Сказки Тридесятого царства: Лягушка и Колобок (СИ)

— Да, нам потребовалось время, — случайно или намеренно, Виренея качнула блюдце так, что Кристиан попал в общий с ней кадр. — Обстоятельства таковы, что яблоко нам нужно безотлагательно. Ваш садовник Петер может доставить его в столицу Тридесятого царства к завтрашнему дню?  К н и г о е д . н е т 
— Конечно, может. Так как эта яблоня родом с другого конца планеты, сейчас она как раз активно плодит. — Виконтесса замолкла, будто не закончила мысль. — Виренея, можно поговорить наедине?
— У меня нет секретов от Кристиана.
— Эмма, если ты о кумуляции, сращённой с регрессом, я уже в курсе, — присоединился к разговору Кристиан.
— Да, ваши высочества… Мне так жаль, — вздохнула Эмма. — В последнее время с Континента приходит много печальных вестей.
— Правда? — искренне улыбнулся Кристиан. — А по мне так новость о прибавлении в нашем семействе очень хорошая.
— Ты и это слышал? — Виренея покосилась на колобка.
— Конечно, — ответила Эмма, — всё зависит от отношения… Я это к чему: яблоко вам Петер сорвёт самое свежее и доставит его по холоду, и всё равно вы не продлите срок его годности дольше недели.
— Даже с магической заморозкой?
— Яблоко можно заморозить, оно будет вполне съедобным, просто потеряются его магические свойства. А с учётом того, что Кристиан всё ещё — не человек, и день его превращения в человека вам не известен…
— Эмма, пусть Петер выезжает с яблоком сегодня же, — настояла Виренея.
— Виренея, Эмма права, я только очнулся после долгого сна, и… — всполошился Кристиан.
— Всё получится. Верь мне, — твёрдо проговорила царевна. — Эмма, если вернёшься в королевство в течение недели, приезжай к нам в Тридесятое. Мы всё ещё празднуем Старый новый год. Будет весело.
— Старый Новый год? И правда, как я могла забыть? — хохотнула виконтесса.
— Да, наше царство переняло обычаи всего Континента, но привычка праздновать Новый год по старому календарю до сих пор осталась.
— Хорошо. Я обязательно приеду.
— И Эллу с собой возьми. До встречи.
— Обязательно. До встречи! — Эмма снова широко улыбнулась и помахала рукой.
Связь прервалась.
— Виренея, что ты задумала? Подозрительно сощурился Кристиан.
— Увидишь, — Виренея погладила его по щеке.
Семь дней спустя. Старый Новый 3025 год
Виренея
— Свадьбы не будет!! — орали из комнаты жениха.
Виренея как раз подходила к комнате, где Кристиана наряжали к свадьбе. Шла она туда, положа руку на сердце, в препоганом настроении — прошло семь дней, как Кристиан пришёл в себя, и за это время он ни разу, ни на минуту, ни даже на секундочку так и не сменил ипостась.
И хотя братец подшучивал, мол, жених экономный — ни ест, ни пьёт, большую часть времени спит, значит лаяться они не будут — Виренею эти шутки совсем не веселили.
Меж тем всё было готово к варке зелья и свадьбе: зуб и перо растёрты в порошок, яблоко пюрировано. Иванов целитель Ерофей уже подготовил основу, а также жаровню и маленький котелок с парой кубков. Всё это разместили на укрытой от холода террасе, выходящей в заснеженный сад, там же накрыли длинный свадебный стол и установили увитую белыми цветами свадебную арку.
— Не будет свадьбы! Я так сказал!!! — пискнул из последних сил Кристиан.
Что-то грохотнуло. Из комнаты выбежал холоп, раскрасневшийся, как свекла:
— Что там? Опять вредничает? — заговорщицки поинтересовалась Виренея.
— Ага, ваше высочество. Не хочет мантию надевать, короной бросается. Оно хоть и не метко кидает, а всё одно, — парень развёл руками.
— Ладно, я сама разберусь, — Виренея отважно шагнула в комнату и двери плотно прикрыла. — Кристиан, ты как?
— Виренея?.. Выглядишь потрясающе, — колобок расширил глаза и рот раскрыл.
В череде свадебных приготовлений Виренея нашла время и упросила матушкиных портних перешить прапрабабкин свадебный сарафан. Теперь он больше напоминал платье по моде Тридевятого царства — стал приталенным и приобрёл спереди высокий разрез.
— Кристиан, что на тебя нашло?
— Ничего, — колобок подобрал челюсть и сделал решительный вид. — Виренея, свадьбы не будет. Её не может быть! Где это видано? Куда жрец смотрит? А гости? Я… я… — Кристиан аж голос сорвал. — Не позволю тебе… выйти за пончика!
 
— Мы уже говорили об этом. Ты обещал не капризничать.
— Какие уж тут капризы! Это в голове не укладывается! А не возмущался я раньше, потому что надеялся. Н-не знаю, на что. А ещё не хотел портить тебе настроение. Но теперь-то уж ясно, как день, надежды нет, — принц понурился. — Видимо, то обморожение что-то во мне сломало… Только не думай, я ни о чём не жалею. Я виноват, но всё исправил. Сегодня Ерофей сварит зелье, выпей его сама.
— Конечно, выпью, милый. И тебя напою, — Виренея резво схватила Кристиана с тумбочки и понесла из комнаты.
— Ты куда?!
— К свадебной арке, — невеста прибавила шаг. — Гости уже заждались. Все голодные. Не хорошо опаздывать на собственную свадьбу.
— Виренея остановись! Не делай ошибку!! Не выходи за меня из жалости!!!
— Я не из жалости. Ты весёлый.
— Если надеешься на мою скорую кончину, это тоже зря. Я просто превращусь в сухарь!
— Вот и славно. Я помещу тебя в хорошо проветриваемый террариум, поставлю на окошко и буду опрыскивать отварами от плесени, а летом мы будем гулять.
— Виренея! Это не игрушки! Это брак! Законный брак, леший его за ногу, между двумя магами! Из правящих родов!! Ты хоть понимаешь, что это значит?!
— Ага, на генеалогическом древе вашей семьи, наконец, появится первое не пафосное фото.
— Какой уж там пафос, — фыркнул колобок.
«Ну хоть орать перестал».
— Так и вижу: красавица и пончик в золотой виньетке, — продолжило ворчать мучное изделие, но Виренея не слушала.
У самого входа на террасу она остановилась и поднесла бывшего принца Тридевятого к лицу:
— Кристиан, я тебя люблю, — она коснулась носом маленького лба своего печёного жениха.
Поцелуи им всё ещё были недоступны — Виренея пробовала, при малейшем касании губами даже к колобку она превращалась в лягушку.
— И я тебя люблю, — ответил Кристиан. — Потому и прошу… умоляю: не надо!
— Сегодня волшебная ночь. Верь в чудо. Верь в меня, как я верю в тебя. Верь в то, что у нас всё получится… — Виренея улыбнулась и решительно открыла дверь на террасу, где у арки уже стояли гости и жрец.
  
Глава 24. Свадьба, которая всё-таки состоялась
 
Кристиан
Это было глупо. Глупо. Неоправданно. И подло в конце концов. С его стороны подло.
«Хватит с меня… поиграл в гостя Тридесятого, пора и честь знать».
У самой арки Кристиана поставили на вершину белой полуколонны, которая на нормальных свадьбах обычно играет роль подставки для колец. Жрец тут же начал речь. Говорил что-то о важности брака — священного союза двух душ и сердец.
Все прониклись. И гости, и Виренея.
Этого Кристиан и ждал. Как только царевна потеряла бдительность, он покатился в сторону и свалился на пол со стуком.
«Не знал, что от меня может быть столько грохота,» — колобок со всей мочи покатился к выходу.
Не тут-то было — Виренея оказалась проворней. Не прошло и пары мгновений, как его подхватила её нежная, но твёрдая рука.
Она прижала его к груди и прошептала жрецу извиняющимся тоном:
— Жених нервничает. Говорят, это нормально.
— Жених против? — насторожился жрец.
— Да! — честно выкрикнул колобок, которому закрыли рот.
— Нет!!! — перекричала его Виренея, причём так, что стёкла задрожали.
«Хитрая. Знала, что я отвечу, и что голос у меня тонкий и слабый. У-у-у-у!» — Кристиан готов был волосы на себе рвать.
Только волос у него не было. И выбора — тоже.
Жрец же продолжил церемонию. И теперь Кристиану, и правда, оставалось лишь верить.
«Верить…» — эта установка показалась ему знакомой.
Он вспомнил вдруг один древнейший трактат, найденный им давным-давно, в те времена, когда его образованием ещё занимались гувернёры.