Невинная для босса (СИ)

– Хорошая работа, Вика, – сказала она. – Чувствуется, что ты подошла к делу с интересом и вдумчиво. Продолжай в том же духе.
Я чуть не открыла рот от удивления.
Похвала? От Алисы Владимировны?
Я этого ну никак не ожидала!
– Спасибо, – пробормотала я, чувствуя, как внутри разливается тепло.
– Знаешь, – неожиданно сказала она, откладывая бумаги в сторону и пристально глядя на меня, – я хочу поговорить с тобой о личном.
Я напряглась, не понимая, куда она клонит, но её голос звучал не так, как обычно. Он был мягче, и в нём сквозило нечто похожее на сожаление.
– Вик, – начала она, – я не желаю тебе зла. Но я вижу, как ты общаешься с Владиславом Сергеевичем, и должна тебя предупредить: будь осторожна.
Я растерянно посмотрела на неё, чувствуя, как сердце учащенно забилось.
– Алиса Владимировна, я не совсем понимаю...
– Понимаешь, – перебила она. – Он бабник. Сердцеед. Умеет красиво говорить, ухаживать, заботиться. Он точно знает как девушке, которую ему приспичило трахнуть, запудрить мозги, а потом делать с ней всё, что захочет, где захочет и когда. Захочет в его кабинете на столе, значит так и будет. Захочет в машине или в джакузи…
Я бросила на нее хмурый взгляд.
В джакузи?
Вот чёрт!
– Но всё это продлится до тех пор, пока ты ему не надоешь, – словно не заметив моей реакции, продолжила она. – Поверь, я знаю, о чем говорю. Со мной это уже случилось.
Ее слова звучали с нотками горечи и обиды. И тут меня медленно накрыл шок.
Передо мной сейчас сидела не привычная дерзкая львица, а несчастная женщина с разбитым сердцем.
– Он был со мной, Вик, – продолжила она, опустив взгляд. – Говорил те же слова, что, возможно, говорит тебе. Что я ему нужна, что он с ума по мне сходит, что никогда не отпустит, а я верила. А потом он просто сказал, что между нами всё кончено. Я надоела ему, и он спокойно переключился на другую.
Я нервно сглотнула. Именно так он мне всё и говорил!
Я сидела, хлопала ресницами и не знала, что сказать.
Я не то что в шоке, я в ужасе!
Она во многом попала в точку!
Алиса подняла глаза, ее взгляд был тяжелым, но в нем не было злости, только боль.
Много душевной боли.
– Ты думаешь, он будет другим с тобой? Нет, Вик, не будет. Не будь наивной дурочкой. Он крутит романы ещё с двумя девушками из других отделов, – продолжила она. – Думает, что мы друг о друге не знаем. Но мы знаем. Каждая из нас хотела, чтобы он был только с ней, но ему плевать. Ему важна только свобода и удовлетворение его потребностей. Уверена, что в Питере у него еще десяток любовниц найдется, с которыми он приятно проведет время, а потом вернется как ни в чем не бывало.
Я молчала, ошеломленная ее словами.
Боже, в какую грязь он меня затянул!
Как меня вообще угораздило в это вляпаться?
– Я говорю это не для того, чтобы тебя унизить или обвинить, – добавила она. – Просто подумай, Вик. Нужно ли тебе это? Хочешь ли быть еще одной галочкой в его списке побед? – она выдержала паузу, а потом спросила: – Знаешь о чем я жалею?
– О чем? – хрипло спросила я.
– О том, что меня никто не предупредил, что так будет. Я бы не стала с ним связываться, чтобы потом так не страдать.
Её голос прозвучал искренне, и от этого каждое слово оседало какой-то тяжестью в груди. Я кивнула, но ничего больше не смогла сказать. Образовавшийся ком в горле не позволил вымолвить и слова.
Всё это очень неприятно осознавать.
– Ладно, – она со вздохом выпрямилась и снова надела привычную маску начальницы. – Пусть это останется между нами, хорошо? Мне не нужны слухи.
– Конечно, – кивнула я. – Я никому не скажу.
– Хорошо, что мы друг друга поняли, – натянуто улыбнулась она. – Спасибо за работу, Вик. Можешь идти.
Я вышла из кабинета, но слова Алисы продолжали звучать у меня в голове. Боль, сомнения, настойчивое «подумай».
Но что, если она ошибается? Или… нет?
Рабочий день прошел спокойно и продуктивно. Я всё больше вникала в задачи и почувствовала себя частью команды. Коллеги охотно помогали, и я начала понимать, как устроена наша работа изнутри. Алиса Владимировна оставалась сдержанной, но лояльной, что удивляло и немного успокаивало.
  
Завтра мне предстояла первая экскурсия по торговым точкам, чтобы изучить, как наша продукция представлена на рынке. Это была возможность лучше понять клиентов и подготовить предложения.
Всё было хорошо, кроме одного но.
За весь день я не получила ни одного сообщения от Влада. Ни вчера вечером, ни сегодня он так и не написал. Эта тишина оставляла странное чувство пустоты, как будто подтверждала слова Алисы.
На работе я старалась не отвлекаться на посторонние мысли и с головой погружалась в работу, но когда вернулась домой, меня встретила звенящая тишина. Раньше она казалась мне уютной, но сегодня давила, будто заполняя пространство вместе с моими мыслями.
Скинув туфли, я прошла на кухню и машинально достала из холодильника продукты для простого ужина.
Пока резала овощи, в голове звучал голос Алисы: «Он бабник. Сердцеед. Ты думаешь, он будет другим с тобой?» Ее слова не отпускали, крутились в сознании, мешая сосредоточиться даже на самых обычных действиях.
А если она права? Что если я и правда стала одной из?
Его слова, прикосновения, нежные взгляды – всё это казалось настоящим, но я не могла игнорировать ее предупреждения.
«Подумай, Вика, ты уверена, что готова стать частью его игры? – шептал мой внутренний голос. – Может, лучше остановиться сейчас, пока ты еще не увязла слишком глубоко? Пока он не стал слишком важным. Пока он не разбил твое сердце».
Я попыталась выдохнуть и сосредоточиться на готовке. Плита, овощи, омлет – всё это отвлекало лишь на секунду. Слова Алисы возвращались как эхо.
Но с другой стороны... Если для него так важно собственное удовлетворение, почему Влад мне помогал? Вспомнились его взгляд, поцелуи – всё это казалось настолько искренним, что я терялась в ощущениях. Он защитил меня от бандита, показывал, что я для него важна.
Разве это ложь? Или просто хотел выставить себя рыцарем в сияющих доспехах?
Как отличить правду от красивой игры?
«Если Алиса права, то ты просто станешь еще одной галочкой в его списке. А если нет? Если это что-то настоящее?»
Я попыталась вспомнить его глаза. Тот момент, когда он запер дверь в своем кабинете и обнял меня. Взгляд был слишком нежным и одновременно страстным, чтобы оказаться фальшивым.
Или я просто хочу в это верить?
Поужинав, я всё еще не могла найти ответа. Голова гудела от мыслей, и в какой-то момент я поняла, что просто не могу больше об этом думать. Я решила выйти на прогулку, чтобы проветриться и хоть немного отвлечься.
Ночной воздух был прохладным, свежим. Тишина парка и мерцающий свет фонарей начали немного успокаивать. Я шла вдоль аллеи, вдыхая прохладный аромат листвы, когда вдруг услышала знакомый топот лап.
– Чарли? – удивленно спросила я, и на меня бросился белый пудель, весело виляя хвостом.
– Вика? – раздался голос, и я обернулась. Ян стоял неподалеку и улыбался.
– Привет, – ответила я, невольно улыбнувшись.
– Снова решила проветриться?
– Да, было слишком много мыслей, – честно призналась я.
– Тогда ты точно по адресу, – сказал он, глядя на Чарли, который теперь устраивался у моих ног. – Чарли знает, как отвлекать.
Мы пошли рядом, Ян рассказывал о своем дне, а я ловила себя на мысли, что рядом с ним мне действительно легко. Ни давления, ни вопросов, ни сложностей. Его спокойная уверенность и добродушие заставляли забыть о хаосе внутри, пусть и ненадолго.
 Глава 32 
Мы гуляли по аллее, пока Чарли носился вокруг нас, азартно хватая найденную палку. Ян легко перебрасывался шутками, и я постепенно начала чувствовать себя лучше. Более расслабленной.
– Так, Чарли, – строго произнес он, когда пёс в очередной раз кинулся к нам с палкой, – ты что, решил устроить тут марафон? Я не тренер, а ты не спортсмен.