Гранит науки. Том 4 (СИ)

Однако всё сложилось совершенно иначе.
Не знаю, чем бы всё это закончилось, но я решил взять дело в свои руки и не допустить худшего.
— Так, слушаем меня внимательно, — сказал я, принимая сидящее положение. — Ситуация та ещё, это да. Но, к сожалению, у нас нет времени посидеть втроём и обсудить произошедшее. Если мне начал названивать Потёмкин, то я явно уже опаздываю на самолёт. Надо собираться и лететь в Киев. Поэтому я иду собираться и отправляюсь в путь. Вы обе же остаётесь тут и для начала обсудите ситуацию между собой, порешаете свои женские вопросы. А когда я вернусь, то тогда мы поговорим все вместе. Но перед тем, как я вас покину скажу кое-что. Вы обе числитесь моими невестами, так что интимный вопрос всё равно стал бы ребром однажды. Хотя бы потому, что мне пришлось бы заделать вам обеим детей. Просто вместо того, чтобы решать это вопрос потом, мы займёмся этим уже на днях. И да, я надеюсь, что вы всё решите между собой мирно и спокойно. Если дойдёт дело до вырывания у друг дружки волос, то я вам обеим трёпку задам. А я узнаю обо всём, что тут происходить в моё отсутствие — управляющему я плачу зарплату. Возражения или предложения?
Девушки лишь отрицательно покивали головой, так что я вылез из кровати и начал собираться. Быстренько собравшись, ещё со вчерашнего дня всё было подготовлено, я поцеловал обеих в щёки, пожелал удачи и свалил.
Теперь вот сижу в самолёте и вспоминаю вчерашние «подвиги». Эх…
Очень надеюсь, что они не посчитают мои поспешные сборы бегством. Хочу я того или нет, но мне срочно нужно было в Киев. Лучше бы мне встретить своё восемнадцатилетие в месте, что способно будет сдержать мою силу.
Вопрос же с невестами… Ну, будем решать его по возвращению как я и говорил. Со своей колокольни могу лишь сказать, что алкоголь лишь снял некоторые ограничения у нашей троицы и мы просто сделали то, что нам всем хотелось. Вот и получается, что я с Ириной явно были готовы к чему-то подобному. А Юля была и не против. Так по пьяни мы просто форсировали то, что случилось бы само собой.
Лично мне лишь немного стыдно перед Юлей. В виду того, что я начал что-то чувствовать к Ирине я собирался с ней поговорить на эту тему. Мне хотелось, чтобы между нами всё было максимально открыто и без недомолвок. Но хорошо хоть речь не идёт о прямой измене, она же тоже участвовала в ночных забавах.
Но всё упирается в то, что думают обо всём это девушки. У них своя, особая логика. Так что чем всё обернётся я могу лишь догадываться и ждать своего возвращения в столицу.
— Господин, о чём задумались? — Поинтересовался у меня Виталий. Таичков отправил его со мной в качестве телохранителя. — У вас просто столь хмурое выражение лица…
— Думаю о том, что алкоголь — это зло. Из-за него ты попадаешь в каверзные ситуации.
— Хм… Ну вы вроде вчера на свадьбе ни в какие ситуации каверзные не попадали. И даже ночью продемонстрировали свои таланты.
При последних словах мужчины я лишь хмуро посмотрел на него.
— Тайны из ночных событий не получилось, — ответил на мой немой вопрос Виталий. — Все видели, как вы втроём заходите в спальню. А затем и слышали. Так что об этом знает всё поместье. Но вы не беспокойтесь — слуги проинструктированы держать язык за зубами обо всех подобных происшествиях, информация не уйдёт за территорию поместья. Хотя я на вашем месте бы наоборот похвастался вчерашними свершениями.
Я лишь закрыл глаза и откинулся на спинку кресла. Вот сейчас я был бы не против напиться, чтобы забыться.
— Так что же случилось, господин? Неужели вашим невестам что-то не понравилось? Вы поймите, я не из любопытства спрашиваю, вдруг что полезное могу вам сказать.
— Вся проблема в том, Виталий, что у нас с Ириной Дементьевой всё сложно, — сказал я, открыв глаза и повернув голову к своему телохранителю. — Мы даже ни разу не встречались, а нас уже назначили женихом и невестой. И этой ночью мы перескочили через множество ступеней сразу к постели. И это при том, что у нас с Юлей Долгорукой как раз любовь-морковь.
 
— Оу… Но ничего ведь страшного не случилось? Всё равно ведь они ваши невесты и всё такое. Произошедшее этой ночью должно только помочь наладить вашу будущую семейную жизнь. Как по мне такие забавы втроём сближают людей.
— Так-то оно так, но у девушек может быть своё мнение не сей счёт. А ещё я невольно бросил их разбираться с этим, а сам улетел в Киев. Некрасиво получилось.
— Не переживайте, господин! Ваши невесты разберутся самостоятельно. Они ведь выросли как аристократки и сразу же готовились к тому, что станут не единственной женой своего супруга. Это вам, безродному тяжело со всем этим смириться.
— На это лишь и уповаю. Ладно, долго нам там ещё лететь?
— Через двадцать минут будем уже в Киеве.
Очень надеюсь, что через двадцать минут у меня будет сто и одна причина забыть о мелких несуразицах и погрузиться с головой в работу…
 Глава 15 
— Дорогие пассажиры, мы подлетаем к точке назначения, — неожиданно ожили динамики в салоне самолёта. — Просим привести спинки кресел в вертикальное положение и пристегнуться. Совсем скоро мы начнём заходить на посадку.
А я тем временем смотрел в иллюминатор и увидел огромный монумент. Если в моём мире на этом месте была Родина-мать, то в этом её место заняла Императрица-мать. Монумент установлен в честь Екатерины Великой.
Вот ведь забавно получилось. Данная особа в истории моего прошлого мира взошла на престол с помощью дворцового переворота, муж потом погиб крайне странной смертью, да и сама Екатерина умерла не самой простой смертью. Много чего она успела сделать за время своего правления. Было много хорошего, но и плохое присутствовало — крестьян совсем уж закрепостили, зато дворяне получили привилегий от души. И тем не менее хорошее с лихвой покрыло весь негатив и потому в истории она осталась как Екатерина Великая.
В этом мире судьба у неё была чуточку иная.
Начнём с того, что не было переворота, Пётр III правил не один десяток лет вместо известных мне ранее полугода. Ну как правил… Каблуком он был порядочным. И жена им крутила как хотела, так что Екатерина практически правила всей Империей.
Дворян она милостью не одаривала, знатные рода уже тогда имели столько власти и привилегий, что тогдашние правители России уже подумывали как бы им подрезать крылышки. И Пугачёва с его восстанием тоже не случилось. Но крестьяне и казаки всё же подняли восстание в 1775 году и продлилось оно год пока его крайне жестоко не подавили.
Правда Императрица прославилась отнюдь не культурными реформами. Не, они были, и Российская Империя в этот период времени нагнала, а местами даже обогнала Европу в живописи и литературе. Но все эти реформы подавались якобы от лица Петра III. Екатерина же возжелала себе иные почести.
Раздела Речи Посполитой не было, Россия прибрала к рукам всю её территорию и ни с кем не делилась. Пруссия и Австрия очень хотели и себе отжать территорий, но им очень больно дали по рукам. Потом всё же им передали часть территорий бывшей Речи Посполитой, но то были жалкие крохи по сравнению с тем, что получили эти две страны в моём старом мире. Австрия получила Краков и кое-какие прилегающие к нему территории. Пруссии отдали Гданьск и Быдгощ с прилегающими к ним территориями.
Были и две русско-турецкие войны с практически теми же самыми результатами. Собственно, после столь серьёзных поражений Османская империя осознала, что дела её плохи и в ней начались определённые перемены, благодаря которым эта Империя не только живёт и ныне, но она ещё и расширила свои территории.
Так что Екатерина II и тут заслужила титул Великой. Правда уже по большей части за военные победы Империи. Скончалась же она от пневмонии уже в достаточно пожилом возрасте, когда Императором давно был её сын Павел I. И ведь надо было ей тогда уехать далеко на восток! Пока поняли, что бывшая Императрица всерьёз больна, пока её пытались лечить традиционной медициной, потом пока запросили мага-лекаря, пока он добирался… Венценосные особы если не умирали из-за заговоров, переворотов или от рук врагов, то встречали свою смерть из-за вот таких глупостей, халатности и недосмотров со стороны служб Императора.