Метка клана (СИ)

Артур посмотрел на неё искоса.
— А ты ожидала признаний в любви?
— А что произошло полчаса назад? — вскинулась Мира все так же шепотом. — Ты лгал? А мне, на самом деле уготована участь такой вот свиноматки?!
Артур помолчал.
— Если я начну доказывать тебе сейчас, что все не так, ты это не воспримешь.
— Да ну?
— У нас нет табу на взаимоотношения с людьми. Просто это не совсем обычно. — Он указал на переплетенные тела. — Ты должна взглянуть на это под другим углом. Там, внизу — пары, у которых очень давно закончились попытки зачать ребенка. Эти девушки — их шанс получить полноценную семью. Можно сколько угодно спорить о моральном аспекте происходящего, но факт останется фактом. Мы присутствуем, по сути, на проявлении благотворительности.
  
Мира потупилась, и снова взглянула на банкетки. Если там супружеские пары, то понятно, почему самки целуют и ласкают своих мужей, пока те трахают посторонних женщин. Для них это трагедия. По сути, сейчас они стараются, абстрагируясь от того, что член её мужчины ходит взад-вперед в чужой вагине, давать ему максимально эмоциональную связь, ту самую путеводную нить, которая отличает просто секс от занятий любовью.
Мира поняла, что её отвращение проходит, сменяясь едва ли не сочувствием к ним. Неосознанно она взяла Артура за руку и почувствовала, как он сжал её пальцы. Одновременно с этим она почувствовала страшное смущение, словно оказалась в спальне незнакомой супружеской пары без приглашения. К тому же в одном из мужчин она узнала Германа, и ей стало совсем неловко.
Он был без самки, и его секс с полногрудой официанткой был деликатен, но лишен какого-либо чувства. Было видно, что для юноши это неприятная обязанность.
Мира кивком указала на него Артуру.
— Младший принц должен поддерживать реноме семьи?
— Да, — нехотя ответил тот. — В его возрасте уже положено иметь хотя бы одного ребенка. Но мой брат слишком сентиментален. Посев для него — сплошное мучение, каторга. Он хочет делать это только с любимой самкой. К сожалению, таковой пока нет на горизонте.
— Мне кажется, это выгодно отличает его от остальных.
— Это предательство своего Рода.
Мира возмущенно вскинулась, но Артур не дал ей ничего сказать.
— Ты мыслишь человеческими категориями, — пояснил он мягко, — забываешь, что для нас это вопрос выживания вида.
Девушка задумчиво посмотрела на равномерно двигающиеся ягодицы Германа, который поставил свою партнершу на четвереньки, и закусила губу. Артут прав. Она не варилась в этом на протяжении своей жизни, и не может пока мыслить их категориями и приоритетами. Она заметила, что подумала «пока», и смутилась.
Время от времени Мира ловила на себе взгляды, бросаемые на их пару. Это было не удивительно, но смущало. Но чуткий Артур взял откуда-то черную кружевную полумаску и протянул ей.
— Надень, будет проще.
Мира приложила полумаску к глазам, и Артур завязал у неё на затылке черные шелковые ленты. Она никогда не понимала, почему скрытое наполовину лицо дает такое чувство защищенности, но ей сразу полегчало.
Артур провел её вниз по лестнице на площадку, с которой он обращался к гостям. На ней сейчас стояла такая же круглая софа, но обитая красной кожей. На ней полулежали две женщины, которых Мира уже видела раньше: молоденькая шатенка, очень похожая на Артура и выглядящая ненамного старше неё брюнетка. При приближении пары обе одновременно повернули головы.
Рыженькая мило улыбнулась Мире и слегка подмигнула. Брюнетка смотрела холодно.
— Позволь представить тебе моих родных, — сказал Артур. — Вот эта рыжая шалопайка — моя сестра, Екатерина.
Рыжеволосая и веснушчатая копия Артура помахала Мире наманикюренными пальчиками.
— А вторая красавица, которая во всех женщинах, которых видит рядом со мной — Стелла, моя сводная сестра.
Стелла слегка кивнула Мире, не сводя с неё пристального взгляда темных глаз.
— Что до остальных, — усмехнулся Артур, — то Германа ты уже заметила. А где остальная братия? — обратился он к девушкам.
— Марк и Виктор в малом зале, — небрежно ответила Стелла. — А что касается Родиона и Станислава, то, по слухам, они заперлись в банном комплексе с восемью женщинами сразу и послали всех нас подальше. Гости недовольны. Телок хватило не всем.
— Почему не решили вопрос?
— Артур, — холодно сказала брюнетка, — ты прекрасно знаешь, что твои братья слушаются только тебя. А ты был с тёл… занят, — поправилась она, но Мира поняла, что оговорка сделана нарочно. Её явно ставили на место.
— Мы думали, вы не покажетесь до утра, — хихикнула Екатерина.
Мира заметила, как на секунду окаменело лицо Артура. Но он хорошо справлялся с собой, так что почти сразу ответил беззаботным тоном:
— Драка с Людовичами меня изрядно утомила. Да к тому же их подарок оказался весьма энергозатратным.
Мира вспыхнула, было, но увидела его смеющиеся глаза и поняла, что невольно подставила Артура в щекотливую ситуацию, из которой тот теперь вынужден выкручиваться. Своей фразой он сделал ей, по сути, комплимент. Пусть и условный.
— Так может быть ты пойдешь и разрулишь ситуацию с недостатком тёлок? — спросила Екатерина. — Не хочется потом выслушивать претензии представителей. Ну не нам же пойти вниз и ложиться под них в качестве компенсации, согласись.
— Разве только твоя протеже бы помогла? — Стелла насмешливо посмотрела на Миру. — Выглядит так, словно бы справится сразу с тремя…
Мира задохнулась от обиды и возмущения, но Артур подался вперед и схватил брюнетку за руку.
— Ещё одна подобная реплика, — рявкнул он, — и отправишься обратно в свое захолустье без права вступления! Поняла?
Стелла побледнела, и со страхом оглянулась на Миру. Девушка многозначительно подняла бровь и обаятельно улыбнулась. Раньше, в женском коллективе, она бы скорее всего молча бы развернулась и ушла. Но рядом был Артур, чудесный Артур, который мог поставить на место любого обидчика.
— Извинись перед ней, Стелла!
Миру немного покоробило, что он не назвал её по имени, но, в конце концов, кем она была сейчас?
— Знать бы перед кем, — скромно опустила глаза брюнетка, — Представив нас своему подарку, осмелюсь заметить, что ты запамятовал представить её нам.
— Проклятье! — сказал Артур. — Простите меня. Дамы! Представляю вам Мирославу. И я не желаю больше слышать в её отношении слова «тёлка» и «подарок». Надеюсь, повторять не придется?
— Нет. — Стелла поднялась с кушетки и сделала перед Мирой подобие реверанса. Девушка заметила, что Артур нахмурился, но не могла определить, злит ли его издевка со стороны Стеллы, либо это действительно местный этикет. — Мирослава, прошу простить мне мою грубость. Я, по простоте душевной, приняла вас за очередную тёлку для Посева. Я не знала, что мой великодушный брат успел приблизить вас к себе за такое короткое время.
Несмотря на неопределенность фразы, голос её звучал теперь вполне радушно.
— Мы поладили, — коротко сказал Артур. — И довольно об этом.
Стелла взглянула не него и снова села на софу.
— Я могу оставить Миру с вами на время? — обратился к ним Артур.
Не оставляй, подумала она, они меня сожрут.
— А с тобой нельзя? — сказала она вслух.
— Нет, — ответил он. — Это семейные разборки. Не стоит тебе присутствовать на них.
Я уже присутствую, хотела сказать Мира, но промолчала.
— Не переживай. — Екатерина поднялась и забрала у Артура Мирину руку. — Она вполне может побыть с нами. Правда?
Мира посмотрела в веселые глаза рыженькой и увидела помимо веселья искреннюю симпатию. Она кивнула.
Артур ободряюще улыбнулся и спустился в холл, пробираясь между телами. Зал уже наполнился вскриками мужчин и протяжными стонами женщин.
— Возбуждает, правда? — спросила Миру Екатерина. — Обожаю Посев. Столько эмоций. Столько сексуальной энергии. У меня волосы на теле дыбом встают.
— А почему ты не участвуешь? — поинтересовалась Мира. — Вам не положено?