Гранит науки. Том 4 (СИ)

До здания Канцелярии оставалось двести метров, когда мы упёрлись в первую заставу милиции, из-за которой наш конвой остановился. Можно был счесть это попыткой остановить нас, но была одна маленькая деталь — перед самой заставой стоял князь Потёмкин.
— Это определённо намёк, что с тобой хотят поговорить, — сказал отец Натальи, который ехал со мной в машине. — Выйдешь?
— Естественно. В конце концов надо уважить своего учителя.
Я вышел из машины оставив в ней даже свой верный пистолет. Негоже мне показывать хотя бы каплю недоверия своему наставнику.
Когда я подошёл, Потёмкин улыбнулся мне и заговорил:
— Ох, я уже устал повторять эту фразу, но я снова доволен тобою! Смотри сколько добрых молодцев собрал вокруг себя! Чую, что дай тебе волю и ты бы собрал целое войско.
— Вы преувеличиваете, князь. До сбора целой армии я пока ещё не дорос.
— Значит «пока не дорос»? Ну-ну.
— Вы же не просто так тут нас встречаете? Что-то произошло?
— Император послал своё доверенное лицо, — сказал Потёмкин. — Вам с ни нужно поговорить наедине. Выслушаешь то, что он хочет сказать, а дальше будешь решать что хочешь делать.
— Что будет если я решу довести начатое до конца?
— Я же тебе говорил — ты в своём праве. Мой наследник должен держать в узде всех этих выскочек слишком много возомнивших о себе. Так что решишь начать бойню, то можешь ожидать от меня всесильной помощи. Давненько я что-то не показывал, что бывает, когда меня злят…
Я лишь улыбнулся словам князя. Надо ли говорить о том, что лучшего учителя мне не найти в этом мире? С таким наставником я смогу добиться своей итоговой цели.
— Что ж, давайте поболтаю с посланцем Императора.
Потёмкин махнул рукой и спустя несколько секунд к нам пожилой мужчина, который слегка поклонился мне.
— Александр Сергеевич, Император послал меня, чтобы донести до вас свою позицию относительно того кризиса, что привёл нас всех сюда.
— Разумеется я готов выслушать слово государя, — сказал я. Послушаем что же задумал Император.
— Для начала государь хочет отдельно отметить тот факт, что он не отдавал приказа арестовать вас, — начал говорить слуга. — Более того, он попытался отозвать оперативников Канцелярии, но не имел возможности сделать это.
— Я и не сомневался в нашем правителе. Геннадий Таичков сам рассказал мне, что глава Канцелярии продумал эту махинацию с учётом того, что его попытаются остановить. У меня не было и нет каких-либо вопросов к государю. Считаю всю эту ситуацию моим личным конфликтом с Тайной Канцелярией.
— Это важное уточнение. Но вы же должны понимать, что виновны в этом конфликте лишь отдельные служащие Канцелярии включая его главу?
— Я это знал и опять же благодаря младшему лейтенанту Таичкову знаю, что лично его принудили к выполнению преступного приказа. И тем не менее я вижу, что данная служба несёт опасность лично мне и вероятно близким мне людям. У меня нет никакого желания проливать кровь тех, кто не причастен к преступлениям главы Канцелярии. Собственно, поэтому я и говорил, что у людей будет выбор — сразиться со мной и моими людьми или же принести клятву, чтобы я был уверен в том, что от них не стоит ждать удара в спину.
— Государь оценил это ваше решение. И поэтому хочет предложить некоторую альтернативу, которая позволит вам… получить достойную сатисфакцию. Или даже будет правильнее сказать виру за события последних дней. При этом будут спасены жизни достойных людей.
— Выслушать Императора моя прямая обязанность. Я буду рад выслушать предложение столь мудрого и опытного человека.
— Государь по ряду провинностей снял Грубова с поста главы Канцелярии, а также отныне он более не слуга царствующего рода. Это было сделано по ряду причин. Для начала глава Тайной Канцелярии полностью провалил дело социалистов и лишь благодаря вам вскрылась важная информация, что против нашей Империи шла диверсионная деятельность. Подобный провал недопустим.
И тем не менее снимать его с поста главы службы Императора решили лишь сейчас. Но не будем придираться к этому моменту. Коль нужно Императору использовать этот момент для дополнительной аргументации, то пожалуйста.
 
— Также Грубова абсолютно не красят вчерашние действия, когда он дважды попытался схитрить. Во-первых, командиром одной из групп был назначен Геннадий Таичков, с которым у вас вроде бы начали завязывать приятельские отношения. Таким образом «проверялась верность» данного сотрудника Канцелярии и была надежда на то, что вы спасуете перед необходимостью сразиться с ним.
Как я, собственно, и подозревал. Только во по итогу Таичков теперь служит мне, но даже случись худшее я не спасовал бы. Да, потом бы мучился из-за того, что пришлось убить Геннадия. Но я обязательно нашёл бы его семью и взял бы её под свою опеку.
И да, никаких ультиматумов я бы тогда не делал. Собрал бы побольше сил и вперёд — за головой Грубова и его людей. Просто так бы они у меня не умерли…
— Во-вторых, уже бывший глава Канцелярии верно предположил, что вы дадите отпор сотрудникам этой службы. А это как понимаете могло быть использовано как подтверждение выдвинутых против вас обвинений.
— И что, у него была реальная надежда, что во всю эту чушь поверят? — Поинтересовался я. — По-моему он явно был не лучшего мнения об умственных способностях окружающих его людей, в том числе и Императора раз полагал, что эта «хитрая» комбинация сработает.
— Государь тоже так подумал и воспринял действия Грубова как личное оскорбление, — улыбнулся слуга. — Сам провинившийся сказал, что понадеялся, что из-за целого ряда факторов к его действиям отнесутся с долей понимания и серьёзного наказания он не понесёт. В числе этих факторов называлось ваше происхождение, несколько критичное вчерашнее интервью, а также ваше несколько дерзкое поведение в тех или иных действиях. Так, вспомнился даже ваш давнейший конфликт с сыном государя — Константином Романовым.
Мда. Ну тут определённо мой косяк. Всё же у моих действий есть определённые негативные последствия. Слишком быстро и нагло я возвышаюсь, что не может не вызывать недовольство у некоторых людей при власти. Вот Грубов и решил воспользоваться этим, чтобы разобраться со мной.
И ведь могло бы получится у него. В любой другой ситуации, но не со мной конкретно. Столь сильный Архимаг владеющий «Императорской Дланью» слишком ценен для Империи. Мне уже сейчас многое спускают с рук, а в дальнейшем можно будет вести себя столь же нагло, как и Потёмкин.
Понимал ли это Грубов? Понимал, но всё же рискнул. Просто я же показал, что не прощаю обид и глава Канцелярии знал, что рано или поздно за свои действия по отношению ко мне он получит стократное возмездие. Поэтому он хитрил, проворачивал махинации в надежде на то, что ему простят всё или хотя бы не лишат жизни.
— Что ж, я понял позицию государя. Но его решение о лишение Грубова статуса слуги его рода не отменяет того факта, что мне нужна его голова. Как в прямом, так и переносном смысле. Этот человек должен ответить за свои действия передо мной.
— Государь предлагает некоторую альтернативу. Привести Грубова!
Тут же после отданного приказа двое крепеньких мужчин вывели Грубова к нам. Мда, выглядел бывший глава Канцелярии неважно. Как минимум последние сутки ему пришлось тяжело, это точно.
— Государь желает, чтобы Грубов принёс вам пожизненную клятву верности. Он и его семья станут вашими верными слугами, их жизни будут в вашем полном распоряжении. Всё же этот человек несколько лет был главой Тайной Канцелярии, у него есть определённый опыт и навыки, что могут показаться вам полезны. Так что зачем его просто так убивать если он ещё может принести пользу?
Вот оно что. Признаю, логика в действиях Императора присутствует. Можно даже поаплодировать тому, как он решил повернуть эту ситуацию в нужную ему сторону. И самое главное, что при этом учитываются интересы всех причастных к этой ситуации. Все смогут сохранить лицо и даже получить определённую выгоду.