Метка клана (СИ)

Он пару секунд смотрел на нее изучающе, потом сделал шаг назад и жестом пригласил её войти.
— Прошу.
Поколебавшись, а затем из чистого упрямства еще немного помедлив, пока его взгляд не стал вопросительным, она шагнула в комнату.
Здесь не было богатого убранства и роскоши. Из мебели были только два кресла в центре, между которыми притулился небольшой кофейный столик, низкий комод под большой плазмой, и огромная высокая квадратная кровать. На столике стояли две чашки, кофейник и тарелка с канапе.
  
Увидев еду, Мира вдруг поняла, насколько голодна, и бросилась к тарелке. Плюхнувшись в кресло и едва не расплескав на себя все из бокала, который по-прежнему сжимала в руке, она торопливо схватила пару канапешек и запихала в рот.
— Извини, — пробормотала она с набитым ртом. — Ела последний раз утром…
Сказав это, она ошарашено замолчала. Столько событий, а ведь всего лишь наступила ночь того дня, который начался так буднично в офисе на общем собрании. Мира молча смотрела перед собой. Все это было словно уже в другой жизни. Она откинулась на спинку и посмотрела на Артура, молча стоявшего рядом.
— Итак, — начала она тоном завзятой стервы, закинув ногу на ногу, — что ты имеешь мне сказать?
Потом увидела его взгляд и потупилась. Опустила ноги и уже своим собственным тоном пробормотала:
— Герман упомянул, что ты хотел объясниться.
— Именно так.
Артур закрыл глаза, собираясь с мыслями и заговорил.
— Прежде всего я хочу извиниться за недостойных представителей своего народа за то, что с тобой сделали, каковы бы ни были наши законы. Я не признаю прямой вины, но прошу прощения, что косвенно стал причиной происшествия.
— Проехали, — раздраженно отмахнулась Мира.
Пока он собирался с мыслями, она успела обдумать ситуацию еще раз. И посмотрела на нее с новой стороны. Да, эти ублюдки её изнасиловали. Но она была под мощным наркотиком, так что болевых ощущений не было. Да и кончила несколько раз, и довольно сильно. Так что можно было считать этот ужас скорее психологической травмой. А раз так, то ей бы хотелось все же забыть обо всем, чему постоянные напоминания вовсе не способствовали. Снова слышать о произошедшем у нее не было никакого желания. Внезапно она поняла, что даже не злится больше на Артура.
— Хорошо, — легко согласился он.
Потом подошел и сел во второе кресло, по-прежнему не глядя на нее.
— Тебя возмутило мое поведение. Должен тебе сказать, что трансформация накладывает определенный отпечаток на поведение. Оставляет след на некоторое время. После поединка я был под его влиянием. Я был альфой. Альфы не терпят неподчинения в стае.
— Но я не из твоей стаи, — заметила Мира.
— Нет. Но сознание Альфы работает по-другому. Ты была моей… добычей в тот момент. Хищник не позволит добыче орать на себя.
— Знаешь что!
— Мира, — он впервые посмотрел ей в глаза, — это был не совсем я, понимаешь?
Она замолчала на полуслове, глядя на него.
Артур сейчас был тем самым парнем из автобуса. Спокойным и с легкой хитрецой в рыжих глазах. От недавнего величия не осталось и следа.
— Да, — он верно истолковал её пытливый взгляд. — Сейчас я такой, какой есть.
— Когда ты убивал, — шепнула она, — ты был другим. И после этого.
— Да, — он не отвел взгляда. — Я — Вожак, Мира. Наш народ отличается свободолюбием и вспыльчивостью. Среди нас не так-то просто стать вожаком. А, став, удержаться у власти. Но я правлю своим кланом уже сотню лет. Тот, кого ты сейчас видишь перед собой, не справился бы с такой ношей. Так что я не могу продемонстрировать слабость, излишнюю привязанность либо просто симпатию к тебе. В первую очередь это поставит тебя под удар.
— Ты такой старый? — вырвалось у нее.
Артур усмехнулся.
— По человеческим меркам мне около тридцати трех. Самый расцвет сил. Поэтому мне крайне редко бросают вызов. Да и то лишь в силу природного инстинкта. Клан процветает, даже мое тридцатилетнее отсутствие не повлияло негативно на состояние дел.
— Обалдеть, — поразилась Мира. — Тебя не было тут тридцать лет?
— Да. Мы называем этот период Перерождением. Я был в спячке.
— Ты спал тридцать лет?!
Артур улыбнулся.
— Здорово, правда? Держу пари, многие нынешние люди мечтают отоспаться. Хотя, в восьмидесятые люди хотели того же.
— Здорово? Да ты пропустил целую эпоху!
— Ну, судя по тому, что я узнал, не так много мною и потеряно.
— Это точно…
Мира пыталась переварить услышанное.
— Фантастика какая-то.
— Может быть, — усмехнулся Артур. Но тут же снова посерьезнел. — Как ты понимаешь, только что вернувшемуся после такого отсутствия нужна демонстрация того, что он не растерял силу. Я даже рад, что в этот раз подвернулись Людовичи.
Мира помрачнела. Артур заметил это.
— Не глупи. Я рад только тому, что, преподав им урок и отомстив за тебя, только укрепил свое положение. Разумеется, я бы предпочел, чтобы ты не оказалась в это замешана.
— Кстати, о моем участии во всем этом. Когда ты намерен отпустить меня домой?
— Послушай… — Он смотрел на нее очень серьезно. — Хочешь ты этого или нет, но ты пока представляешь угрозу для нас. Если ты заявишь об изнасиловании, у меня будут проблемы. Более того, ты можешь сообщить полиции об убийстве Людовичей, и тогда никакие связи мне не помогут. Ты не знаешь меня, я кажусь тебе сейчас чудовищем, и я не могу тебе возразить. Кроме того, что в нашем обществе — а я имею сейчас в виду сваргов — то, что произошло — норма. Да ты сама можешь понять это по реакции гостей.
Мира задумалась и действительно вспомнила. Едва с Людовичами было покончено, а их роду вынесен вердикт, гости не удостоили трупы даже мимолетным взглядом.
— Я могу тебя отпустить. Но у меня нет гарантий, что ты не пойдешь в полицию. Твоего честного слова, прости, будет недостаточно.
— И что ты намереваешься делать?
— Я прошу тебя побыть моей гостьей неделю. После этого ты благополучно вернешься домой, я обещаю. Гарантирую, что здесь тебе не причинят никакого вреда.
— Но там моя жизнь!
— Да, я понимаю. Но ты же можешь позволить себе недельный отдых. Возьми на работе отпуск за свой счет и проведи его со мной. Я компенсирую тебе потерю в заработке.
— Да причем тут заработок! Я просто не хочу быть…
— Рядом со мной? — подсказал он.
— Да, — тихо сказала Мира. — Ты совсем не такой, каким я тебя себе представляла.
— К сожалению, ты увидела мою истинную ипостась. А я не планировал её демонстрировать.
— До посева? Как мило.
— Мира, — немного сдавленно произнес он, — всё это… Все свалившиеся в один день обстоятельства, твое потрясение… Все это дало тебе неправильный взгляд на меня и мое к тебе отношение. Даже мой браслет… — Артур кивнул на её предплечье. — Это не клеймо, не тавро хозяина, не бирка на ноге перелетной птицы. И это в любом случае не стилизованные наручники. Ты свободна в своей жизни, я не собирался тебя ни к чему принуждать. Я собирался…
Артур порывисто встал.
— Я хотел завоевать тебя, так сказать, естественным путем.
— Завоевать?
— Да, — он повернулся к ней. — Завоевать твое сердце.
Мира смотрела на него во все глаза. Внезапное откровение, высказанное вслух, да еще таким серьезным голосом…
— Знаю, тебе трудно поверить в это. После моих рассказов и того, что ты видела. Но я искренен. С самой нашей встречи в том автобусе я не перестаю думать о тебе.
Миру смутили его слова, но мозг помог справиться со смущением, перейдя в наступление.
— А я должна была быть завоеванной в статусе кого?
Она сразу пожалела о своих словах, но было уже поздно.
— В качестве кого? — немного, как показалось Мире, беспомощно повторил он. — В качестве кого…
— Я так понимаю, — безжалостно продолжала она, сама удивляясь неожиданно появившейся злости, — что своей… как это… самкой Вожака ты меня сделать не можешь, потому что я — человек, а не… сварг. То есть никакой официальной пары мне не светит. Тогда кем? Наложницей? Сосудом для твоего семени? Суррогатной матерь…