Не родные (СИ)
— Готова? — невозмутимо спрашивает он.
— Угу.
Протягиваю тюбик с мазью. За ним только спина.
Я выдержу. Справлюсь.
Кирилл садится на табуретку, словно послушную куклу разворачивает меня к себе. Я стою и не дышу при этом. Кожа покрывается мелкими мурашками, когда ощущаю, как он наносит кончиками пальцев холодный гель чуть выше поясницы. Вздрагиваю при этом.
— Болит?
— Нет, просто щекотно.
— Терпи.
Кажется, будто эта пытка длится вечность! Тёплые руки Кирилла втирают мазь в кожу, чтобы быстрее зажило ребро. Чистая механика, ничего личного. Но, чёрт возьми, я не понимаю, что со мной… Низ живота ощутимо покалывает, а в голове фрагментами проносятся откровенные картинки, как Кирилл снимает с меня бельё и гладит ниже. Боже мой, боже… Скорее бы это закончилось, прошу!
Едва Самсонов закручивает крышечку мази, уношусь к себе в комнату и закрываюсь на замок. Лицо горит от стыда, потому что я на сто процентов уверена в том, что он видел и чувствовал мои мурашки!
С трудом успокоившись, ложусь на кровать и пытаюсь уснуть. В голову лезут всякие глупости, отвлекаюсь как могу. Чуть позже меня озаряет! Я ведь даже не поблагодарила Кирилла за то, что он сделал, только ворчала весь вечер, а он старался и искреннее переживал…
Выйдя в коридор, смело направляюсь в сторону его спальни. Замираю у двери, когда слышу строгий командный голос:
— София и Екатерина, да… Можешь не стеснять себя в методах, Дёмин. Пожёстче, они заслужили…
Я открываю дверь и прохожу в комнату, ступая босыми ногами. Кирилл стоит у окна. Заметив меня, осекается и удивлённо смотрит, чуть склонив голову набок.
— Я позже перезвоню, Влад. До связи.
Он опускает телефон на подоконник, суёт руки в карманы штанов.
Я делаю робкие шаги ему навстречу. Не знаю, чего добиваюсь этим, просто действую на каких-то неведомых мне инстинктах. Я жертва, а он — мой защитник. Сильный, смелый и неравнодушный.
— Забыла поблагодарить тебя. Знаешь, я иногда бываю вредной…
— Почему иногда? — усмехается Кирилл.
Остановившись напротив, я кладу руки ему на плечи и встаю на носочки. Самсонов гораздо выше, приходится приложить усилия. Потому что хочется. Очень-очень сильно. Плевать, что он подумает…
Закрываю глаза, тянусь к Кириллу и едва ощутимо касаюсь губами его твёрдых и тёплых губ. Меня словно током бьёт от новых чувств и эмоций. Голова кружится от мужского запаха и близости, а сердце ударяется о рёбра и начинает громко-громко стучать. Пожалуйста… Пожалуйста, пусть не отталкивает.
Но Кирилл напрягается всем телом и даже не делает попыток ответить. Отстраняется и качает головой, а у меня внутри будто обрывается всё…
— Это лишнее, — произносит он низким голосом. — Достаточно просто сказать спасибо, Вита.
Как ни в чём не бывало стоит и смотрит на меня. Я не выдерживаю такого позора. Разворачиваюсь и несусь на выход.
— Так бы сразу и сказал, что тебе противно, — сообщаю, дёргая за ручку и облизывая израненные губы.
— Дурочка… — говорит Кирилл напоследок.
«Кретин», — думаю я, прежде чем с грохотом захлопнуть дверь.
Глава 18
«Маш, сегодня меня не будет на занятиях», — печатаю сообщение подруге и жму «отправить», после чего закрываю глаза и вновь пытаюсь уснуть.
Вчера мы поздно вернулись, примерно в два часа ночи. Я совсем не выспалась. Кажется, будто не ложилась вовсе.
Укутавшись в тёплое одеяло, начинаю погружаться в сон, как вдруг слышу вибрацию телефона. На дисплее светится номер Машки. Мне совсем не хочется разговаривать о вчерашнем, но после первого вызова следует второй. Приходится ответить.
— Да, Маш. Что-то срочное?
— Здорóво, прогульщица!
— Я не прогульщица, у меня обстоятельства.
— Расскажешь?
— Не сейчас, ладно? — Кривлюсь от нахлынувших воспоминаний.
— Договорились. Но ты послушай, что я тебе расскажу. У нас тако-о-ое ночью случилось!
Я недовольно качаю головой и продолжаю слушать подругу с закрытыми глазами. Опять поведает, как прошла очередная шумная гулянка в общаге? Кто-то подрался? Приставал к ней? Предлагал переспать? В другой раз я с огромным интересом глотала бы каждое её слово, но не сейчас, когда ужасно хочется спать.
— Короче, я разогрела в микроволновке голубцы, ушла в комнату и долго сидела за ноутом. Такой классный сериал нашла, но не суть… Все наши давно спали, когда я вдруг услышала громкие голоса и крики. Было жутко страшно, но и интересно тоже было. Разбудила наших девчонок, чтобы проверить, не одной ли мне мерещится. Вышла на этаж, а там ведут Соньку и Катю. В сопровождении целой гвардии! Повязали их, как опасных преступниц. Зрелище, я тебе скажу, жуткое…
Я резко вскакиваю с кровати и начинаю нервно ходить туда-сюда по комнате. Сон как рукой снимает! Это что получается? Девушек захватили по приказу Кирилла? Ох, мамочки…
— Поговаривают, что деканат уже начал готовить документы на отчисление. Якобы задним числом, чтобы не позорили честь универа.
— Ого…
— Я тоже в шоке, Вит. Что случилось, никто понятия не имеет! Но девчонки тиранили весь наш этаж и вели себя отвратительно, поэтому их совершенно не жалко. Да и тебе счастье. Можешь сколько угодно общаться со своим Назаром, теперь никто и пальцем не тронет, — тараторит Маша. — Постой… А как ты вчера в кино-то сходила? Тебя сегодня нет, Болотова тоже.
Я не знаю, что ответить подруге. Боюсь, что слухи мигом разлетятся по всему университету.
— У нас не получилось сходить в кино, — отвечаю уклончиво. — Назар не пришёл.
— Вот паршивец! Надеюсь, у него найдётся достойное оправдание своему поступку.
Я прощаюсь с подругой и подхожу к окну. Смотрю на ясное, без единой тучи небо. О вчерашней непогоде напоминают только лужи во дворе дома.
Внезапно замечаю Кирилла, он возвращается с пробежки. Как обычно, с голым торсом — футболка висит на правом плече. Сердце начинает колотиться чаще, я впиваюсь глазами в его фигуру. Жадно рассматриваю плечи, руки, грудь и живот с тёмной дорожкой волос, ускользающей под резинку спортивных трико.
Кирилл снился мне сегодня. Это было ожидаемо, после того как я полезла к нему целоваться. Правда, в моём сне он вёл себя куда менее сдержанно, чем вчера ночью: не только отвечал на поцелуй, но и был инициатором. Его крепкие руки активно исследовали моё тело, а ласки кружили голову. Боже, да что со мной такое? Самсонов старый и вовсе не мой типаж!
Кирилл останавливается у дома и вскидывает взгляд прямо на мои окна. Настолько неожиданно, что я не успеваю отпрыгнуть и спрятаться. Он застаёт меня врасплох. Глаза тёмные-тёмные, брови нахмурены, а челюсти крепко сжаты. Кирилл мокрый после пробежки и часто дышит. Даже через окно я чувствую его мощную энергетику, от которой подкашиваются ноги. Остаётся сильнее вцепиться пальцами в подоконник.
И как мне вести себя дальше? Не конкретно сейчас, а потом, позже. За ужином, завтра, через неделю и в последующие месяцы? Сделать вид, что всему виной шоковое состояние и стресс? Самсонов так вовремя разрулил мои проблемы и защитил, что сердце любой девушки на моём месте непременно бы дрогнуло.
Я отхожу от окна и бреду в душ. Сняв пижаму, смотрю на себя в зеркало с содроганием. Утром всё выглядит куда хуже, чем вчера. Лицо припухло, на губах следы запёкшейся крови, а тело сплошь покрыто синяками. Ещё бы… Кому захочется целовать такую «красавицу»? На месте Кирилла я бы тоже не стала. Но всё же надеюсь, что дело не только в этом.
Приняв душ, я возвращаюсь в комнату и слышу шум мотора. Кирилл в чистой рабочей одежде, свежий и наверняка вкусно пахнущий, открывает ворота и выезжает за территорию дома. Откуда у него только силы берутся? Максимум, на что я способна сегодня — позавтракать и вновь завалиться спать. До самого вечера.
Меня будит очередная мелодия будильника. Перевожу его в третий раз. Ещё пять минуточек. И ещё. И так, кажется, до бесконечности.
Беру в руки телефон, как вдруг замечаю на дисплее входящее сообщение. От Кирилла! Сердце ухает и проваливается в пятки.