Пробуждение охотника (СИ)

Интересненько, только вот в чем загвоздка, мы-то засекли другого перца. Соня пожала плечами и продолжила допрос:
— Расскажи обо всех, Илюша.
Забавно, мы допрашивали громилу под два метра с рожей Хеллбоя, так что обращение «Илюша» шло ему чрезвычайно.
— О каких еще всех?
Пришлось повторить пару трюков с бабочкой около левого глаза Ильи, ну чтобы он лучше видел и оценил по достоинству мое мастерство. Он и оценил, выдав инфу о пяти наводчиках, одним из которых, что совсем уже интересно, был парень, продавший нам телефон. Судя по прищуру моей драгоценной Сонечки, с этим товарищем нам также предстоит долгий, обстоятельный разговор. Мы же тем временем продолжили.
— Поговорим про цыган, — предложил я.
— А что цыгане? — искренне удивился Илюша.
— У них красивый уютный домик около станции… Дорогая, напомни!
— Луговая, конечно же, мог бы уже запомнить! Домик стоит на улице Лесной.
— Спасибо, милая. Итак, туда приходят грустные люди за порцией хорошего настроения. И потом твои коллеги их встречают за воротами. И не говори мне, что ты в этом не участвовал или хотя бы не слышал.
Илья вякнул что-то, но Соня его перебила:
— Не ври дяде, Илюшенька, а то он тебя опять поцарапает!
Я кивнул, показав парню нож, а то наш мальчик походу забыл, как тот выглядит.
— Это была прелюдия, а теперь сам вопрос. И будь честным, дружок, не зли меня. Вы отжимаете дурь у этих дебилов, куда вы ее потом сбываете? Тем же цыганам, так ведь?
— Не, дяде Раду это не понравилось бы. Он это… за репутацию топит.
— Что за дядя?
— Так главный ихний!
— Пижон в кожаном плаще?
— Не, Раду в костюме ходит. Подороже, чем ваш, без обид.
И все же это было обидно, я конечно был в образе, но представил самый импозантный костюм из тех, что мы купили. Гангстерский, в полосочку.
— То есть Раду — цыганский барон?
— Ну не барон, он вовсе не из благородных, но ихний главный — точняк!
— Как он выглядит?
— Старый, толстый, с бородой.
Вообще не похож.
— Ладно, так кому продаете-то?
— Да много барышников в городе. Хотя было один раз, Гоша Сиплый рассказывал, что Янко, племянник Раду, товар выкупил. Но Раду точняк ничего не знал, а то наказал бы, не посмотрев, что племяш.
Соня отвела меня в сторонку. Илюша закопошился было, но я рявкнул, и парень угомонился.
— Ты так хочешь докопаться до цыган?
— Мне плевать на гнездо разврата, но совсем не нравится их жилец.
— Жилец?
— Пижон в кожаном плаще, который к тому же и тебя обидел.
— О мой рыцарь! Ты всегда прийдешь на помощь беззащитной деве с дробовиком!
— Ну и меня бесит, что из их вертепа сделали прекрасную ловушку для дураков, а этот их барон не чешется. Даже если он на самом деле чистенький, во что я тоже до конца не верю.
Вернулись к нашему двухметровому Илюшеньке.
— Идем дальше. Что ты знаешь о «Красных овечках»?
Честно говоря, ожидал, что Илюша, несмотря на свой страх перед моим ножиком, рассмеется нам в лицо, ну правда, смешное же название, особенно для мрачной конторы, причастной к массовым похищениям и убийствам. Эффект же напоминал сцену с портрета Клетчатого. У парня разве что пена не пошла из пасти, так он перепугался.
— Не знаю ни про каких овечек! — Илюша вопил и плевался.
— Вижу я, как ты ничего не знаешь. Колись, давай!
— Лучше уж вы меня пришьете быстро и без боли, чем Гость.
— Кто сказал, что без боли? — ласково улыбнулась Соня.
— Какой еще Гость? — уточнил я.
— Красный, конечно. В курсе про Овечек, а про него не в курсе? Что же вы за лохи? Лезете, сами не знаете куда.
— Ну так ты про него и расскажешь!
Я приставил нож к его горлу, просто, чтобы привести его в чувство, но идиот вдруг резко рванул вперед, устроив себе бесплатную, но фатальную трахеотомию.
— И что мы имеем? — спросил я, укладывая тела в багажник бандитского джипа.
— Здоровенная образина спадает в истерику, когда речь заходит о дебильных овечках, — начала загибать пальцы Соня, — сама лезет на нож, лишь не говорить о каком-то госте. Отсюда вопрос: с каким упырем мы связались?
 
— Еще не связались, — оскалился я хищно, — но непременно свяжемся. Ну, Соня, подумай сама, появился урод, который лично отвечает за тот бассейн с трупами, в котором я «родился». Да я готов еще раз сдохнуть, лишь быугандошить гада.
Мы изучили трофеи. Если то, что мы нашли по карманам бандюганов — крохи и слезы, то в багажнике нас ждала впечатляющая добыча. Мы явно оказались не первыми жертвами, а вы еще хотите, чтобы мы чувствовали вину за пять трупов? Ликвор не врет, эти ублюдки — наша законная добыча, и мир без этих недолюдей станет лучше.
В итоге банкнот хватало как минимум, чтобы окупить сегодняшний шоппинг, включая комп и пару смартфонов, которые явно стоило утопить от греха подальше. Кстати, про смартфоны и всякую бижутерию, включая дорогие на вид золотые цацки, которые лежали в отдельном пакете с эмблемой местного продуктового, которую я уже встречал на улицах Нарышкина. У бандюганов есть стиль — драгоценности на пару лимонов в пакете от Пятерочки, разве это не острое социальное высказывание о несовершенстве этого мира? Впрочем, меня понесло.
Ткнув пальцем в тот самый пакет, я спросил:
— С этим барахлом что будем делать? Нам нужны контакты в преступном мире.
— Да есть у меня контакты! — воскликнула Соня, не слишком, впрочем, уверенно.
— Не хочу бить по больному, но не твой ли контакт нам устроил вот это все?
Я обвел рукой поле боя.
— С другой стороны, это хорошо.
— Вот как, и чем же? — недоуменно уставилась на меня Соня.
— Нас подставили как лохов серебристых, и мы можем кинуть предъявить.
— Кому? — поиграла Соня в наивняк, но глаза ее радостно заблестели.
Повезло мне с подругой, люблю женщин, для которых лучшее развлечение — пострелять из дробовика.
— Начнем с твоего бесценного контакта, а дальше, как фишка ляжет.
Мы завезли покупки на дачу. А я подумал, что если у нашего любимого степного осколка есть уже два выхода в этот мир, наверняка найдутся и другие, и неплохо бы их поискать. А еще лучше научиться, как покойная сирена, открывать кроличьи норы, или, как их зовет Соня, трещины в любом месте, где они только понадобятся. Тут кстати мне в голову пришла еще одна интересная мысль касательно наших планов на вечер.
Переоделся я в тот самый «комбинезон космонавта» из шаолиньского спортзала в степи. Отличная униформа для грязных дел. И все равно поверх придется личину накладывать, ведь кровь брызжет на реальную одежду, а не на иллюзию, и надо ее как-то скрывать.
Образ я выбрал свой собственный, но в приличном костюме. Из купленных. И зачем, спрашивается, нужен настоящий гардероб, если для жизни достаточно комбез нацепить и не быть, но казаться?
Пообедали мы в не самом дешевом ресторане в русском стиле по дороге в город. Все как я люблю — стилизация под избу и всякие мелочи вроде телеги и развешенного по углам лука с чесноком или мечей с щитами. От спиртного скрепя сердце отказались — наш рабочий день еще не кончился, — но полной программе предались чревоугодию.
Поэтому к уважаемому торговцу левыми симками и ворованными телефонами мы пришли в хорошем настроении аккурат к закрытию магазина. Мне вспомнилась вторая серия Полицейской академии, в честь которой я принял образ хулигана Зеда, но не в косухе, а по-прежнему в цивильном костюме. Соня внешность менять не стала, надо же создать контекст для беседы.
Торговец был настолько любезен, что опустил жалюзи на окна, после чего за шиворот был препровожден обратно в помещение.
Я изобразил фирменную кривую ухмылку Зеда:
— Поговорим?
Поначалу наш бойкий продавец мычал что-то про недоразумение, потом, после воодушевляющей затрещины, чуть более истерично — про крышу, но тут он попал пальцем в небо, именно про нее мы и хотели побеседовать.
Я немного поиграл в своего эксцентричного персонажа, доведя клиента до ручки, а потом передал слово Соне.