На краю света (СИ)

Фигуры приблизились ближе, оторвали от пола Ионова, а тот мужчина, что говорил до этого, пнул Олесю в бок, отчего девушка сдавленно застонала.
Вася дёрнулся вперёд с огромным желанием дать обидчику заслуженную сдачу, однако его быстро вернули на место.
Дверь закрылась, Вася и неизвестными исчезли, а Олеся осталась одна. Собрав последние силы в кулак, она стала быстро дёргать руками, стараясь окончательно избавиться о верёвки. На это ушло немного времени, но запястьям становилось всё свободнее, и Олеся, наконец, смогла окончательно освободиться.
Подскочив на ноги, девушка размяла затёкшие руки и ноги, потом шею и спину и прошлась по маленькой комнатушке, пытаясь найти хоть что-то, что поможет выбраться на волю. Олеся уже прикинула, что вполне сможет протиснуться в окошко, оно только с пола казалось таким крошечным.
В одном из углов нашлось поломанное кресло без сиденья. Олеся приставила его к стене, забралась наверх и, намотав на кулаки рукава чёрной кофты, выдавила стекло. Уманова осторожно ухватилась за раму, где не осталось осколков стекла, подтянулась и выбралась наружу. Окно находилось почти у самой земли, поэтому Леся просто выползла на траву, поднялась на ноги и осмотрелась.
Сейчас она находилась в саду, где росли аккуратные молодые деревья, а вдали кто-то расхаживал взад-вперёд, разговаривая по телефону. План созрел мгновенно. Сейчас нужно было срочно вызывать подмогу, потому что одна она Кота ни за что не вызволит.
Дождавшись, когда неизвестный мужчина окажется к ней спиной, Олеся, стараясь не обращать внимания на ноющую боль в ноге, кинулась к нему. Мужчина ахнул, поворачиваясь к ней, а Леся сразу же ударила его в челюсть, затем в живот, отчего тот согнулся, а потом последовал удар локтем, лишающий на некоторое время сознания.
– Гриша? Гриша?! Гриша! – послышался из трубки взволнованный женский голос.
Олеся решительно подхватила телефон, сбросила вызов и кинулась к забору. Она ловко перебралась на сторону улицы и, на ходу набирая по памяти мобильный номер Багиры, направилась прочь от дома Хана.
– Алло, – раздался сонный голос Маргариты Степановны.
– Это Ума, – быстро протараторила Олеся, а потом коротко и ясно доложила ситуацию.
– Всё понятно, – Кошкина больше не спала. – Выбрасывай телефон и уходи оттуда. Сейчас будут люди. Что там в центре?
– Мотель, – уверенно ответила Олеся.
– Жди там, – Багира отключилась.
Олеся посмотрела, нет ли за ней слежки, бросила трубку под ноги и почти бегом кинулась в центр города. Почти сорок беспокойных минут ожидания сводили девушку с ума. Она то садилась на скамейку, то поднималась и расхаживала туда-сюда, заламывая руки.
Что там с Васей – была единственная мысль в её голове. Не раз Олеся хотела сорваться и кинуться назад, спасать Василия, но одёргивала себя, понимая, что глупостей они уже совершили достаточно, и такой поступок только усугубит ситуацию.
На стоянке рядом с Васиной машиной остановилась невзрачная газель, и с переднего сиденья вышел мужчина. Он уверенно подошёл к девушке, которая мигом похолодела и приготовилась дать отпор.
– Генерал-майор Каримов, – мужчина не собирался наносить удар, он просто продемонстрировал девушке удостоверение. – Вы – Олеся Уманова?
Леся кивнула, пытаясь прочитать удостоверение в свете одинокого фонаря.
– Я руководитель Краснодарского отделения контртеррористического центра.
Уманова снова кивнула. Они сели в газель, водитель дал по газам, и направил машину в сторону нужной улицы. К тому времени, когда они добрались, в доме Хана уже шла операция, направленная на освобождение капитан-лейтенанта Ионова, а также на обыск.
Сразу за газелью подъехала машина «скорой», и Каримов приказал Олесе идти на осмотр. Девушка отрешённо выполняла все указания врача, а её мысли были сосредоточены только на Ионове. Что с ним? Почему так долго никто не выходит?
– Всё хорошо, – молодой парень в медицинской форме накинул на плечи Олеси плед, заметив, что её плечи трясутся, а женщина дала стаканчик с горячим сладким чаем.
 
– Спасибо, – прошептала Олеся, делая маленький глоток, а возле открытой боковой двери появился Вася.
На его лице возникло несколько новых ссадин, но в целом молодой человек выглядел вполне здоровым и целым. Он молча сел возле Олеси, крепко обнял её и несколько раз поцеловал в висок.
Вот теперь всё было в порядке.
***
Утром следующего дня Вася с Олесей неспешно шли в сторону отдела полиции. Вечером их доставили домой, и молодые люди почти сразу провалились в сон, едва коснувшись своих подушек.
Генерал-майор Каримов лично пригласил обоих на встречу, чтобы рассказать, о том, что удалось узнать вчера во время обыска.
Олеся первая вошла в отдел и направилась к уже знакомому кабинету. Архипенко беседовал с Игорем Алексеевичем Каримовым, активно жестикулируя и иногда махая бумагами из разложенных на столе папок.
Чуть поодаль сидел начальник отдела. Вася сейчас не мог вспомнить, как его зовут, но этот усатый, поседевший мужчина точно был в начальниках ещё и в Васиной юности. Сейчас он был бледным, чуть ли не сливался с цветом своих редких волос. Верхние пуговицы его форменной рубашки были расстегнуты, и мужчина тёр смятым платком морщинистый лоб.
– Здравствуйте! – приветливо поприветствовал Каримов молодых людей и махнул рукой, давая разрешение войти.
– Доброе утро! – хором отозвались они, затем с улыбками переглянулись и заняли свободные места.
Игорь Алексеевич сделал знак мужчине, который сидел рядом с начальником отдела, и те покинули кабинет, затем он отпустил на время и Евгения Архипенко.
– Ну, что? Как вы себя чествуете? – Каримов налил в стакан воды из бутылки и сделал несколько глотков.
– Нормально, – ответил Вася. – Вы узнали, что за дрянь нам вкололи? – он машинально потёр шею, словно ища пальцами место укола.
– Препарат доставили в нашу лабораторию, но я подозреваю, что это новая разработка, которая парализует тело. Мы слышали о ней, но пока не встречали. Поставляется в Абхазию.
– То есть Хан – поставщик? – вскинул брови Василий.
– Хан – транзит. Сам он пока молчит, но говорит Воронцова, она была у него вроде менеджера. Мы взяли ещё несколько человек вчера ночью, думаю, они тоже что-то рассказали.
– А девушки? – спросила Олеся, глядя на мужчину с сочувствием. Под его глазами были круги, несколько глазных сосудов лопнули, а на лице читалась усталость.
– А девушки и были теми, кем этот препарат перевозили. Вернее, в ком.
– О, Боже… – только прошёптала Леся.
– Одному покупателю он продавал девушку, другому – капсулы. Мы сделали запрос по Краснодарскому краю, думаю, пропавших гораздо больше.
– И что с ними теперь будет? – покачала головой Олеся.
– Наше посольство в Абхазии уже занято этим вопросом. К… – мужчина запнулся на секунду, подбирая нужное слово, – скажем, к счастью, Ханенко не просто продавал живой товар, он делал это по накладным!
Олеся ахнула, а Вася сквозь зубы выругался.
– Все эти документы мы уже нашли в сейфе, поэтому в ближайшее время девушки вернутся домой. А одну ещё не успели переправить, мы нашли её в подвале. Там, кстати, целая тюрьма.
– Нас там держали, – Василий скрестил руки на груди. – С ней всё в порядке?
– В относительном. Сейчас она в больнице, но жизни ничего не угрожает. Её накололи этой дрянью, думаю, это был своеобразный эксперимент.
– А как девочек доставляли в Абхазию? – задала новый вопрос Уманова.
– В фурах, – сразу же ответил Каримов. – ИП Ханенко занимался перевозками на ближнее зарубежье. Фура загружалась зерном, горохом, бобовыми, где-то в конце лежало тело. Именно тело, потому что их до такой степени накачивали этой дрянью, что часов десять ни одна не открывала глаз, а затем ещё несколько часов тратилось на выход из этого дурмана. Через таможню такой товар шёл только в определённые дни, когда была «прикормленная» смена. Фуру не проверяли, она проходила контроль и доставляла товар покупателю препарата. А он, получив нужное, передавал девушку заказчику. Ну, а Ханенко получал на свои офшоры плату. Вот такой вот бизнес.