Девушка без репутации (СИ)

— Думаю, в некоторых вопросах я могла бы тебе помочь.
— Ты? — Михаль наморщил нос. — Не хочу обидеть, госпожа, но ты баба. А у баб только глупости на уме.
Алесия чуть изогнула бровь. Наверное, урожденная аристократка приказала бы выпороть парня на конюшне за такие слова. Но лично ей претила даже мысль о насилии. Нельзя же бить людей за их взгляды. Особенно, когда есть слова.
— Вот, значит, как? — она позволила себе легкий смешок. — Пусть я, как ты выразился, баба. Зато даже я знаю, что крышку над котлом поднимает не печной дух, а пар. Знаю, чего не хватило в твоем механизме, чтобы поднять воду без ведра. Знаю, как сложить лист бумаги, чтобы он далеко летел. Знаю, как дышать под водой.
Михаль набрал воздуха в грудь, но девушка не дала себя перебить.
— И я могла бы все это рассказать тебе.
Юноша тут же закрыл рот и уставился на нее с ожиданием.
— А ты, в ответ, пообещаешь согласовывать все изобретения со мной. И вообще, тебе ни разу не приходило в голову сделать чертеж?
— Чертеж?
— Подробный рисунок с пояснениями и деталями.
Михаль повел плечом и снова помрачнел.
— Не могу я рисовать, госпожа.
— От тебя и не требуются художественные изыски. Хватит простой схемы…
— Нет, госпожа, ты не понимаешь. Я. Не могу. Рисовать. — произнес он раздельно. — У меня сглаз на главной руке.
Алес моргнула. Некоторые местные словечки просто били по мозгам. Оставалось догадываться по контексту.
— Ты левша? — спросила она напрямую и тут же прикусила язык. Вот так и прокалываются на мелочах. Хорошо еще, что Михаль не обратил внимания на ее слова. Ну или подумал, что «левша» — это что-то из аристократического жаргона.
— Главная рука слушается меня хуже, чем вторая. — пояснил парень. — Даже ложку трудно держать…
— Значит рисуй второй, она-то должна быть в порядке?
— А на ней мне еще в детстве дед дверью пальцы перебил. — обыденным тоном произнес Михаль. — Из лучших побуждений, чтобы я начал делать все правильной рукой.
Алесию пробрала дрожь. Она всегда знала, что раньше были более жестокие нравы. Но тут даже не подберешь приличных слов.
— Какое свинство!
Парень кивнул, разделяя ее мнение.
— Поэтому, когда что-то приходит в голову, я делаю это сразу, чтобы не забыть. Правда, все одно… — он сплюнул. — Ничего толкового не получается.
— Еще получится. Просто тебе надо учиться… — Алес немного помолчала, справляясь с горечью. Просто такое время. И еще один искалеченный человек… Но девушке очень хотелось верить, что Михале дремлет гений. Быть может не уровня Леонардо да Винчи, однако в истории хватало и других светлых умов.
На поляну перед деревом вдруг упал солнечный луч. И в этот момент Алесию осенило. У нее же есть школа! А в школе несколько толковых ребят. Вполне возможно, что из кого-нибудь да получится грамотный секретарь. Правда придется подождать, пока они освоят чтение и письмо…
Ну и ладно. Времени предостаточно, а она никуда и не спешит.
* * *
Девушка еще немного посидела с Михалем, рассказала ему про винт Архимеда и агрегатные состояния воды. Надо же засеивать знаниями голову «гения». Других претендентов на эту роль у нее все равно нет.
Взяла с парня обещание, что тот обязательно научится писать. Пусть даже кривыми каракулями — ничего, если приспичит, потомки все разберут. Получила «лестное» замечание, что «для бабы она подозрительно умна».
Правда последнее почти в шутку. Михаль конечно еще ершился, но все же «колючки» немного приопустил.
Оставив паренька размышлять над тем, что узнал, Алесия заглянула в школу и озадачила Кэрин вопросом размещения книг.
Кэрин на миг задумалась, а потом осторожно предложила сложить книги у нее. И просияла, когда хозяйка дома такое разрешение дала.
— Наверное, так и правда будет лучше. — кивнула Алес. — Пожалуй, вы единственная в этом доме, кто сможет правильно позаботиться о них. Правда я немного пожадничала, и привезла около десяти штук. Надеюсь, они вас не стеснят?
— О, что вы! Разумеется нет! — эйсе Кэрин стоило большого труда удержать маску спокойствия на лице. Но сердце восторженно затрепетало.
 
Десять книг сложенных в ее комнате! Пусть они принадлежат Алесии и ее брату. Главное — их в любой момент можно брать и читать. Из монастырской библиотеки, куда сдавались все честно купленные книги, ничего уже нельзя было получить назад. И выдавали их там крайне редко и неохотно. А тут, такое богатство будет храниться буквально под рукой.
Едва Алес успела договорить с эйсой Кэрин, как вернулся Рглор. Жаловаться на Михаля он не стал, только упомянул вскользь, что некоторые «самородки-самовыродки» едва не угробили своими идеями честной народ. И сразу без перехода заговорил о делах крестьян. В деревнях, к счастью, все было хорошо.
Затем Алесию перехватила Эмми, переживавшая, что «деточка» по вечерней росе ноги мочит. И Агнета была со старой нянькой полностью солидарна:
— Совсем не бережете себя, госпожа.
Поужинав на чистом автопилоте, девушка без сил рухнула в постель. Какой все-таки контраст между скучной городской жизнью, и деятельной жизнью в деревне… И на этой мысли она провалилась в глубокий сон.
* * *
Разбудил ее шелест голосов.
— Лучше не беспокой нашу голубку, вишь как она сладко спит. Умаялась деточка. Пусть еще немного отдохнет.
— Но ведь за полдень уже перевалило… Фредика здесь. Я только спрошу у госпожи…
— Ничего-ничего, подождет крестьянская девчонка, от нее не убудет…
Слова медленно просачивались в сознание.
Крестьянская девчонка? Фредика? Платья!
Алесия рывком села на кровати и открыла глаза. В голове тут же отдалось противной тяжестью. Будто проспала не ночь, а по меньшей мере, дня два.
Эмми укоризненно взглянула на Агнету.
— Ох… понадобилось же тебе оглашенной шуметь. Разбудила ребенка…
Девица виновато потупилась.
— Так ведь день уже давно. Если госпожа будет долго спать, у нее голова заболит.
Алес громко кашлянула, прерывая спор.
— Можете не шептать, «госпожа» все равно проснулась. Более того, она собирается вставать. Агнета, подай, пожалуйста, платье. И передай Фредике, что я скоро спущусь.
Понятливо кивнув, девица умчалась. Старушка все еще топталась у двери.
— Лесюшка, цветочек мой весенний. Давай, я что ли, хоть волосы тебе приберу?
Девушка попыталась отказаться от ненужной помощи, но у Эмми задрожали губы, и Алес сдалась. Ладно. От нее не убудет, если позволит старой няньке себя расчесать.
Пока гребень скользил по волосам, Алесия успела выслушать, что Агнета — вполне милая девочка. Что солнце утром светит прямо в окно. Что если бегать по вечерней росе, то можно заболеть. А вот долго спать — очень полезно.
— Да-да, нянюшка, я поняла.
Вырвавшись, наконец, из цепких рук старушки, девушка отправилась вниз. По пути она размышляла, что Эмми обязательно нужно чем-то занять. Иначе та просто задушит ее своей заботой. Но чем?
Заметив хозяйку дома, дочь Фенела тут же вскочила с табурета.
— Госпожа! Агнета сказала, что вы только проснулись. Я слишком рано?
— Вовсе нет. — успокоила ее Алесия. — Ты как раз вовремя. И еще, извини, что не предупредила про отъезд. У меня просто из головы вылетело, что ты должна была прийти шить платья.
Фредика поспешно качнула головой.
— Что вы, госпожа! Вам ли передо мной извиняться! Я только рада услужить. Батюшка мне даже телегу выделил, а лошадь я сама у Криста забрала. Он все равно из своей кузни носа не кажет. — девица хихикнула. — Такую чудную штуку кует. Я поинтересовалась намедни — что за диковина? А он ответил: «мол, дело важное, не для бабского ума».
Алес только хмыкнула. Вот оно — мужское самомнение во всей красе. Надо бы самой наведаться к кузнецу на днях. Но сперва — платья.
Они поднялись с Фредикой наверх, и крестьянка ахнула, увидев ткань, из которой придется шить.