Гей в большом городе (СИ)

- Я не гей.
А-а, так вот в чем все дело. Я вздохнул одновременно и с облегчением, и с обидой.
- Конечно, не гей, - согласился. – Ты бисексуал.
- Я попробовал, больше не хочу.
Вот как, значит. Не хочет он больше.
- Уверен?
- Да. Я мог бы, наверное, сверху… а так я себя мужчиной не чувствую, понимаешь? Поэтому лучше никак. Прости, - я уловил в его глазах отчаяние, но оно настолько быстро сменилось равнодушием, что я не смог бы с уверенностью утверждать, что мне не показалось.
- Я пообещал себе, что попробую снизу только с тем, кого полюблю… - это звучало жалко. И я был жалким в этот момент.
- Желаю тебе его встретить.
И он ушел. А я стоял посреди пустого коридора и смотрел ему вслед. И думал: мог я лечь под него? Теоретически, конечно, да, но вот практически… Я не чувствовал себя достаточно здоровым и психологически зрелым для такого шага. И я его не любил, пока не любил.
В зале я занимался с остервенением.
- Макс, гриф-то тебе чем не угодил. Ты его только что не грызешь.
Лешка был прав, я с силой вцепился в гриф, не замечая даже, что иду на собственный рекорд по жиму лежа.
- Как я тебя оставлю-то? Может, мне не лететь?
- Леш, я не ребенок. Справлюсь. Пять, шесть, семь. На танцы схожу, в клуб, может.
- Вот клуба я и боюсь. Не делай глупостей, хорошо? – Я кивнул. Потянулся и лег для третьего подхода.
- Отдохни там, а у меня все будет хорошо. И да, мамочка, я обещаю не кидаться на первую попавшуюся задницу. Если кинусь, обязательно буду предохраняться.
- Вот и славно. Именно это мамочка и хотела услышать.
Я рассмеялся.
- Он одумается, вот увидишь.
Я промолчал.
На следующий день пошел на танцы. Все-таки танец создает совершенно особое настроение. Заходя в зал, оставляешь все тревоги и проблемы за дверями, погружаешься в иную атмосферу. Атмосферу совершенного ритма, гармонии с собственным телом. Леночка улыбалась мне, как родному, нарочно оказалась ближе всех, когда пришло время становиться в пары.
- Привет, - она светилась, как люминесцентная лампочка в ночи.
- Привет.
- Ты представляешь, Кирилл ко мне вернулся.
Я сбился и отдавил ей ноги.
- Прости. Что ты сказала?
- Кирилл сказал, что хочет быть со мной, - это был удар ниже пояса.
- Так прямо и сказал? – Я изо всех сил «держал» лицо, надеюсь, успешно. Хотя, почти уверен, что улыбка моя была больше похожа на оскал. Не думал я, никак не думал, что все зайдет настолько далеко. И что так больно мне будет, тоже не думал.
- Да, позвонил вчера, сказал, что был неправ, что скучал. Он меня сегодня встретит.
Танцы одномоментно потеряли для меня всякое очарование. Ненавижу. Обоих. Едва сдержался, чтобы не отдавить козе ноги нарочно.
- Смена!
- Привет! – Я улыбнулся в ответ. Все хорошо, все в порядке. Я попробую еще раз. А если нет? Предложить ему себя? Давай, имей, только будь со мной? Нет, не вариант. Как девочкам-подросткам говорят мамы: если он настаивает на сексе, бросай его, он с тобой только ради этого. Я, конечно, на девочку-подростка не похож даже в платье, но суть та же. И я ведь не выпендриваюсь, у меня травма психологическая на этой почве, мне сама мысль о том, что кто-то в меня войдет, страшна до ужаса. Я должен быть полностью уверен в человеке, должен доверять, как себе. Любить его должен!
Он пришел ее встречать. Мазнул по мне равнодушным взглядом, вручил ей яркий веник и, обняв, повел по набережной. Я вздохнул, мысленно махнул рукой и поехал домой. К черту все. К черту Кирилла, Лену, отношения эти их непонятные. Ведь как день ясно, что таким образом пытается себе и мне что-то доказать. Что не гей? Возможно. Что я ему не нужен? Посмотрим.
Скоро у меня сложилось впечателение, что мой недавний любовник от меня прячется. Потому как он был буквально неуловим. Но я не терял надежды.
- По-моему, нам все же стоит поговорить.
- По-моему, - ответил он. – Мы друг другу уже все сказали.
- Но… - начал я.
  
- Макс, уволь меня от всего этого. Я думал, что уж с парнем смогу избежать мелодрам.
Он был прав. От этого стало еще больнее. Он мне ничего не должен, у нас нет отношений. Только трах. Всего лишь один-единственный трах. Но какой…
- Что было не так? – Спросил.
- Все так. Ты молодец, ты очень классный. Но такие отношения не для меня.
Я слушал, что он говорил и пытался понять, что он не сказал. И не мог. Я не мог понять, действительно ли он так считает, или все это игра. Возможно, ему нужно время, возможно, все это и в самом деле не для него.
В пятницу вечером Лешка улетал в Лондон на неделю. А днем еще и на учебу пришел.
- Я тебя уже и не ждал.
- Родители выперли. И так неделю пропустишь, - он передразнил мать, подражая ее интонациям.
- Семенов, останьтесь, - попросил меня преподаватель, и друг пошел ждать меня в коридоре. – Скоро у нас международная конференция, и я хочу, чтобы вы подготовили доклад. Тема: смертная казнь. Обзор законодательства, мораторий, плюсы и минусы данной меры.
- Нет проблем, - ответил я. Тема-то вдоль и поперек изучена.
- Я знал, что могу на вас рассчитывать. Выступите – экзамен автоматом.
Я улыбнулся. Выступлю, конечно.
- Только, поскольку конференция международная, доклад должен быть на английском языке.
Ох! Судя по тому, что итоговый экзамен у меня на трояк, с языком не очень в ладах.
- Все, идите. Факультет на вас рассчитывает.
Мой пыл изрядно поубавился, но я решил не отступать. Пока, по крайней мере.
Вышел в коридор, высматривая в толпе студентов Лешку.
- Да я тебя… - услышал. Побежал на голос. Так и есть. Кирилл и Лешка. Не разошлись в узком коридоре.
Я не раздумывал ни секунды.
- Руки от моего друга убрал! – Я встал между ними. Лешка по жизни пацифист, несмотря на угрожающие размеры и недюжинную силу, поэтому я ни капли не верил, что он начал первым. Хотя на язык друг бывает не сдержан, не поспоришь. Кирилл смотрел зло.
- Если не хочешь лишиться своего верного орангутана, сделай так, чтобы он ко мне больше не подходил.
- А что такое? Правда глаза колет?
Боже, что они друг другу наговорили?
- Алексей, мы идем пить кофе. У тебя скоро самолет. С фингалом в Лондоне ты будешь неотразим… но не стоит, правда.
Я положил руку Лешке на плечо. Посмотрел на Кирилла, тот глядел с презрением, откровенной неприязнью и какой-то брезгливостью, что ли. Глядел на меня. Я ответил холодным взглядом, моргнул и повел Лешку в столовую. Черт, выбил-таки почву из-под ног… урод.
И разозлил, как же он меня разозлил!
- Что ты ему сказал? – Я почти рычал.
- Не скажу, - уперся друг.
- Скажешь, ты мне все скажешь, - я с силой сжал его руку.
- Пусти. Не скажу. Не твое дело. Пусть переваривает сидит.
И ведь так и не сказал. А я, злой как сто чертей, пошел в зал. Один. Знал бы, чем все обернется, сидел бы дома. Или не сидел?
========== Глава 12. Роскошное продолжение вечера ==========
Пленник чужой! Мне чужого не надо,
Я и своиx-то устала считать.
Так отчего же такая отрада
Эти вишнёвые видеть уста?
Пусть он меня и xулит и бесславит,
Слышу в словаx его сдавленный стон.
Нет, он меня никогда не заставит
Думать, что страстно в другую влюблён.
И никогда не поверю, что можно
После небесной и тайной любви
Снова смеяться и плакать тревожно
И проклинать поцелуи мои (А. Ахматова)
Октябрь 2012 (продолжение главы 11)
Я был зол, хотя, наверное, слово «зол» не совсем полно отражало всю ту гамму эмоций, которая меня захлестнула. Я был натурально в бешенстве. Из-за Кирилла, из-за Лешки. Из-за всей своей жизни. И только серьезная, не оставляющая времени мыслить, физическая нагрузка, могла хоть как-то уравновесить мое сегодняшнее состояние. Тем неожиданнее было то, что произошло далее.