Drama Queens, или Переполох на школьном балу (СИ)

«Ведь тебе всегда нужно самое лучшее… Родители могут заплатить…» Да, могут. А еще у нее отличные баллы, и пусть в отличие от Кэт она не организовывала бал, но тащит на себе команду чирлидеров. Этот выпускной год оказался для каждой из них сложным испытанием и проверкой на прочность. Иногда Тейлор даже задумывалась:
стоит ли диплом Принстона всех этих усилий, или ей, как Райану, нужно поступить в Нью-Йоркский университет и позволить себе немного свободы?
Она села в машину. Истерика не прекращалась.
Слезы продолжали течь по щекам. Казалось, они неиссякаемы. Нервные всхлипы срывались с губ. Нос был заложен, и Тейлор вынуждена была дышать ртом. Какая глупость так расстраиваться из‑за ничего не значащего разговора, отчитывала она себя.
Но этот разговор был последней каплей. Джонсон всю жизнь пыталась быть идеальной, и вот к чем это привело. К предательству парня, ссоре в туалете и бесконечному унижению. За что все они так набросились на нее? Она попыталась успокоиться, но ничего не получилось. Все сливалось перед глазами. Включив печку, Тейлор попробовала сделать несколько глубоких вдохов, но это не сработало. Такой истерики с ней с детства не случалось. Тело сотрясала дрожь, заложенный нос отказывался дышать, а вдохи были краткими. Руки согревались от теплого воздуха печки, но слезы продолжали течь. Тейлор понимала, что в такой снегопад и с затуманенным зрением она не сможет добраться до дома.
– Черт! – пробормотала она и достала телефон из сумки.
С того вечера, как Дэн поцеловал ее, она избегала его. Назовите ее трусихой, но она старалась не оставаться с ним наедине в одной комнате. Хотя каким‑то образом Лоренс был единственным, ком ей не стыдно было показаться в таком виде. Тейлор не дала себе времени на размышления. Она позвонила ему, и он ответил после первого же гудка:
– Да. – В голосе чувствовалось волнение.
– Заберешь меня из школы?
Прозвучало это хрипло и гнусаво, но Лоренс не задал ни одного вопроса. Он просто сказал:
– Буду через десять минут.
И он действительно приехал через десять минут на джипе Райана, припарковал его рядом с автомобилем Тейлор и мгновенно выпрыгнул из машины.
Его лицо было забрызгано краской. Нежно-голубой и синей… Волосы взъерошены. Куртка распахнута, а шарф небрежно болтался на шее. Лоренс аккуратно постучал костяшкой указательного пальца по ее окну, и на его лице отразились волнение и злость при виде того, в каком состоянии находилась Тейлор. Он резко распахнул дверь. Тейлор с трудом переползла на соседнее сиденье.
– Что случилось? – шепотом поинтересовался Лоренс, но его голос вибрировал от злости и негодования. – Кто тебя обидел?
Тейлор несколько раз моргнула. Силуэт Лоренса расплывался перед глазами, но истерика каким‑то
магическим образом прекратилась. Одиночество, в объятия которого она погрузилась несколько мгновений назад, наконец начало отступать. Джонсон и представить себе не могла, что появление Дэна так сильно повлияет на нее.
– Тейлор, – потребовал Лоренс ответов на свои вопросы.
Но ей не хотелось рассказывать – не сейчас, когда наконец слезы начали утихать.
– Ты считаешь меня избалованной? – все же сорвалось с губ.
Ей тут же захотелось взять слова назад, однако то, как переменился взгляд Дэна, расплавило что‑то у нее внутри. Лоренс качнул головой и ласково положил ладонь ей на щеку.
– Я считаю тебя потрясающей, – твердо произнес он.
* * *
Пенни прижала сумку к груди и бросилась по лестнице на второй этаж, чтобы спрятаться в другом туалете и привести себя в порядок. Нечего привлекать к себе внимание, его и так предостаточно.
Вот уже пару дней ее всюду преследовали сплетни, и они, увы, не сообщали ничего хорошего. Люк Уилсон бросил Пенни Браун.
На бал она пойдет с неудачником Стивом, который за все годы учебы прославился только тем, что заплакал на алгебре во втором классе, потом
что разволновался и не смог ответить у доски. До самой старшей школы он был плакса Стив, потом голос у него сломался, и в хор с радостью приняли глубокий бархатный баритон. Плаксу Стива забыли. Не может же плакать парень с баритоном!
  
Но крутым он так и не стал. В его жизнь ворвались очки, он перестал коротко стричь кудри и, по мнению половины девчонок, стал фриком, а по мнению второй половины – тайным крашем.
Если бы не маленький рост, была уверена Пенни, он бы вовсю пользовался и своими роскошными кудрями, и баритоном, и даже очками. Стив не выглядел неудачником. Но он не был Люком Уилсоном в глазах общества. И вот уже который день все утверждали, что Стив и Пенни – самая жалкая пара Деполе. Брошенная Большим Волком дурочка и плакса с алгебры.
– Что такое, Пенни Браун? Оплакиваешь потерю кавалера? – хихикнула какая‑то девчонка, выходящая из кабинки, но Пенни не могла понять кто: она как раз терла глаза, избавляясь от водостойко туши.
– Или это от счастья, что приобрела нового? – хихикнул кто‑то другой, дверь хлопнула, и Пенни осталась одна. – Я бы тоже рыда-а-а-ла, ах-ах…
Тушь без мицеллярной воды или пенки для умывания не желала смываться с ресниц и щек. Прибегать к дешевому мылу из дозатора не хотелось. От него несло антисептиком и даже руки становились
сухими, как бумага, о лице и говорить нечего. Пенни и так половину подросткового возраста вела со своей кожей битву за ровный тон и отсутствие прыщей.
– Эй, надо? – Сью Смит стояла совсем рядом с флаконом мицеллярной воды и ватным диском в руках. Пенни пропустила момент, когда она вошла в туалет, и в первую секунду отшатнулась, уверенная, что осталась тут одна. – Ты же Пенни, да?
Подруга Люка?
– Да. Мы соседи.
Пенни приняла помощь и стала стирать тушь со щек и век.
– Спасибо.
Накрасилась в первый и последний раз. Соперница выглядела почти очаровательно. Кудряшки, макияж, наряд – все такое кукольно-милое, даже злиться на нее не получалось.
– Слушай, я хотела сказать… – Сью перевела дух будто от волнения. – Я не хотела, чтобы Люк бросил…
– Он меня не бросал. Я сама отказалась стоять с ним в паре.
– О! – Сью распахнула глаза так широко, будто даже представить себе не могла, что кто‑то вроде Пенни Браун мог бы отказаться от танца с Люком.
– Ну, знаешь, мы же с ним друзья, как брат и сестра. Пойти вместе на бал… Это было не романтическим порывом. Мы просто друг друга поддержали. Когда я увидела вас рядом, поняла, что вы
отлично подходите друг другу по росту. При всем уважении… я и Люк?
Пенни рассмеялась, очень надеясь, что это не прозвучало жалко, но Сью, к счастью, была наивна настолько, что и сама захохотала, не слыша тихих всхлипываний собеседницы.
– И я вспомнила про Стива. Он не намного выше меня, с ним удобно танцевать по сравнению с великаном Люком. Это был просто кошмар. Эльф и по‑пол-полурослик. – Она закашлялась.
Все знали, что Пенни заикается от волнения, это был отличный детектор лжи.
– Ой, да, мы отлично подошли друг другу…
физически.
Лицо у Пенни тут же загорелось, но не от смущения. Сердце слишком больно стукнуло о грудную клетку и, кажется, отправило в сторону головы многовато крови, та даже закружилась.
– Я так рада, что все дело в росте. И что вы друзья. Так здорово… всегда мечтала о брате, а уж о таком, как Люк… Блин, ты такая милая! Спасибо! Я ужасно переживала. Знаешь, Люк мне правда нравится… Я бы очень хотела с ним встречаться, но если бы у вас что‑то было… нет, я не такая.
Самое противное, что Пенни верила в то, что Сью не такая. И злиться на нее не могла, но в то же время злилась неосознанно.
– Ох, я в предвкушении! – продолжала щебетать Сью. – В эти выходные поеду за платьем, и теперь, когда у меня есть цель, это еще
интереснее. – Она захлопала в ладоши. – А ты?
Уже выбрала?
– Нет, мы с мам… – Она снова закашлялась.
Должно быть, не стоит говорить новой девушке парня, что поедешь за платьем с его мамой. – Мы с мамой поедем на выходных.