Восхождение Патриарха II (СИ)
— Ты недооценил меня, Ноктис. Или, вернее будет сказать, мы оба недооценили друг друга. Тем не менее, я получил еще один шанс. И на сей раз не собираюсь проигрывать.
Ноктис взревел и бросился на меня, его концептуальное пламя вспыхнуло ещё ярче. Но теперь я был готов. Я поднял руку, и сделал то, что ранее сделал Серафим — сконцентрировал мощь концепции и усилил Холодное Пламя.
Наши атаки встретились и нейтрализовали друг друга.
Нет, так дело не пойдет. Мы можем так хоть бесконечно продолжать. Есть только два выбора — еще больше концентрировать концепцию, или же второй вариант…
— Это невозможно! — выкрикнул он, но я уже был у него за спиной.
Я использовал печать телепортации и нанёс удар кулаком, покрытым холодным пламенем. Ноктис попытался блокировать своим огнем, но теперь мое пламя прошло сквозь его. Его атака достигла меня. А моя атака настигла его.
Только вот, разница была в том, что я мог использовать вторую основу своего пламени и восстановиться, а он, судя по всему, нет.
— Вот и все. — сказал я, стоя перед его израненным телом.
Множество ран свидетельствовали, что он не сможет противостоять мне. Его физические способности были как у обычного человека. Он слишком сильно полагался на свое пламя, и поэтому не развивал ничего другого. Оно и понятно. В любой другой ситуации он, наверное, был бы непобедим…
— Ага… я все-таки проиграл… — пусть он и говорил это, но на его лице была улыбка.
— Знаешь, я не могу тебя понять, Ноктис. По твоей вине умерло столько людей. Но при этом я не могу назвать тебя чистым злом. — вздохнул я. — Наверное потому, что я похож на тебя.
В моей голове все еще свежи были воспоминания о том, как я убил тысячи и тысячи на парящем острове, лишь бы монстры не вырвались в город и не убили больше.
— В таком случае, я… искренне тебе сочувствую… — тихо сказал он.
Думаю, он мог бы сейчас сжечь свои раны, и, тем самым восстановиться. Тем не менее, он понимает, что в таком случае я убью его до того, как он успеет это сделать.
— Не сказал бы. — я присел рядом с ним. — Понимаешь ли, я не собираюсь брать ответственность за чьи-то жизни на себя. Совсем скоро я покину эту планету, и отправлюсь путешествовать по вселенной. Не знаю, согласится ли кто-нибудь пойти со мной, но, думаю, это мы скоро выясним. — ответил я. — Ну а люди… пускай сами о себе позаботятся.
— Да уж, я тебя тоже понимаю… — посмеялся Серафим. — Но я не мог так поступить. Столько лет защищать их, и в одночасье просто покинуть — это уже слишком… — рассказал он, что у него на сердце.
Я так и просидел с ним в его последние минуты жизни, слушая как замедляется стук его сердца. Несмотря на все, что он сделал, я действительно не мог его ненавидеть. Возможно потому, что мы могли бы стать друзьями.
— Прощай, мой дорогой враг. Не важно кого я встречу на пути, я запомню тебя как своего лучшего врага.
Прикрыв ему глаза, я поднялся и направился в сторону, где меня должны были ждать мои ученики.
Думаю, я заслужил немного отдохнуть с ними. И, возможно, попрощаться. Потому что я не знаю, кто из них пойдет за мной.
Только перед этим, нужно еще кое-что сделать.
Усилием воли я призвал Холодное Пламя с атрибутом феникса…
* * ** * ** * *От Автора:
В этом месяце я ведь обещал стабильную проду, да? Вот, следующая глава. Еще одна будет быстрее, чем вы полагаете)
Глава 24
Я стоял перед массивными дверями особняка Пламеневых, обдумывая предстоящую встречу с отцом. Путь сюда был долгим, как физически, так и морально. В голове проносились воспоминания о детстве, полном унижений и пренебрежения. Однако сейчас я ощущал только спокойствие и решимость.
Вздохнув, я выпустил все негативные эмоции и решительно постучал. Дверь открыл старый дворецкий, который, казалось, не изменился за все эти годы.
— М-молодой господин⁈ — воскликнул он, не веря своим глазам. — Я думал, что больше никогда вас не увижу!
— Здравствуйте, Иван Федорович, — вежливо ответил я и улыбнулся. — Я пришел поговорить с отцом. Он дома?
Дворецкий поклонился и отступил в сторону, пропуская меня внутрь.
— Да, молодой господин. Пожалуйста, проходите, он в кабинете.
Я медленно шел по знакомым коридорам, вдыхая запахи, которые навевали множество воспоминаний. Вот справа — комната, где я в детстве играл со своими игрушками, представляя себя героем, способным спасти мир. Слева — гостиная, где мы всей семьей собирались на праздники, но отец обычно никогда не засиживался на таких мероприятиях.
Каждый шаг отзывался в сердце, смешивая старые раны с новым чувством уверенности и силы. Когда-то эти коридоры казались мне бесконечными лабиринтами, наполненными страхом и болью. Теперь же, обладая знаниями и силой, я видел их иначе — как часть своего прошлого, которое уже не властно надо мной.
Наконец, я подошел к двери кабинета отца и решительно постучал.
— Войдите, — раздался глухой голос изнутри.
Я открыл дверь и вошел. Отец сидел за большим деревянным столом, заваленным бумагами. Он поднял голову и на мгновение застыл, увидев меня.
— Павел? — его голос дрогнул, после чего он отпрянул от стола и расслабленно откинулся на спинку кресла. — Так и думал, что ты не заставишь себя ждать. — улыбнулся он. — С возвращением, что ли…
— Да, отец, блудный сын вернулся, — спокойно сказал я, закрывая за собой дверь и садясь на кресло напротив него.
Мы молчали несколько секунд, изучая друг друга. Я заметил, как его лицо изменилось за годы — старческие морщины стали глубже, а взгляд — более усталым. Когда-то я смотрел в эти глаза с надеждой и страхом, ожидая хоть немного признания. Сейчас же я видел перед собой человека, тоже постаревшего и уставшего от жизни.
— Почему ты медлишь? — спросил он, наконец, собравшись с мыслями.
Глава рода Пламеневых считается одним из сильнейших бойцов империи. Тем не менее, он понимает что против меня у него нет и шанса.
— Я пришел сюда не для отцеубийства. Вместо этого я хотел поговорить с тобой. Многое изменилось с тех пор, как я ушел, — начал я. — И я сам изменился. Больше нет желания мстить или доказывать что-то. Я пришел, чтобы поставить точку в нашем прошлом и двигаться дальше.
Отец внимательно посмотрел на меня, его взгляд был полон сомнений и скрытых эмоций. В его глазах я увидел отражение тех лет, когда пытался заслужить его одобрение, и тех моментов, когда мне казалось, что я никогда этого не добьюсь. Но теперь я был другим — сильным и уверенным в себе. Более я не нуждаюсь в его признании. И от того забавнее, что именно сейчас в его глазах оно промелькнуло.
— Ты действительно так считаешь? — спросил он тихо.
— Да, — кивнул я. — Ты был хреновым отцом. И еще более ужасным мужем. Моя мать умерла только потому, что у тебя не хватило яиц пойти против старейшин и помочь ей. Но, как бы банально это не звучало, сейчас я хочу оставить это позади и начать заново. Потому что я не могу убить тебя и уничтожить род. Разговор с одним человеком показал мне, что каждому нужно место, куда он мог бы вернуться.
Он молчал, обдумывая мои слова. Я видел, как он борется с внутренними чувствами, не зная, как отреагировать на мое внезапное появление и предложение.
— Что за глупости, — вздохнул он. — Из-за меня твоя мать умерла. Неужели ты не желаешь мести⁈ — его взгляд стал холоден и хмур.
Однако, я уже выяснил, почему это его могло так задеть.
— В нашем роду отцы всегда настраивали против себя своих детей, чтобы закалить их характер и подготовить к жестокости мира. Таким образом бесславный род Пламеневых воспылал как звезда этой Империи. И ты также прошел через это, Отец. — констатировал я факт. — Я понимаю твои мотивы. Но я отказываюсь продолжать этот цикл ненависти и боли. Я нашел свой путь, и он не требует предательства и жестокости. И уж тем более я не собираюсь предавать своих детей. Оно того не стоит. Другие рода добиваются того же, что и мы, не превращаясь в монстров. — рассказал я как это вижу сам. — А если я собираюсь оборвать этот порочный круг, то лучше всего будет начать с тебя. Думаю, и мама хотела бы этого.