Бывшие. Ты так ничего и не понял (СИ)

— Дина, пора готовиться ко сну, — Марина появляется в дверях. — Завтра рано вставать в садик.
Дочь неохотно провожает меня в коридор. Обижается, что покидаю ее, пусть и временно.
— А ты отвезешь меня завтра в сад? — спрашивает с надеждой.
Я перевожу взгляд на Марину, и та даже пугается, теряется.
Опускаюсь перед дочерью на колено:
— Дин, у меня еще нет пропуска в детский сад. Я обещаю тебе, что сделаю его в ближайшее время и буду отводить тебя.
  
Вроде как помогает, дочь смягчается.
— И да, папа, — в груди все замирает от этого слова, а Дина тем временем хитро смотрит на меня, — если ты хочешь жить с нами, тебе придется привозить подарки и маме.
— Дина! — ахает Марина, но потом берет себя в руки: — Вряд ли папа захочет жить с нами.
Ядовито? Да. Заслужил? Скорее да. Что ответить — вот в чем главный вопрос.
Поправляю Дине светлую прядь и улыбаюсь, а потом перевожу взгляд на Марину:
— В следующий раз обязательно привезу подарок и маме.
  
Глава 29
 
Марина
— Денис запустил процедуру установления отцовства, — говорю маме, которая пришла в гости.
— Он сейчас с Диной, да?
— Спросил у меня, куда можно ее отвести погулять.
Всю неделю мы с Денисом сохраняли относительный нейтралитет. Помимо личных проблем и разборок, есть работа, которую нужно делать.
Поэтому в офисе, сцепив зубы, мы общаемся вежливо и не переходим на личное, оба понимаем — стоит только это сделать, и работа пойдет коту под хвост.
Ответственность на Денисе большая. От него требуют чуть ли не ежедневный отчет о проделанной работе, все ждут, когда завод заработает в полную мощность.
Каждый день после работы он приезжает к дочери, играет с ней — немного, по часу, но даже это вызывает у Дины бурю эмоций.
— Они уехали, а ты? Тебя он звал? — мама спрашивает очень аккуратно.
Я расставляю чашки и сажусь напротив нее.
— Звал, но я отказалась.
— Почему?
— Зачем я там? Они притерлись друг к другу, мое присутствие ни к чему.
— Ты говоришь как ревнивая дамочка, — мама мягко улыбается и протягивает руку, сжимает мою. — Я понимаю, это сложно, но постарайся справиться с эмоциями. Почему бы не поехать с Денисом и Диной? Это пойдет на пользу всем. Дочь будет чувствовать себя окруженной любовью, ты поймешь, что для дочери ничего не поменялось по отношению к тебе. Да, у нее появился папа, но маму она меньше любить не стала. Плюс прогулка на свежем воздухе еще никогда никому не вредила. Денис же посмотрит на тебя под другим углом.
— Ты всегда его любила, — улыбаюсь и качаю головой.
— Я любила и буду любить тебя, — поправляет меня. — Твое счастье для меня очень важно. А Денис всегда казался мне умным, добрым, заботливым. Не может же он оставаться безэмоциональным по отношению к тебе?
— Мам, я не хочу, чтобы он стал ко мне относиться по-другому из-за дочери. Я не верю, что это может изменить его чувства ко мне, — признаюсь маме. — Денис меня не любил и не смог полюбить за пять лет, и тот факт, что я родила от него ребенка, уж точно не сможет разбудить чувства, которых никогда не было.
Мама с грустью опускает глаза. Я понимаю, ей хочется, чтобы я была счастлива, но есть ли шанс найти женское счастье с Денисом — вот главный вопрос.
— Так и что там с отцовством? — мама меняет тему. — Это было ожидаемо, Марин. Конечно, теперь он не откажется от Дины. Да и как вообще возможно от нее отказаться?
На наших лицах расцветают улыбки. В моей семье Дину обожают, она маленькая звездочка, залюбленная всеми.
— Да я и не ждала, что он откажется от дочери, мам, — пожимаю плечами. — Это не в духе Дениса. Наоборот, теперь его будет в ее жизни так много, как только возможно.
— Разве это плохо? Любящий отец.
— Нет, не плохо. Не для Дины так точно, — бездумно верчу чашку в руке. — Ему юрист пообещал, что все бюрократические дела решатся за пару недель. Вышло бы быстрее, если бы город был открытым. Тем более я не препятствую этому. А вот вопрос о том, как делить Дину, стоит остро.
— Вот поэтому я и говорю, как было бы здорово, если… — начинает она тихо.
— Нет. Однозначно нет. Не здорово, и это точно не решение всех проблем.
Мама пытается найти безболезненный выход, я пытаюсь эмоционально не развалиться на части. Ближе к вечеру Денис привозит Дину.
— А мы тебе кое-что купили! — Динка прыгает как заведенная.
— И что же это?
Денис протягивает мне букет из разнообразных цветов, все в розовой цветовой гамме. Красиво, нежно.
Раньше он дарил мне исключительно розы: белые, красные. Наверное делал он это потому что ничерта не знал, какие цветы я люблю.
Принимаю букет, киваю Денису.
— Нужно поговорить, — не оставляет мне права на отрицательный ответ.
— Проходи, — веду рукой, приглашая его в дом.
Динка убегает к себе, мы идем на кухню. Чисто машинально я ставлю чайник, в вазу наливаю воду, ставлю букет рядом с принесенными им ранее орхидеей и букетом пионов, оборачиваюсь.
Денис так и не сел за стол, остался стоять у стены.
— Чем так вкусно пахнет?
Подбородком киваю на форму, которая стоит на плите, остывая:
— Я готовила мясо по-французски.
Я вижу, как Денис сглатывает. Э-э, нет, дорогой. Я на это не поведусь. Конечно, тупое сердце так и рвется накормить, ведь жалко мужика, голодает. И да, действительно, Денис сбросил несколько килограммов, это заметно.
На жалостные голодные глаза я не куплюсь.
— О чем ты хотел поговорить? — привлекаю его внимание, и Денис переводит взгляд на меня.
— После того как будет готово новое свидетельство, я хочу сделать пропуск в сад.
Киваю. Что ж, он обещал Дине, так что я ждала этого.
Ох, слухов потом не оберешься.
— И, Марина, нам нужно понять, что делать дальше.
Мне кажется, я даже дышать перестаю. Это очень сложная и болезненная тема. Он не заберет у меня дочь. Да, по сути, я никто без связей и денег. Но дочь не отдам!
Задвинув подальше злость на ситуацию, говорю:
— Я много думала об этом. К сожалению, у меня нет правильного решения, Денис.
Стафеев кивает.
— Пока я тут, мое присутствие закрывает вопрос. Но сколько я еще пробуду здесь? Четыре месяца? Полгода-год, не больше. Потом мне нужно будет уехать обратно в город, чтобы там закончить проект. Там моя жизнь и работа.
И Ульяна.
Да, я прекрасно помню.
Накатывает такая сильная волна гнева, что аж глаза наливаются кровью.
— На что ты намекаешь?
— Я хочу, чтобы Дина жила в большом городе, — заявляет спокойно.
— Она и так живет в городе! — все-таки я срываюсь и перехожу на крик.
— Ты прекрасно поняла, о чем я. Она должна жить в городе, полном возможностей, где много кружков, секций, продвинутых детских садов и школ.
— Здесь ее дом. Здесь люди, которые ее любят. Я, бабушка, дедушка, Илья. Все ее друзья! Я не отпущу ее туда!
Вздыхает тяжело.
— Я не забираю у тебя дочь, — говорит спокойно, но это дается ему с трудом. — И да, представь себе — там, в городе, у нее тоже будут люди, которые ее полюбят. Отец, дед и дядя.
— Они даже не видели ее ни разу! Ты лишаешь Дину огромного пласта жизни! — хочется плать. — Кружки, сады, продвинутые возможности… Семья, Денис! Вот что главное! А все остальное можно восполнить репетиторами и поездками в большой город!
— Еще раз, Марина: ты можешь поехать с нами, — выдает бесяче спокойно.
— Пошел вон, — надвигаюсь на него.
— Марина, хватит. Нам нужно решить…
— Пошел. Вон!
Денис вздыхает и выходит из кухни, по дороге заглядывает к Дине, прощается с ней. На пороге дома оборачивается ко мне:
— Просто прими тот факт, что теперь не только ты будешь решать, как лучше для дочери.
Чтобы он не видел, как я плачу, захлопываю дверь перед его носом и только потом в темном коридоре опускаюсь на пол и плачу.
  
Глава 30
 
Денис