Drama Queens, или Переполох на школьном балу (СИ)

– Ита-а-ак… Кэт, – протянул Хит, котором удалось забить со штрафной линии, хотя Пенни
была почти уверена, что он просто удачно поскользнулся.
– Действие! – ответила она.
– Поцелуй, – улыбнулся он. – Для того, кто тебе больше всех здесь нравится.
Вот только Кэт подошла к Пенни и, закинув руку ей на плечо, громко чмокнула в щеку.
Парни даже не успели начать свистеть.
– Однозначно это Пенни, – улыбнулась Кэт.
– Нечестно! – выкрикнул кто‑то из парней.
– Честно! – хором ответили девчонки. А пока все препирались, мяч перехватила Мэй.
– Эй, Уилсон…
– Правда, – не дожидаясь вопроса, рявкнул Люк.
– Опиши одним словом свой первый поцелуй.
– Незабываемый, – не задумываясь, ответил он, выбил мяч из рук у Мэй и в три ловких движения, подпрыгнув к самой корзине, забил гол.
Пенни испуганно огляделась по сторонам. Она почти не двигалась и не пыталась перехватить мяч, больше всего опасаясь задать кому‑нибудь вопрос и тем более услышать ответ. Остальные же просто веселились. Малознакомые раньше парни начали общаться между собой. Девчонки стали командой. А поздняя репетиция обернулась не катастрофой, а развлечением. Но только не для нее.
– Отстаем на три очка, парни, – крикнул Люк. – Итак… Тейлор. Правда или действие?
Правда? Тогда ответь, сколько у тебя пар обуви.
– Делайте ваши ставки, – громко выкрикнул Гарри. – Моя – полсотни.
– Дюжина? – пожал плечами Хит.
– Воздержусь, – покачал головой Дэн.
– У нас с мамой коллекция туфель! Счет идет на тысячи, – фыркнула Тейлор, и все на нее уставились, совершенно не ожидая услышать такое огромное число.
– Ты в норме?
Рядом с Пенни будто из‑под земли вырос Люк, пока остальные снова включались в игру. Тейлор попыталась забросить мяч, запрыгнув на спину Дэну, но у нее предсказуемо ничего не вышло, а Эмбер и Гарри, кажется, начали ссориться, отойдя в сторону и жестикулируя в сторону Хитклиффа.
– Д-да я просто не понимаю, что мне делать, – пробормотала Пенни.
– А ты попробуй, тебе понравится.
– Да хватит стоять столбом! – грозно крикнула Мэй, наблюдая за тем, как Сью бросает мяч, но он даже не долетает до корзины.
– Я не могу, я неловкая, неуклюжая и…
– Ура! Я попала! – засмеялась Сью, не оставлявшая попытки.
Кажется, на нее уже даже никто не пытался напасть, лишь бы девчонка хоть раз забила. Правда, мяч тут же подобрал Гарри, забросив в кольцо.
– А какие парни тебе нравятся, Кэт? – задал он вопрос, так как она предпочла правду.
– Блондины, – ответила Кэтрин, глядя прямо в глаза Хитклиффу. – Голубоглазые, коротко стриженные блондины. Серьезные и молчаливые.
И пока между ними продолжался бессловесны диалог взглядов, Эмбер ловко увела мяч и забросила в корзину на противоположной стороне поля.
– Хитклифф, правда или действие? – разрывая эту связь, улыбнулась она.
– Действие, – не поворачиваясь, ответил парень.
– Так нечестно. Ты никогда не выбираешь правду, – взвыла Эмбер.
– Это потому, что он патологический врун, – ответила Кэт, недобро глядя не то на Хитклиффа, не то на Новак.
Та, кажется, теряла интерес к Гарри стремительнее, чем он успевал это осознать. Ее новая жертва стояла посреди зала без майки и с усталой усмешкой на губах. «Странно, что это не Дэн, – подумала Пенни. – Ведь раньше Эмбер засматривалась лишь на то, что принадлежит Тейлор».
Новак уже несколько раз атаковала Хита игривыми предложениями, но каждый раз он предпочитал штраф, в итоге уже избавился от майки и носков, и, казалось, еще один отказ от ответа – и снимать будет нечего. Эмбер задумалась, прикусив губу.
– Может, хватит его раздевать? – не выдержала Кэтрин. – У тебя есть свой парень!
Все вопросительно обернулись. Лицо Кэт пошло красными пятнами.
– Я не в том смысле, – неуклюже пояснила она. – Просто невозможно на все это смотреть.
Устроили тут… Пусть выбирает правду!
– Ладно, – прищурилась Эмбер. – В таком случае, Хитклифф, что между тобой и Кэт?
– А что, до сих пор не ясно? – улыбнулся он.
Все притихли.
– Это не ответ.
– Все просто, – пожав плечами, мягко произнес он, глядя на Кэтрин. – Между нами сто шестьдесят часов исправительных работ.
  
Она улыбнулась в ответ. Мэй крикнула, что пора продолжать игру, потому что счет семь семь, а уйти отсюда они должны с победой, иначе никак, и Тейлор перехватила мяч. Кажется, только теперь она вошла во вкус по‑настоящему.
– Гарри, изменял когда‑нибудь своей девушке? – ослепительно улыбаясь, спросила Тейлор после фееричного броска, который удостоился поклона от Большого Волка Уилсона.
Гарри, необдуманно выбравший правду, закашлялся и промямлил что‑то неразборчивое.
– Погро-омче, Га-арри. – Тейлор легко обошла вокруг него, ловко ведя мяч по полу. – Хотя, впрочем, пусть это останется тайной. Или нет?
Тейлор явно что‑то задумала, показалось Пенни, и они с Кэт переглянулись. Джонсон двинулась на противоположную сторону поля, к кольцу своей же команды, и одним точным броском закинула мяч девчонкам.
– Что ты творишь? – завопила Мэй.
– Эй, Эмбер, правда или действие?
– Ч-что? – замялась Эмбер. – Мы же в одно команде…
– Нам гол. Забила я. Выбираю тебя, а ты, если не струсишь, выбери‑ка правду. Эмбер, встречалась ли ты когда‑нибудь с парнем подруги?
– Нет, – легко солгала она. – Потому что мы с тобой не подруги. Кста-ати, а они у тебя есть?
Тейлор ничуть не растерялась, так и стояла с совершенно победным видом, гордо вздернув подбородок. К ногам Пенни подкатился ником не нужный мяч, и она, наклонившись, взяла его в руки. Она стояла как раз в центральном круге и не была уверена, что с такой позиции кто‑то бросает мячи, да и попасть отсюда было невозможно. Но начиналась ссора, а вот этого Пенни совсем не хотелось.
Прежде чем развернуться к кольцу соперников, она встретилась взглядом с Люком. Он едва заметно кивнул, будто желая удачи. Пенни набрала воздуха в грудь и со всей силы швырнула мяч снизу вверх, совсем не так, как учил Люк. Кто‑то стоящий рядом присвистнул.
– Да ла-а-адно, – протянула Мэй.
Мяч ударился в щит, угодил в кольцо, завис на секунду и свалился в корзину.
Раздался дружный визг, кричали даже парни, а Люк, разбежавшись, кинулся к Пенни и подхватил ее на руки.
– Да ты баскетболистка, Пенни-пони? – рассмеялся он.
– Пони? – усмехнулся кто‑то. – Отличное прозвище.
– Правда или действие, Большой Волк? – спросила Пенни у Люка. Он.
– Ну правда, – пожал плечами он.
– Тогда скажи, что у тебя за татуировка.
Он поставил Пенни на пол, и она лишилась своего теплого укрытия. После великолепного мяча, который кто‑то уже собирался засчитать сразу за три, ее немного потряхивало.
– Она… посвящена девушке… которую я люблю.
Раздался дружный женский вдох, даже Кэтрин, кажется, умилилась. Только Тейлор выглядела не особо впечатленной, скорее задумчивой. Они с Люком переглянулись, и он нахмурился. Пенни кивнула, надеясь, что никто не заметит, как в глазах у нее сверкнули слезы. Игра больше не казалась веселой. Эмбер сверлила Тейлор злобным взглядом.
Тейлор смотрела в пол. Мэй уселась на лавку, заявив, что это не игра, а позорище.
– Зато у меня есть моя команда, – вкрадчиво произнесла Джонсон, делая к Новак шаг. – А у тебя только подержанный парень, – процедила она, прежде чем Эмбер развернулась и ушла, даже не поманив Гарри за собой.
Кажется, бросок Пенни никого не успокоил, а совсем наоборот, дал передышку, чтобы набраться
сил для очередной волны недовольства. Она посмотрела на Тейлор, умоляя ее взглядом не срываться, но та уже не собиралась успокаиваться.
– Что такое, Пенни? Жалко меня? У тебя у самой‑то много подруг?
Пенни пыталась что‑то сказать, но понимала, что жестокие слова Эмбер сделали свое дело и уже ничего не поможет. Тейлор подняла мяч и легко забросила его в корзину.
– Эй, Пенни, почему шесть лет назад ты поцеловала парня, который нравился мне? – Голос у Тейлор дрожал, а Пенни, как ни пыталась, не смогла проглотить ком в горле, чтобы ответить. – Молчание – знак того, что кто‑то дерьмово умеет дружить…