По лесным тропинкам<br />(Рассказы и сказки)
— Теперь все солнце — мое! То-то заживу!
Лето выдалось жаркое. Солнце нагревало Березу с каждым днем все сильнее и сильнее. Ее ствол не привык к жаре. Кора лопнула, и листья пожелтели.
Погрустнела Береза, пожалела:
— Уж лучше бы Ель была рядом. Она меня от солнца берегла и от стужи согревала.
— Дружбу потеряешь — все потеряешь, — прошумел мудрец Дубок.
К осени Береза засохла.
Марфуша и Варюша
Давным-давно жили две сестры — Марфуша и Варюша. Характером они были не схожие и трудились по-разному. За что ни возьмется Марфуша, все у нее легко получается: сарафан сошьет — всем на удивление, пирог испечет — вкуснее никто не едал! В доме у нее порядок и чистота.
У Варюши все наоборот: в горнице мусору полно, постель две недели не прибрана, белье не мыто, не глажено. Сидит Варюша, сложа свои белые ручки, и думает: «Нужно бы стиркой заняться, да подожду до понедельника». Подумает она пол помыть — куда там! — мусор мешает. Завалится Варюша спать — до самого обеда и проспит.
Собралась как-то Марфуша в лес по ягоды, позвала Варюшу. Та позевнула, почесала затылок и говорит:
— Пожалуй, ягоды зелены еще, я лучше посплю маленько.
Идет Марфуша одна по лесной тропинке и все останавливается, узорными листочками любуется, нежными колокольчиками, из травы выглядывающими.
Набрала она ягод полную корзину, собралась домой и вдруг слышит: за спиной скрипит что-то. Оглянулась и видит: старый, трухлявый пень — ну точь-в-точь голова старика из земли высунулась. Вместо носа — сучок торчит, под сучком дятел дырку продолбил, на рот похожую, два светляка под мохнатыми бровями из мха выглядывают, словно глаза светятся. Пень заговорил человеческим голосом:
— Смотри, Марфуша, какие кружева паук сплел. Захочешь, ты еще лучше из ниток свяжешь.
Рассматривает Марфуша паутину: красивый узор, росинками покрытый.
— Поглядел я, как ты всякие листочки разглядываешь, подумал: не всякому дано красоту в обыкновенных листьях увидеть, вот и захотелось мне показать тебе красу лесную так, как еще никто ее не видывал.
Тут приключилось чудо — Марфуша стала совсем маленькой, меньше мухи. Все листья показались ей крышами больших домов, и от них зеленоватый свет исходит. Вдруг пошел дождь. Спряталась Марфуша под лопухом. Там услышала красивый звон с переливами, словно песню кто поет. Оказывается, рядом с ней колокольчик растет, и от падающих капель цветки его звенят. Вскоре дождь перестал, Марфуша вышла из-под лопуха и видит: капли воды на листьях под солнечными лучами превратились в драгоценные камни: горят и изумрудом отливают.
Рядом с девочкой-малюткой села огромная бабочка с бархатными крыльями.
«Вот бы полетать!» — подумала Марфуша и села между крыльев. Бабочка не заметила маленькую пассажирку и понесла ее высоко над поляной. Сверху поляна Марфуше показалась большим ковром, вышитым яркими цветами. Долго летала бабочка с поляны на поляну и наконец опустилась перед тем волшебным пнем. Опять Марфуша услышала скрипучий голос:
— Сойди на землю!
Очутившись на земле, Марфуша почувствовала, что снова большая стала.
— Ой, дедушка, спасибо тебе! Я много чудес повидала, — благодарила Марфуша.
— Спасибо погоди говорить, — ответил старый пень. — Все это ты сумела рассмотреть, когда мала стала. Сумей-ка, Марфуша, малое в большом увидеть — тогда мастерство само в твои руки придет.
— А кто ты, дедушка?
— Я лесовик, Сучконосом прозываюсь. Не все мой голос услышать могут. Коль тебе это удалось, одарю я тебя большим даром рукоделия. Возьми на мне одну сосновую иголку, храни ее. Она тебе поможет мастерицей стать. — В старом пне что-то скрипнуло, и он замолчал.
Пришла Марфуша домой и захотела на деле Сучконосовы советы испытать. Села сарафан шить, такими цветами вышила, как те, которые на лесной поляне видела. С утра до ночи трудилась, и все диву давались, откуда такая красота у нее выходит!
Однажды подивилась и Варюша, как у сестры всякая работа ладно да просто делается.
Захотелось Варюше подсмотреть, откуда у Марфуши мастерство берется. Утром спряталась Варюша в сестриной горнице и наблюдает: Марфуша открыла шкатулку, где заветная иголка лежала, поглядела в нее и стала узор вышивать: по всему полотну звезды рассыпались, среди замысловатых узоров месяц золотой так и светится.
Что разглядывала сестра в шкатулке, Варюша не видела. Она выскочила из засады и стала у Марфуши допытываться, кто ее волшебному рукоделию научил? Марфуша по доброте своей рассказала, как она в лесу с Сучконосом разговаривала. Не сказала лишь, как на бабочке летала — подумала: «Все равно Варюша не поверит, да еще на смех поднимет». А Варюша опять пристает: покажи да покажи, где этот старик Сучконос живет.
Марфуша не могла отказать сестре и повела ее в лес на то место. Она издали показала тот пень, с которым разговаривала. Варюша, не разглядев никакого старика, прибежала к пню и давай хохотать, а потом и говорит:
— Если ты лесовик, то научи меня рукоделию!
Пень стоит, как стоял, и слова не вымолвит. Его глаза-светляки уже не светятся, и дырка, на рот похожая, пропала. Озлилась Варюша, закричала на сестру, подбежала к пню, как пнет его каблуком. Раскололся пень на две половины, а из него черная змея выползла и зашипела:
— Нет в тебе добра и ума не хватает. Уходи, коль сможешь, да поторапливайся!
Вдруг деревья зашумели, перед Варюшей елка рухнула. Небо потемнело, кусты стеной сомкнулись — тропки не видать. Испугалась Варюша, сестру кличет. Взялись сестры за руки, и чащоба расступилась.
Пришли они домой, Варюша на сестру обижается, говорит:
— С нечистой силой подружилась, и я с тобой знаться не хочу.
Заплакала Марфуша, жалко ей с сестрой дружбу терять. Не испугалась она темной ночи, бросилась в лес. Идет Марфуша, путь ей светлячки освещают, ночные птицы дорогу показывают. Пришла она к тому пню, а он целый стоит, глаза-светляки добрым блеском светятся, лишь большая трещина сбоку видна. Говорит ей Сучконос:
— Ой Марфуша, Марфуша! Зачем ты сестру привела? Поломала она мне старые ребра. Ну, да я сам виноват, не предупредил тебя, чтобы не говорила сестре о нашей встрече.
— Я, дедушка, еще больше перед сестрой виновата. Она теперь крепко на меня сердита.
— Какая ты, девица, доверчивая: поверила, что я — старый трухлявый пень — тебе наговорил. Видеть красоту и уметь в своем ремесле ее применять ты сама научилась, а я только немножко помог тебе в свои силы поверить. Иголка та простая сосновая дана тебе для того, чтобы ты в себя пуще верила. Вот и делай, как говорят старые мудрецы: глаза боятся, а руки делают. Кто трудиться любит, тем волшебница природа помогает. Варюша твоя ленилась и не научилась ничему, поэтому помочь твоей сестре я не в силах.
Тут глаза-светляки у Сучконоса спрятались под бровями, он будто всхлипнул и… рассыпался.
Как Ерему звери учили
В одной деревеньке жил невысокого роста мужичок, Еремушкой непутевым его звали. За многое он брался, да никакого дела до конца не доводил: начнет кадушку мастерить — такую сделает, что воды в нее не нальешь — вся в щелях; лошаденку подковать соберется, так на одну ногу подковы не найдет. В избе у него скамейка о трех ногах, из печки кирпичи вываливаются, на лестнице трех ступенек не хватает.
А Ерема заляжет с полудня и проспит до вечера.
Как-то попросила жена Ерему:
— Сплети-ка, Еремушка, корзинку, старая давно прохудилась.
Собрался хозяин корзину плести, а сесть некуда — перед домом скамейки нет. Принялся доску строгать, опять вспомнил: весло для лодки собирался сделать. Принялся мастерить весло. Про корзину так и забыл. Вроде и от дела не бегал Ерема, но и дело не делал.
