сделаешь кое-что для меня?
— Конечно! — сразу загорелась девочка.
— Не могла бы ты разыскать в соцсетях барчука Никиту Филимонова, а также по возможности его дружков Ерофеева и Костецкого?
— Раз плюнуть! — вздернула нос девочка.
— Не сомневаюсь ни секунды! — погладил я Олю по голове. — Задача простая, я хочу знать, где эти молодые люди развлекаются, а конкретнее, не собираются ли они в ресторан сегодня? И в какой.
— Мигом! — Ольга шутливо отдала честь и уткнулась в ноутбук.
— Милый, не выйдешь ли ты на минутку подышать воздухом? — ласково осведомилась Соня.
Мы уселись на скамейке в саду.
— Мне кажется, дорогой, я вычислила твой план. Поправь меня, если ошибаюсь.
Я молча кивнул. Мне не хотелось ни спорить, ни обсуждать что-то, очень уж насыщенной выдалась последняя неделя, она же первая в новой жизни. Сейчас мне было хорошо и покойно на жесткой деревянной скамейке под сиренью рядом с любимой женщиной и с кружкой кофе.
— Ты не стал убивать барчуков, хотя застал их в очень мерзкой ситуации. И не потому, что они не законная добыча для охотника, я чувствовала, как от них смердит. Я понимаю, что ты хотел позаботиться об Алене, добыть для нее свободу, избежать шумихи, которую подняло бы убийство этих мажоров. Я все правильно понимаю?
— Да, — лениво кивнул я.
— Заметь, я даже не ревную к этой кукле. Охотникам свойственно заботиться о спасенных жертвах.
— И правильно делаешь. Не к чему там ревновать.
— Идем дальше. Ты хочешь «случайно» встретиться с барчуками в ресторане и спровоцировать их… на что, милый, на дуэль? Чтобы убить их «на законных основаниях»?
— Ты мудра не по годам, о моя милая!
— Мы с тобой вместе неделю, а я до сих пор не понимаю, как к тебе обращаться? Как твое имя, базовое, «для своих»? Гена? — Соня делала паузу, изучая мою реакцию. — Нет, Геннадий Сергеевич мертв. Андрей? Ну нет, хотя ты и заигрываешь с памятью мальчика, ты точно не он. Алексей Петров? Ага, Джон Доу. Кто ты, милый, хотя бы для меня?
— Сказали же умные люди: «Человек без лица». И обращение «Милый» мне очень нравится. Из твоих уст, конечно.
— Ладно, милый, вот к чему я клоню. Законная добыча охотника — маньяки всех сортов. Психопаты, которых мы и называем хищниками. Многоходовая интрига, манипуляция, засада — это типичное поведение маньяка-интеллектуала.
 
— Думаешь, я превращаюсь в свою же добычу?
— Нет, пока нет. Но будь осторожнее, коварный охотник — сочетание странное и опасное для всех.
— Но ты со мной?
— Да, милый.
— И поможешь мне организовать засаду?
— Давно я не тусила с золотой молодежью. Куплю себе платьишко. Но сперва давай узнаем, где сегодня кутить будем. Надо подобрать наряд достойный места.
Долго ждать не пришлось, очень скоро Ольга выскочила в сад, опасно размахивая ноутом. Мы посмотрели, что за место выбрал себе и нам Филимонов.
— Место выгула золотой молодежи! Ясно, пойду, оденусь стильно-модно-молодежно, — Соня лениво поднялась со скамьи, выгнувшись с грацией пантеры, чмокнула меня в щечку, а потом и Ольгу в лоб. Девочка присела на освободившееся место.
— Как вы провели время? — спросил я. — Не заскучали вчера? Мне стыдно, что мы вас сослали и бросили!
— Что ты, дядя Андрей! Там так интересно! Я каталась на велосипеде! Нашла дерево, о котором тетя Соня рассказывала. Огромное такое! Стоит посреди степи, а вокруг ничего, только трава.
— Погоди! — изумился я. — Давай по частям. Где ты взяла велосипед?
— Я гуляла по стадиону, там столько всего интересного! И великов море, сотня, наверное, если не больше! Были еще эти машинки на больших колесах, как их там…
— Багги?
— Ага, точно! Но я его не смогла завести, наверное, бензина нет. Да и баба Степа нервничала. Но велик — тоже круто!
— Теперь о дереве! Ты долго до него ехала?
— Нет, совсем нет! Минут пятнадцать! Может, двадцать.
— А давай, вместе с тобой покатаемся! — предложил я.
— Ура!
— Если тебе, конечно, не надоел стадион.
— Вот уж нет! Самое прикольное место на свете! — закричала Оля, прыгая на месте от возбуждения!
  
Глава 25
 
Мы с Соней ехали до этого дуба на машине более сорока минут. Да, не по прямой, зато и скорость у нас была за сотню, причем, как правило, сильно больше. На велосипеде мы с Ольгой, крутя педали в свое удовольствие, добрались за пятнадцать минут. Это заставляло взглянуть на осколки иначе. С другой стороны, с чего бы осколку повторять географию нашего мира? Если я могу называть его своим. Хотя, а какой еще мир мне таковым считать? Я уже местный.
Еще одна «ожидаемая неожиданность» была связана с направлением. Дерево, равно как и злополучный пансионат «Заря», располагалось на северо-северо-запад от нашей дачи и станции Луговой. К дереву по степи от спорткомплекса мы ехали почти ровно на запад, если верить компасу, который вроде бы исправно работал, не меняя показания каждые пять минут, а также положению солнца на небосводе. На самом деле, не так уж и важно, смотрит ли стрелка компаса на север в осколке, если мы можем назначить севером сторону, куда смотрит стрелка.
Лежать под огромным дубом, глядя в безоблачное небо, рядом с приемной дочерью оказалось еще более приятно, чем рядом с любимой женщиной.
— Я тебе блейзер купила, — встретила меня Соня, когда мы вернулись. — Надеюсь, угадала с размером, хотя мы с тобой достаточно всего меряли, я уже присмотрелась. Мы идем в модное место, туда в офисной одежде нельзя.
— Нельзя, — очень серьезно подтвердила Ольга.
— Примеряй, давай!
Пиджак подошел. Оля через сайт забронировала нам столик. У нас было еще время, троица барчуков, судя по соцсетям, планировала поехать в клуб ближе к вечеру. Я попросил Соню спуститься со мной в степной осколок. Меня беспокоила фраза, брошенная брюнеткой, с которой мы схлестнулись на развалинах дома Васнецовых.
В числе прочего она упомянула, что можно замаскировать сущность инвейдея от постороннего взгляда. Я хотел научиться этому. Но сперва надо было натренировать мою партнершу визуализировать силовые линии каркаса пришельца. К счастью, это оказалось не так уж сложно. Как только Соня поняла, что такое возможно, она после нескольких попыток увидела их сияние во мне. Зрелище так ее впечатлило, что она буквально набросилась на меня с поцелуями. Стоит ли говорить, что вторую часть тренировки пришлось отложить, причем, гораздо дольше, чем на несколько минут. Возможно, это было самое романтичное наше свидание за эту неделю.