Девушка без репутации (СИ)
Но уже через минуту, проблема драгоценных металлов перестала ее волновать. Потому что девушка успела изучить свое отражение, и теперь хотела только одного. Упасть на грязный ковер и представить, что ничего не видела.
Чисто внешне, баронесса Алесия оказалась очень мила. Светло-русые волосы, симпатичное наивное личико, и неожиданно — темно-карие глаза. В комплекте шли и черные ресницы с темными бровями. Такой вот выразительный контраст, цепляющий взгляд.
И это было плохо. Даже не так.
В этом заключалась самая настоящая засада. Потому что в средневековом мире лучше быть матерой бабой, с лицом профессиональной грымзы. Чтобы даже собаки в ее сторону лаять боялись. А не нежной фиалкой, которую любой сможет растоптать.
Чем дольше Ира смотрела на себя, тем меньше себе нравилась. Хрупкая. Невесомая. Нежная. Однозначно не из тех, кто на коне через горящие избы перескакивает.
В своем мире она, конечно, была не уродиной. Даже считалась симпатичной. Но со стильной стрижкой и в правильно подобранной одежде — это не сложно. Ее не портил даже с легкой горбинкой нос (получила в свое время качелей).
А у этой девицы, нос цел. Еще и ровные здоровые зубы — вот счастье. Хотя, в местных реалиях, действительно счастье. К стоматологам и в двадцать первом веке страшно идти, а тут тем более, лучше не попадаться.
И даже такая красотка чем-то не угодила своему мужу. Ира нервно хихикнула. А потом расплакалась, и долго не могла остановиться. Стресс… Чтоб его.
* * *Когда дверь отворилась снова, Ира сидела на кровати и мрачно царапала ткань иглой. Думала она теперь о том, что близкие, должно быть, уже узнали об аварии. И от этого, на душе становилось особенно тошно.
Вошедшая служанка оказалась другой. Если у предыдущей было доброе лицо и круглые щеки, то эта, своими острыми чертами, смутно напоминала хорька. Она прошла, игнорируя хозяйку, и взглянула на поднос.
— … неужели такой большой труд, быстро поесть? Делать мне нечего, только бегать и менять остывший чай. — девица бурчала себе под нос, однако слова ее звучали вполне отчетливо. — И шторы… кто только просил трогать?
— Что? — Ира подняла голову. — Что ты сказала?
— Ничего, госпожа. Я молчу. — огрызнулась девица и скрылась за ширмой. — Фи. Хоть и благородная, а воняет.
Ира вскинула брови. Неужели раньше, вызывающее поведение слуг считалось нормой? Вроде бы нет. Может провести эксперимент и попытаться поставить нахалку на место? Заодно узнает границы своей власти.
— … пусть Агнета старается. А я выносить это не буду. — сморщив нос, девица гордо прошествовала к двери.
— Стоять! — рыкнула Ира. Хотя звук больше походил на крик. Будто новый голос не слишком подходил для приказов.
— Чего еще? — служанка развернулась, совершенно не скрывая недовольного вида. — У меня, между прочим, работы до самой головы.
— Как-то незаметно, чтобы ты работала. — Ира прищурилась. — Почему не забрала поднос?
— Заберу, когда посчитаю нужным. — девица и не думала смущаться. — А вы, госпожа, вышивали? Вот и вышивайте дальше.
— Кто позволил тебе, такое поведение? — поняв, что на громкие ноты этот голос не рассчитан, Ира перешла на шипение. — Позови сюда Ронала.
Глаза служанки забегали, и девушка поняла, что взяла верный тон.
— Ну зачем, госпожа…
— Ронал!
Мужичок появился через пару минут. Выглядел он явно запыхавшимся.
— Что такое, госпожа? Остыл травянок? Так вмиг его сейчас поменяем.
— Скажи, ты ведь тут старший над слугами? — забыв про осторожность, Ира двинулась напролом.
Мужчина почтительно поклонился.
— Да, ваша милость. И над слугами, и по хозяйству…
— Эта девица осмелилась меня оскорбить. Приказываю, всыпать ей десять плетей.
Глаза Ронала едва не вылезли из орбит. Он смотрел на Иру так, будто с ним заговорил стол.
— Д-десять плетей, госпожа? Лари, конечно, несдержана на язык… Но ведь дура-девка.
Служанка заморгала, но еще пыталась храбриться.
— Пфе! Если меня накажут, господин барон будет очень недоволен.
— С господином бароном я как-нибудь разберусь. — пообещала Ира. — А твоя поротая задница, думаешь, быстрее заживет, если супруг на меня разозлится? Ронал, пятнадцать плетей.
Мужчина потоптался на месте. Повздыхал. А затем крикнул в сторону дверей.
— Дион, Стебан!
На пороге возникли два сутулых парня в грязной одежде. У одного в волосах запуталась солома. При виде их, у служанки с лица слетела вся спесь. Ронал кивнул на провинившуюся.
— Уведите на нижний двор. Я сейчас спущусь.
Лари всхлипнула и бросилась на колени.
— Госпожа, простите меня, госпожа! Я все поняла! Я все осознала! Они же мне всю кожу посекут.
Прежде чем Ира успела отскочить, подрагивающие пальцы вцепились в грязную ночнушку.
— Я предупреждал, что болтовня когда-нибудь выйдет тебе боком. — Ронал перехватил девицу за волосы, с явным намерением отцепить ту от госпожи.
Парни на пороге не шевелились, наблюдая за зрелищем. Не часто, видимо, им перепадает такое развлечение.
— Госпожа-а-а… — девчонка натурально зарыдала. И Ира сжалилась.
Если уж совсем честно, начинать новую жизнь с избиения прислуги, ей не хотелось. Все, что требовалось — припугнуть нахалку.
— Ронал, погоди! — выдернув подол из непослушных пальцев, девушка присела. Теперь она смотрела служанке прямо в глаза. — Может ты и правда, немного не в себе? Разве здравомыслящий человек будет говорить гадости другому?
Лари, мало вникая в ее слова, закивала.
— Сейчас проверим. Я задам тебе несколько вопросов. Ответишь верно — твое счастье, отменю порку. Если нет. — она выдержала звучную паузу. — Значит, ты намеренно надо мной издеваешься, и в качестве воспитательной меры получишь пятнадцать плетей.
— Я-я… я все расскажу, госпожа… В-все, что знаю. — девица поспешно вытерла рукавом нос.
Выпрямившись, Ира сложила руки за спину. Чувствовала она себя при этом, как прокурор, ведущий допрос. Но раз уж выдался шанс, им необходимо воспользоваться.
— Кто наш король? В состоянии ли ты назвать его имя?
— Д-да, госпожа. Его величество: Теодор Робет Ладвик Сьюзер Двенадцатый.
— Очень хорошо. — имя монарха ни о чем не говорило, но показывать этого явно не стоило. — В каком королевстве мы живем?
— Телмор, госпожа. А наш дом находится в самой столице. Вирмут — один из лучших городов. — служанка начинала постепенно успокаиваться, а вот Ира подвисла.
Такого королевства она не помнила. С другой стороны, мало ли их было в средние века? Но Ронал утвердительно кивает, стало быть, девица не врет.
— А год у нас сейчас какой?
— Тридцать девятый год правления его величества короля Теодора Робета Ладвика Сьюзера Двенадцатого. — отрапортовала Лари, ни разу не запнувшись.
— Это я знаю, — нашлась Ира. — Но я хочу услышать, какой у нас на дворе год!
— Тридцать девятый год правления…
— Ваша милость, — вмешался Ронал, — Осмелюсь сказать, все верно. Тридцать девятый год правления нашего всемилостивого государя.
Девушка моргнула. Этого ей еще не хватало.
— А в каком году его величество взошел на престол?
— На шестьдесят четвертом году правления, почившего короля, его величества Гериха Атгуста Ромала Четвертого. — тут же отозвался мужчина.
— Ронал… Я хотела, чтобы ответила Лари.
— Ох. Простите, госпожа!
— Так уж и быть. Последний вопрос. Ответишь на него верно — и можешь идти. Только не попадайся мне больше на глаза. — Ира сжала пальцы с такой силой, что ногти впились в ладони. — Перечисли хотя бы три соседних королевства. Так я пойму, что ты в своем уме и не представляешь опасности.
— Я… госпожа… — Лари икнула, а губы ее опять задрожали. — Я не знаю… правда не знаю!
— Ваша милость. — Ронал умоляюще протянул руки. — Откуда дуре-служанке это знать? С севера мы граничим с Героном и Сатией. За горной западной грядой — Мембон. А на востоке много мелких государств, я даже половины не перечислю.