Ребёнок от босса. Научи меня любить (СИ)

  
Ребёнок от босса. Научи меня любить 
 
Глава 1 
Глеб 
— Поверить не могу, что ты не оставил эту затею, — на том конце провода слышу совсем не весёлую усмешку своего брата.
— С чего я должен был её оставить?
Паркуюсь напротив элитной частной клиники по репродукции и здоровью плода и глушу мотор.
— Ну, может быть, потому что вы развелись с Кариной полгода назад?
Сжимаю челюсть и медленно втягиваю воздух. От упоминания о своей бывшей жене меня до сих пор потряхивает.
— К Карине это не имеет никакого отношения, — цежу медленно. — Это только моё дело.
— Отец одиночка? Серьёзно, Глеб? — снова заводит свою старую шарманку. — Одумайся ты пока не поздно.
Зажимаю трубку плечом, открываю бардачок и, достав оттуда медицинские документы, вылезаю из машины.
Порыв ледяного осеннего ветра ударяет в лицо. Проклятый Питер. Красивый город, но бесконечные ветра, непрекращающиеся ливни и дефицит витамина Д меня доконали.
Не скажу, что в Москве погода разительно отличается, но солнце там всё же бывает чаще.
— Вообще не вижу в этом проблемы, — в несколько размашистых шагов преодолеваю мраморные ступени и, толкнув тяжёлую дверь, вхожу в вестибюль клиники. — Услуги няни ещё никто не отменял.
Не теряя времени, сразу сворачиваю к лифтам и жму кнопку четвёртого этажа. В этом здании я ориентируюсь как рыба в родном водоёме.
Я пришёл сюда в первый раз чуть больше года назад со своей уже бывшей женой, чтобы сдать биоматериал.
Карина не хотела рожать сама, чтобы не портить фигуру, поэтому предложила процедуру ЭКО. Меня этот вариант вполне устраивал. Я хотел ребёнка. А кто для нас с женой его выносит для меня не имело никакого значения.
Полгода назад я развёлся. Но цель заполучить наследника не оставил. Правда, пришлось искать нового “донора” и отдельно "контейнер". Это оказалось довольно волокитно. Потому что по законам нашей страны одна и та же женщина не может быть и биологической матерью и вынашивать.
Но теперь, к счастью, самая муторная часть дела завершена. Осталось непосредственно совершить подсадку эмбриона, и через девять месяцев я смогу забрать своего ребёнка.
— А как же личная жизнь? Я тебя на понимаю, Глеб. Тебе всего тридцать пять. Для мужика это вообще не возраст. Зачем нужны такие радикальные меры? Как будто ты баба бальзаковского возраста, пытающаяся заскочить в последний вагон уходящего поезда, — восклицает. — Найдёшь себе новую жену. Она тебе сама родит. За каким лешим тебе услуги суррогатной матери?
— За тем лешим, что жениться ещё раз я не собираюсь, Стас, и ты это прекрасно знаешь, — раздражаюсь.
Бесконечные разговоры о моём потенциальном будущем браке меня доконали. В начале мать промывала мне мозги, а теперь и брат туда же.
От последнего слушать подобные речи вообще смешно. Учитывая, что он закоренелый холостяк.
— Я хотя бы имею представление что такое семейная жизнь, — решаю раз и навсегда поставить точку в этой теме. — А ты за тридцать два года ни разу не был женат. Так что не говори о том, в чём ничего не понимаешь.
— Я — это другое дело, — усмехается. — Мне семья в принципе ни к чему. Тебя и матери вполне хватает. Дети тем более не интересуют. 
— Глеб Викторович? — выхожу из лифта и тут же натыкаюсь на встречающую меня медсестру. — Добрый день.
— Всё, Стас, мне некогда уже. На выходных у матери встретимся.
Вешаю трубку и бросаю взгляд на мнущуюся рядом блондинку. Нервно прикусив губу, она дёрганным движением разворачивается в сторону стерильно-белого коридора.
— Я провожу вас до кабинета репродуктолога...
Медленно выдохнув, иду вслед за медсестрой, параллельно оглядываясь в поисках своего “контейнера”.
— Суррогатная мать уже приехала? — спрашиваю, кидая взгляд на наручные часы.
Через два часа у меня совещание в офисе по поводу нового тендера, на которое я, скорее всего, не успею. Этот факт немного раздражает.
 
Я привык жить по расписанию. Всё должно быть чётко и в срок. Не только в бизнесе, но и в жизни.
Вместо ответа, медсестра молча подходит к кабинету врача. Бросает на меня нервный взгляд через плечо, тяжело выдыхает, как будто собирается с мыслями, а потом открывает дверь.
— Проходите, пожалуйста. Доктор скоро подойдёт. — шепчет едва различимо, после чего стремительно ретируется.
Чертыхаюсь себе под нос, смотря вслед удаляющейся девке, и сажусь на стул напротив рабочего стола из красного дерева.
Тут же слышу щелчок открывающейся двери за моей спиной.
— Глеб Викторович... — обернувшись встречаюсь с взволнованным взглядом репродуктолога.
— Тамара Петровна, давайте, пожалуйста, сразу к сути, — раздражённо выдыхаю, следя за тем, как она прячет дрожащие руки в карманах медицинского халата. — То, что что-то пошло не так, я уже понял по вашей заикающейся медсестре. В чём дело? Суррогатная мать соскочила? Заболела? Может быть, денег больше хочет? Не проблема. Сколько она просит? Я готов включить дополнительную сумму в наш договор.
— Нет... дело не в этом... — мнётся.
— Ну? — давлю нетерпеливо.
— Понимаете... дело в том, что... вчера, когда мы подготавливали ваш биоматериал к процедуре ЭКО, выяснилось, что произошла чудовищная ошибка...
— Какая ошибка? — напрягаюсь, следя за тем, как лицо и шея сорокалетней женщины покрываются красными пятнами.
— Ваш биоматериал... оказалось, что месяц назад он был по ошибке использован для инсеминации одной из пациенток нашей клиники... и..., — сглатывает, поднимая на меня напряжённый взгляд, — зачатие прошло успешно...
Глава 2 
Инна 
Разложить папки. Проверить почту. Последний отчёт на подпись. Сделать кофе. Чёрный. Без сахара...
Вроде ничего не забыла, но руки всё равно дрожат, когда я подхожу к кофе-машине и беру стаканчик.
"Ты уже сотни раз это делала, Инна, если не тысячи! Ничего сложного!" — мысленно успокаиваю себя.
Выходит плохо — пальцы не попадают на кнопки, горячая жидкость обжигает кожу.
Дело в том, что раньше я готовила кофе лишь в качестве секретарши, а теперь меня повысили и назначили личным помощником заместителя генерального директора и соучредителя компании АртПитерГрупп, где я работаю уже полгода.
Глеб Викторович Воронцов. Не просто мой начальник, отныне непосредственный, но ещё и мужчина, который с самого первого дня работы здесь пугал и отталкивал меня. И вот теперь нам придётся работать плечом к плечу.
Я, честно, хотела отказаться. До сих пор трясёт, когда вспоминаю то утро, когда гендиректор сообщил о назначении меня на новую должность. Если бы не острая необходимость — никогда бы не согласилась. Но зарплата у личного помощника в разы выше, а это значит... и декретные тоже.
Машинально кладу ладонь на свой пока ещё плоский живот и мягко улыбаюсь.
"Это всё ради тебя, моя кроха".
Малыш, будто отвечая на прикосновения, тут же даёт о себе знать. Нет, не толчками — срок ещё очень маленький. Он напоминает о себе приступом тошноты.
Токсикоз меня буквально измучил. Особенно сильной тошнота становится, когда я нервничаю или переутомляюсь. А ещё по утрам.
Вот и сейчас мне снова плохо.
Благо я уже знаю, как с этим справиться — стакан тёплого сладкого чая с долькой лимона, и мне станет легче.
Хорошо, что Воронцова ещё нет на работе.
Отставляю стакан с кофе, который делала как раз для него, и быстро готовлю себе чай.
Делаю глоток сладкой жидкости и с наслаждением отмечаю, что тошнота отступает. Нравится моему малышу чай с лимоном.
— Инна! — громоподобный рёв раздаётся на весь офис.
Я аж подпрыгиваю на месте.
Вот и Воронцов. Сегодня, очевидно, не в духе.