Карфаген 2020. Апгрейд (СИ)

— Гонки со смертью только начинаются, — говорю я.
Дэн с Максом переглядываются. Дэн делает обманное движение, будто падает на руки, я отвлекаюсь на него, и в этот момент Макс выхватывает нож и бросает в меня. Разворачиваюсь, инстинктивно закрывая собой Элиссу. Девушка вскрикивает.
Лезвие чиркает по кевларовой пластине на груди, мой палец нажимает на спусковой крючок, и пуля пробивает грудь Макса. Моего первого ученика. Ученика, который пытался меня убить.
Дэн падает мордой в пол и не шевелится — боится за свою шкуру.
Выглядываю в окно, на улицу, где туда-сюда носятся черноротые.
— Надо уходить, — говорю Элиссе, срываю с запястья браслет с маячком и выбрасываю за окно. — Спрячь лицо.
Скажу, что не заметил, как потерял. Теперь нам надо отсюда выбраться…
Вдалеке бахает крупнокалиберный пулемет: военные выполняют команду валить всех без разбора.
[1] Имеется в виду тактика жаворонка, который, притворяясь раненым, уводит хищника от гнезда.
  
Глава 18
 
Не от мира сего
 
Напуганные трикстерами черноротые еще не сообразили, что их гонят на убой, и несутся прямо на бронемашины военных. Скоро люди сообразят, в чем дело, и повернут обратно. У нас есть минут пять форы и, обняв Элиссу за талию, чтоб ее не увлекла толпа, мы движемся навстречу людскому потоку.
Черноротые напоминают напуганных огнем зверей: мечутся, вопят, во взглядах полыхает паника. Элисса мужественно работает локтями, то и дело с ее головы слетает капюшон серого худи, и она возвращает его на место, пряча подбородок в воротник. Очень надеюсь, что паникующим людям не до нас, и никто ее не узнает.
— При первой возможности уходим под землю, — говорю девушке на ухо, она кивает.
Огибаем полуразрушенное здание, выбранное полицейскими целью зачистки, вижу вдалеке наш догорающий флаер, во дворе достаточно дымно, и я надеюсь, что сослуживцы меня не узнают.
Несемся по тротуару, игнорируя вопросы «Что случилось» и «А не знаете, куда это все» — сворачиваем в парк, где пока все спокойно, — тот самый, где я встретил двух парней, пытавшихся меня отбить у грабителя — и вижу на единственной целой стене разваленного здания рисунок поверх пестрого граффити… Я бы не назвал этого человека похожим на меня — больше благородства на лице, волосы светлее — но неизвестный художник сумел передать сходство, и я себя узнаю. «Заратустра вернулся! Конец эпохи зла!» — написано внизу черной краской.
Элисса замирает, глядя на рисунок, на меня, и вдруг обнимает крепко-крепко.
— Я не ошиблась в том, что выбрала именно тебя, — говорит она непривычно взрослым, хорошо поставленным голосом. — Ты самый достойных из всех, кого я встречала.
От ее перевоплощения делается не по себе, замечаю вдалеке люк, ведущий под землю, беру ее за руку и веду за собой. Не угроза смерти, не моя судьба не заботят меня, единственное, что сейчас важно — наши пальцы соприкасаются, и мир наполняется теплом, становится целым.
Под землей по пути к логову Рэя молчим, то и дело ловлю на себе испуганный взгляд Элиссы — она так боится, что я ее брошу, что предпочитает не нарушать голосом иллюзию безопасности. Теперь это снова напуганная беспомощная девочка.
— Я не могу забрать тебя с собой, — говорю ей. — Я живу на виду, и на втором уровне. Сейчас спрячу тебя у своего друга, ты его видела. Он тебя не тронет, не переживай. Потом попрошу знакомых со второго уровня присмотреть за тобой.
— Со второго? — В ее голосе слышится радость, если не торжество. — Значит, мы еще увидимся?
Вздыхаю.
— К сожалению, я не принадлежу себе и не имею права делать то, что хочется. Не знаю.
— А ты читал мои письма?
— Да.
В темноте подземелья все черно-белое, но не просто вижу — чувствую, как она краснеет от смущения, оно передается, и новое ощущение мне в диковинку. Интересная вещь — эмпатия.
Рэя в логове не оказывается. Опять где-то шастает, наверное, у девчонки, которую я помог ему склеить, и это плохо. Потому что мне нужно как можно скорее вернуться, иначе меня запишут в покойники или того хуже, начнут искать. Не исключено, что обнаружить человека можно и через чип. Если за час гемод не появится, придется оставлять ему послание и сюрприз в виде Элиссы.
 
Девушка откидывает капюшон, приглаживает растрепанные волосы. Только сейчас замечаю кровоподтек у нее на скуле, вспоминаю, как ее волочил Дэн, и жалею, что не втащил ему как следует.
— Кто из моих знакомых пытался тебя продать? Только Макс и Дэн?
Она обхватывает себя руками, кивает.
— Дэн сначала лез ко мне со своей страстью, это даже Гитель заметила. Я ему отказала, и он стал обрабатывать Гитель, говорить, что правильнее меня продать. Она на это не пошла, сказала, что ты запретил. Дэн пытался ее убедить, что ты ушел из стаи, и тебе на них плевать.
Элисса садится в кресло Рэя, подтягивает колени к груди.
— Как-то слишком много непреодолимого. Весь мир против меня, я смертник, у меня даже собственной зубной щетки нет, и я не могу ее купить… Зато есть ты, спасаешь уже во второй раз, хотя я не нужна тебе так, как нужна им всем. Я знаю, что не справлюсь и долго не проживу. — В последних ее словах сквозит не отчаяние, а скорее смирение. — Вообще непонятно, почему я такая получилась…
— Какая?
— Не от мира сего. Забитая. Неприспособленная. — Она разводит руками.
Хочется ободрить, поддержать ее, и я говорю:
— А я думаю, что это хорошо. Ты чистый, светлый человек, такие, как ты, делают мир лучше. И я не позволю, чтобы с тобой случилось что-то плохое.
Она вскакивает и снова обнимает меня. Не знаю как, но слышу ее мысли, точнее единственную мысль: «Не оставляй меня!» Все, что хочу — быть с ней, раствориться в ней. Я знаю, что стоит сделать несколько движений, и меня ждет счастье. Почему-то вспоминаются слова Шахара, чтобы я слушал свое сердце.
Поднимаю ее голову за подбородок, наклоняюсь. Она закрывает глаза, подается навстречу. Едва наши губы соприкасаются, происходит нечто невообразимое.
Даже в детских фантазиях, когда еще не знал женщины, я не думал, что возможно… Такое. Меня захлестывает… Страсть? Кажется, что меня больше нет, ее больше нет. Мир перестает существовать. Ее неумелые поцелуи — как капли воды для умирающего от жажды.
Мне недостаточно просто раздеть и взять ее, мне нужно от нее гораздо больше…
А потом все обрывается. Элисса прижимается ко мне, и сквозь одежду я чувствую, как бешено колотится ее сердце. Перед глазами проступают очертания предметов, силуэт появившегося Рэя. Во мне клокочет гнев, хочется убить его, чтоб не мешал.
—…нагрянут сюда! — доносится его возмущенный голос. — Ты совсем дебил?
Он крутит пальцем у виска. Чтобы вынырнуть из сладкого тумана, требуются титанические усилия воли.
— Нужно ее спрятать, — хриплю я.
— Опять? Что в этот раз? — ворчит он.
— Долго рассказывать. Пусть она сутки побудет у тебя, а потом я подыщу ей более подходящее убежище.
— И это правильно! Только давай встретимся не здесь, а? Ты чипирован, я не знаю, как работает чип, есть ли там следящее устройство. Давай лучше в условленном месте в условленное время, чтоб логово не светить?
Элисса наконец отстраняется, садится в кресло, подтянув колени к животу и уткнувшись в них.
— Кстати, о деле трансплантологов. Контору «Бонус-Эс» крышует полковник Вайоддан, так что на твоем уровне бороться — дохлый номер. — Он переводит взгляд на Элиссу. — Ладно, пусть остается. Так где и когда встречаемся?
Называю координаты Лики, время — девятнадцать ровно. Элисса вскакивает, подходит ко мне. Говорю:
— Не переживай, все будет хорошо.
Она вкладывает свой смысл в мое «хорошо»:
— Мы ведь увидимся?
— Обязательно. Иначе не может быть.
Глажу ее по голове, целовать не рискую даже в щеку — меня пугает собственная реакция, я теряю адекватность, как девственник перед проституткой, и такое состояние мне отвратительно.