Бывшие. Ты так ничего и не понял (СИ)

Берусь за ручку двери магазина и замираю. Поворачиваю голову и наблюдаю картину: милая девушка лет двадцати, не больше, сидит на подоконнике низкого окна магазина и тихо плачет. Слезы текут по щекам, она стирает их тыльной стороной ладони.
Девушка выглядит опрятно. Одета просто, но аккуратно. У нее явно что-то случилось. Она не трогает никого, не пристает к прохожим. Просто сидит на холодном подоконнике и глотает слезы.
  
Подхожу к ней, присаживаюсь на корточки рядом.
— Девушка, что с вами? — спрашиваю, но не касаюсь ее.
Не хочу заходить в ее личное пространство — вдруг ее обидел мужчина? Совершил над ней насилие? Контакт со мной может спровоцировать паническую атаку или что-то в этом роде.
Она поднимает голову и смотрит прямо мне в глаза.
Я даже теряюсь на мгновение, потому что незнакомка оказывается невероятно красивой.
Небесно-голубые глаза на фоне темно-русых волос любого мужчину привели бы в восторг. Девушка невероятно милая, нежная. Черты лица очень мягкие, губы пухлые, искусанные.
— Что случилось? — переспрашиваю чуть севшим голосом.
— Я… уснула в метро… Проснулась, а сумки… не-е-ет, — рассказывает заикаясь и размазывает по лицу слезы. — А там было все. Деньги, документы, ключи от комнаты в общаге, а самое главное — диплом! У меня защита завтра!
От сердца отлегает. Значит, никакого насилия, а воровство в метро… что ж поделать, бывает и не такое в больших городах.
— Как тебя зовут? — спрашиваю как можно мягче.
— Марина.
— А я Денис, очень приятно. Марин, слезы не помогут делу. Предлагаю поступить так: сейчас мы находим ближайшее отделение полиции и подаем заявление о краже. Дальше едем в твой вуз и сообщаем о случившемся. Насчет диплома: у тебя же сохранилась информация на носителе или компьютере? Распечатать и прошить не проблема.
По мере того как я говорю, Марина успокаивается.
— Зачем вам это? Помогать мне?
— Ни за чем, — пожимаю плечами, — просто хочу помочь. Пойдем.
В полиции мы выясняем, что сумку Марины нашли — вор сразу выкинул ее прямо в мусорку, а кто-то из ответственных прохожих принес в это отделение, ближайшее к метро. В сумке было все, кроме кошелька.
— Спасибо вам большое! — Марина искренне улыбается мне, а я зависаю.
Невольно сравниваю со своей бывшей женой.
Девушки разные совсем. Марина более смуглая, темноволосая, невысокая. Ульяна наоборот — высокая блондинка, с более острыми чертами лица.
— Как я могу отблагодарить вас? — спрашивает мягко.
— Выпьешь кофе со мной? — почему-то я не хочу отпускать ее.
Мне хочется поговорить с ней, познакомиться ближе. К девушке тянет. К ее свету и нежному взгляду, к лучезарной улыбке и искренности.
Дедлайны горят… обещанная книга так и остается на прилавке в магазине, а я веду Марину в ближайшую кофейню и расспрашиваю о жизни, потихоньку утопая в ее мягком голосе.
— Это че вообще было, Стаф?
Голос Егора вырывает меня из воспоминаний, и я отворачиваюсь от панорамного окна, которое выходит на город.
Странное место. Я таких городов и не видел никогда. Будто застывший в прошлом, но при этом имеющий настолько инновационные предприятия, мощные образовательные учреждения и развитую инфраструктуру, что происходит диссонанс в восприятии.
Я приехал сюда вчера, но уже понял, что тут все совсем не так, как «за забором». Нет толкучки, пробок, город спокойный. Народ открытый, без пафоса и высокомерия.
— Стаф! Денис!
— Чего орешь, — потираю висок. Голова начинает раскалываться.
Предполагал ли я, что встречу здесь Марину? Ведь я прекрасно знал, что в этом городе живут ее родители. Если честно, в глубине души я надеялся на это, хотя был уверен, что Марины тут нет.
Все эти годы я думал о ней. Мне было неспокойно оттого, что я не знал, как она живет. Что-то внутри дергалось, рвалось к ней. Несколько раз я даже задумывался о том, чтобы взломать ее почту или телефон. Идея тупее некуда, даже не потому, что это подсудное дело, а потому, что мы в разводе.
Наши пути разошлись, я стал для нее никем. Чужим человеком. Поэтому никакого права на вмешательство в ее жизнь не имею.
Марина может делать что хочет, быть с кем желает.
После развода я был уверен в том, что она не останется надолго одна. Не потому что легкомысленная; Марина — невероятная женщина. Добрая, нежная, искренняя, отдающая всю себя. Такую пропустить невозможно. Я не сомневался, что она уже замужем за другим и исполнила свою мечту о материнстве…
На кончиках пальцев проходит ток. Руки так и тянутся к компьютеру, чтобы открыть нужную программу, вставить флешку и взломать к чертям все, что есть у Марины. Чтобы узнать, чем живет и дышит.
Почему это кажется катастрофически правильным и нужным?
— А что сейчас, собственно, было? Вы что, знакомы с этой Мариной Городецкой?
И фамилию сменила. Задевает? Еще как. Дергает внутри струны.
— Погоди, — ахает Егор. — Марина… Марина. А не та ли это Марина, которая твоя бывшая жена?
Егор смотрит на меня округлившимися глазами, но я не отвечаю ему.
— Нифига себе… — ахает. — Вот это нас занесло. Это же она, да?
— Она, — киваю.
— Мне кажется или она не очень-то рада видеть тебя?
— Может быть, — отвечаю туманно и сажусь на стул, отталкиваюсь ногами и проезжаю по офису.
— Я помню, ты искал ее какое-то время, но вроде как поиски успехом не увенчались? — спрашивает аккуратно.
— Да. Никто из знакомых не знал, куда она делась. С работы уволилась, с подругами даже не попрощалась, соцсети забросила. Исчезла.
— Дэн, это может как-то повлиять на нашу работу? — спрашивает уже встревоженно. — На кону если не все, то многое. Мы не должны просрать этот проект.
— Я знаю, Егор. — И отвечаю вопросом на вопрос. — Кстати, где остальная команда? Тебе они отписались?
— Малыши и Сашка где-то в пути. У них возникли проблемы с пропуском: в документе была ошибка в регистрационном номере, пришлось оперативно переделывать.
Егор в моей команде недавно, но очень быстро показал себя с самой хорошей стороны. Молодой, хваткий, умный. Даже не так. Гений.
Вообще из всех названных Марина знает только Малыша, потому что он со мной уже порядка десяти лет. Можно сказать, мы с ним начинали вместе.
— Хорошо. Давай пока раскидаем горящие задачи.
Работы немерено. Но главное не ее сложность и количество, а ответственность, так как выиграть тендер было сложно.
День проходит достаточно быстро. Мы с Егором в мыле. К нам постоянно кто-то заглядывает. То приставучая Ольга, то другие айтишники, юрист, даже генеральный.
— Денис, я не могу больше, — стонет Егор. — Устал как собака. Я пойду?
На часах шесть вечера, в принципе, можно и задержаться немного, но я вижу, как Егор еле держит глаза открытыми, да и сам я начинаю уже знатно тормозить от обилия информации и задач.
— Давай, Егор, иди. Я посижу еще минут тридцать и тоже поеду.
Прощаемся. На полчаса меня не хватает, через пятнадцать минут после ухода Егора я понимаю, что мозг уже попросту не вывозит.
Забираю свой ноут и выхожу из кабинета. Хочется посмотреть, на месте ли Марина, но я понятия не имею, где ее кабинет.
Спускаюсь на лифте и выхожу на парковку. Машин тут немного, мой Майбах выделяется, как бельмо на глазу.
Чуткий слух выхватывает громкие голоса, я огибаю парковку и натыкаюсь на Марину.
Рядом с ней парень, он хватает ее за руки, та вырывает их.
— Ну перестань, Мариш. Не будь букой.
— Сергей, я тебе все сказала, — нервничает, пытается высвободиться, но этот Сергей не отпускает ее.
Странное чувство подкатывает неожиданно, как приступ тошноты, от картины, как левый урод касается моей бывшей жены.
— Какие-то проблемы? — подхожу ближе.
Марина дергается, увидев меня, нервно смотрит на типа рядом с собой. А тот свойски кладет руку ей на плечо и притягивает к себе: