Серебряная река (СИ)

Этот ребёнок действительно талантлив. То, что я делал вкривь и вкось, Чжан Син выполнял естественно и без видимых усилий. 
Как я буду учить его, если мои навыки намного хуже? 
Наверное, я смотрел слишком пристально. Чжан Син начал отвлекаться и поглядывать на меня. В конце концов он споткнулся и едва удержал равновесие. 
Мне стало немного легче. Спасибо, маленький злодей, что ты не достиг совершенства. Это даёт мне надежду.
— Этот ученик будет стараться лучше.
Я бы поверил в невозмутимость Чжан Сина, если бы не видел, как сильно он стиснул меч. Я хотел похвалить маленького злодея, но промолчал. Совесть кольнула сердце. 
Весь прошлый вечер я готовился к уроку, а ночь посвятил медитации. Поспав всего пару часов, я чувствовал себя бодрым. В новом теле мне не нужно спать долго.
Потянувшись, я вздохнул и поднялся. Новый день начинался, пора приступать к занятиям. День экзамена всё ближе и ближе. 
— Учитель Вэй, — ученики уселись за низкие парты, но Цай Тай остался стоять. — Может этот ученик задать вопрос? Прошу прощения учителя. 
Голос Цай Тая такой же мягкий и округлый, как пухлое личико. В круглых глазах — боязливое любопытство. 
— Спрашивай. Глупая тыква. 
— Учитель Вэй, слуги шептались, что кто-то умер вчера! Учитель Вэй, это правда? 
— Ты тратишь моё время, чтобы посплетничать, вместо того чтобы заботиться об учёбе. Этот учитель разочарован, — в глазах Цай Тая блеснул испуг, остальные ученики опустили головы. — После ужина будешь повторять «Сутру Белого лотоса», пока не охрипнешь.
— Слушаюсь, учитель. 
Я прошёлся взад-вперёд перед учениками, и всё же решил ответить.
— Вчера погиб один из младших слуг, Лю Янь. Он упал со скалы и разбился. Старейшина Ци Цзинцзин сказала, он умер мгновенно. Господин Ван Цзяньчжу, первый помощник Хранителя покоя Ордена, разбирается, была ли это случайность, или чей-то злой умысел, или желание самого Лю Яня. Пока мы не знаем, что именно произошло. 
Я оглядел взволнованных учеников:
— Если кто-то из вас умрёт так постыдно, свалившись с горы, как кусок тухлого мяса… Я найду вас даже в царстве мёртвых и буду хлестать кнутом до конца времён. Это понятно?
— Да, учитель.
Я и правда переживал за них. 
— Что ж, начнём. «Путь сбережения жизни», о котором говорил уважаемый Чжуан-цзы. Чжан Син, расскажи нам о нём.
— «Совершенный человек пропитание своё находит в Земле, а радость получает от Неба. Он не будет беспокоиться вместе с другими о выгоде или убытках, не будет вместе с другими удивляться, не будет вместе с другими строить планы, не будет вместе с другими вершить дела. Он уходит, не прилагая усилий. Он приходит, не теряя безмятежности. Вот что такое путь сбережения жизни[1]».
Маленький злодей свободно цитировал даосские притчи. Только теперь я задумался, почему Мастер Фу, Старейшина Звёздного пика, отдал Чжан Сина в ученики Вэй Шуи. Этот ребёнок талантлив, разве не должен он получать самое лучшее, как И Фухуа? 
Старейшина Фу плохо относился к Вэй Шуи, этому были причины. Почему он плохо относился к Чжан Сину?
Куда вообще исчез Старейшина Фу? 
Я потёр виски, вспоминая. Кажется, он ушёл далеко на север, на реки и озёра, чтобы медитировать в одиночестве и постичь истинную природу вещей. Но когда он вернётся? Я не помнил этого точно.
Весь день я провёл с учениками. Я ждал подвоха и не хотел покидать Летний дворец. 
Был ли Вэй Шуи целью атаки неизвестных врагов? События складывались слишком гладко. 
Ночью в моих покоях появилась «Потаённая сутра», а утром пришёл целый отряд, чтобы её найти. Почему в мой дворец? Не потому ли, что кто-то знал, что сокровище в руках Вэй Шуи, и направил Хранителя Мао прямо ко мне? 
Кто играл против Вэй Шуи? Кто-то глупый и слабый, но изворотливый. 
Слуга пришёл ночью, это довольно глупо. Днём слуги невидимы, а моё внимание занимают дела или ученики. 
Сильный не стал бы возиться со свитком. Если бы от меня хотел избавиться глава Ордена Ян или один из Старейшин — меня бы уже вышвырнули вон. Вежливо, не умаляя достоинства семьи Вэй.
 
Это мысль немного меня успокоила. По крайней мере, я не стою один против тайной организации гениальных шпионов. И не оттоптался по сильным мира сего. 
И всё же нужно быть осторожней. 
День тянулся так медленно; закончив занятия, я не сдержал улыбки. Ученики направились в комнаты, чтобы отдохнуть перед ужином. Я заметил, как Цай Тай залез в холщовый мешочек и сунул в рот полоску вяленого мяса. 
— Ученик Цай! — от моего оклика Цай Тай едва не подпрыгнул.
— Уфифель Фэй! — Цай Тай попытался прожевать кусок как можно быстрее.
— Не торопись, прожуй спокойно, — ласково сказал я. — Ты ешь так много, это хорошо. Значит, у тебя много сил. — Челюсти Цай Тая заработали быстрее, круглые глаза выдавали отчаяние. Я улыбнулся: — У врат Свежего ветра растут незабудки. Принеси мне несколько цветков, они очень красивые. С твоей силой, ты быстро справишься с этим. 
— Слушаюсь, учитель Вэй!
Цай Тай побежал, переваливаясь, как медвежонок. 
Интересно, как выглядят незабудки?
Глава 23
Цай Тай вернулся, когда звёзды рассыпались по небосводу. Я уже собирался отправить кого-то, чтобы его поискать. Мы встретились в галерее, ведущей в мои покои. 
— Учитель Вэй! Учитель Вэй, этот ученик бесполезный! — увидев меня, Цай Тай осел на колени.
Его лицо было красным, пот стекал по вискам. Ученический халат оказался измазан зелёным. Прядь волос приклеилась к щеке. Цай Тай дышал так тяжело, что я с трудом разбирал, что он лопочет.
Глупая тыква. Кажется, он встал на колени, чтобы отдохнуть.
Цай Тай протянул мне охапку нежных пионов. 
— Учитель Вэй! Я искал незабудки весь вечер, но у врат Свежего ветра нет никаких цветов! Там только трава и камни! Даже стражи помогали мне в поисках, учитель Вэй, прошу вас, простите, и возьмите эти цветы! Они ещё краше незабудок!
Что за чушь льётся из его рта?
— Если у орденских врат не растут цветы, где ты взял эти пионы?
— Я… Этот ученик одолжил их в саду. 
— В нашем саду?!
— Нет, нет, этот ученик не посмеет! В саду на пике Золота и киновари. Там много цветов, никто не заметит пропажи. 
— Ты стащил цветы у алхимиков? — я схватился за голову. 
Ши Хуньшэнь, Старейшина пика Золота и киновари, сварливый и едкий старик. В книге он не был злым, только очень дотошным. Во всём, в том числе и в обидах. 
Если Ши Хуньшэнь узнает, чей ученик обобрал его клумбы, мне придётся слушать его поучения до вознесения на небеса. Но и тогда он будет грозить мне с горы, взывая к поколениям предков. 
Рука сама потянулась влепить глупой тыкве увесистый подзатыльник. Я едва сдержался и застонал. 
— Зачем ты украл цветы? 
— Разве я мог вернуться и ничего не принести учителю? 
У меня опустились руки. 
— Ладно, — я забрал букет у Цай Тая. — Я понял. Мы только вчера повторяли правила Ордена. Напомни, как наказывают за воровство? 
Цай Тай задрожал.
— Пятьдесят ударов бамбуковой палкой, учитель. Это самое меньшее.
— Если Старейшина Ши придёт наказать тебя — я с радостью отдам тебя ему. И буду смотреть, как тебя бьют. И пить фруктовый чай из Тайшана. А теперь иди. Ты ещё должен прочесть «Сутру Белого лотоса». 
Цай Тай поднялся с колен и понуро поплёлся к выходу.
— Подожди, — окликнул я, — тётушка Бо сохранила твой ужин. Не забудь поесть перед сном.
— Слушаюсь, уважаемый Наставник! — в мгновение голос Цая Тая стал счастливым, а спина выпрямилась.
Уважаемый Наставник? На что ещё ты готов за миску еды? 
[Поведение не соответствует поведению реципиента. Тип несоответствия: незначительное. Баллов снято: 10. Текущее количество баллов: 70].
Надо отправить Старейшине Ши подарок в знак уважения. Может быть, чай, укрепляющий здоровье, или редких трав для алхимии?